Страница 62 из 128
"Да, да, - твердил себе Глэйвс, - все эти законы, суды, порядки - не более чем показуха. Фасад, укрывшись за которым, правящая элита Марнери выделывает все, что ей заблагорассудится. Именно так, и никак иначе. Но эти проклятые марнерийцы не только лицемеры, но и глупцы. Как они посмели препятствовать стремлению Аубинаса обрести свободу?! Черт, сколько в это денег вбухано!"
За окном послышалось приглушенное звяканье. Сигнал! Портеус лихорадочно метнулся к узенькому оконцу и просунул наружу руку с носовым платком.
Позвякивание донеслось снова, и он отдернул руку.
Теперь его бросило в пот.
Через несколько минут в тюремном коридоре появился вооруженный отряд. Незадолго до этого одного из часовых у камеры Глэйвса под каким-то предлогом отозвали. Оставшийся попытался исполнить свой долг - и был убит на месте. Дверь в камеру распахнулась.
Покинув темницу, беглец и его спасители повернули к городской стене, к задним воротам тюремной башни. Их пропустили караульный офицер участвовал в заговоре. За стеной дожидались резвые кони, так что всего через несколько минут мятежники уже мчались во весь опор по дороге на Лукул и Аубинас. Портеус Глэйвс, разумеется, радовался, что вырвался наконец из проклятого белого города, но перспектива скакать всю ночь верхом, да еще и под дождем, повергала его в уныние. Он никак не мог взять в толк, почему эти люди не позаботились об экипаже.
Впрочем, это не имело никакого значения. Главное, они мчались туда, где жители цветущего Аубинаса уже брали в руки оружие. Знамя свободы было поднято в цитаделях крупнейших городов, гонцы с зажженными факелами разносили повсюду призыв к восстанию.
Поутру это станет свершившимся фактом. Аубинас объявит об отделении от Марнери. Виднейшие граждане Аубинаса возьмут власть в свои руки. Что же до марнерийских чиновников, то их под конвоем сопроводят в Лукул, откуда они вольны будут своим ходом добираться до разлюбезного им белого города на долгом проливе.
Аубинас обретет свободу!
Глава двадцать девятая
Наконец и на марнерийский драконий дом опустилась мирная ночь. Вдоволь напевшись песен, виверны разошлись по своим стойлам и мирно уснули. Привычная многозвучная симфония храпа разносилась по всему дому. Тон, как всегда, задавал Пурпурно-Зеленый, медношкурые вторили ему слегка дрожащим басом. Альсебра порой издавала низкие альтовые пассажи с фиоритурами. Драконопасы привыкли к этому с детства, да и командир Кузо тоже начал привыкать. Во всяком случае, затыкать на ночь уши он перестал еще в Кросс Трейз.
Но вскоре могучий храп занимавшего двойное стойло дикого дракона зазвучал странно и сбивчиво. Пурпурно-Зеленый стонал, ворочался, перекатывался и хрипел.
Мануэль проснулся почти сразу. Он зажег лампу и с безопасного расстояния - стоя у входа - пригляделся к дракону. Ворочаясь, Пурпурно-Зеленый заполнял собою чуть ли не все стойло. Что-то определенно было не так. Осторожно приблизившись, юноша подсунул руку под одно из сложенных крыльев и тут же понял: у дракона жар. Пурпурно-Зеленый шевельнулся, и Мануэль решил, что думать лучше снаружи, а не в стойле. Через несколько минут в темном коридоре появилась еще одна зажженная лампа. Подошел Ракама.
- Мануэль! - воскликнул коренастый крепыш. - Пурпурно-Зеленый тоже захворал?
- Да. А Гриф?
Следом за Ракамой пришли Хонт, Джак а там и все остальные, включая Релкина. Базил проснулся, оттого что почувствовал жжение в желудке.
- Совершенно ясно, что все дело в рыбном пироге, - сказал Релкин. драконы отравились. Значит, надо вызвать у них рвоту.
- Верно, - согласился Свейн, - это единственный способ.
- Вопрос в том, как это сделать. Старый Макумбер говаривал, что у вивернов частенько бывает несварение желудка, например, когда они объедаются лапшой. Он учил, что, если дракон мается животом, самое милое дело - промыть его тонной чистой воды. "Прокачать полностью", - так он говорил.
- Давайте так и сделаем, - сказал Свейн.
- Нам нужен насос и какой-нибудь шланг.
- Шланги есть на складе, - подсказал Курф, - пожарные брандспойты. А воды полно в резервуарах на крыше.
- Конечно! - воскликнул Релкин. - Противопожарная система - это то, что нам надо. Тащите брандспойты к резервуарам!
Драконопасы размотали свернутые кольцами шланги, подключили их к гидрантам и открыли задвижки. Потом, подхватив брандспойты, парни всей компанией помчались к стойлу Пурпурно-Зеленого.
Дикий дракон проснулся. Чувствовал он себя отвратительно и, когда увидел у входа целую ораву драконопасов, раздраженно взревел:
- Что вам нужно? Ребята малость струхнули, но Мануэль был твердо настроен довести дело до конца:
- Нам нужно влить в тебя побольше воды. Промыть живот, вымыть наружу всю еду, какую ты съел. От нее тебе плохо.
- Откуда ты это знаешь?
Огромный дракон опустил голову, оскалив страшную пасть перед самым носом Мануэля. Любой мало-мальски разумный человек задал бы стрекача, но юноша стоял на своем:
- Я много лет изучал драконов, так что - знаю.
- Знаешь, как же... Ой! - Пурпурно-Зеленый умолк, прерванный нахлынувшей волной острой боли. Огромное тело спазматически дергалось, сено разлетелось по всему стойлу.
- Еще как знаю! - отрезал Мануэль.
Релкин и Свейн тем временем протиснулись вперед с брандспойтом, из которого уже капала вода, поскольку они приоткрыли заслонку.
- Вот, - сказал Релкин. - Возьми это. Пурпурно-Зеленого слегка отпустило. Он сел, недоверчиво поглядывая на шланг.
- Пей, - велел Релкин, - ней, сколько сможешь, а когда не сможешь все равно пей. Мы должны вымыть из тебя всю отраву.
Глядя на ребят сверху вниз, Пурпурно-Зеленый припомнил слова своего друга Хвостолома. Эти мальчишки действительно изучали драконов, да так старательно, что порой знали о них больше, чем о себе.
Он уступил. Без единого слова крылатый дракон вставил шланг в рот, и вода хлынула ему в глотку. Проглотив около десяти галлонов, он отдышался, потом выпил еще столько же.
Драконопасы, вытаращив глаза, следили за тем, как округлялся его живот. Наконец дракон стал кашлять и задыхаться, а потом выплюнул брандспойт и обхватил брюхо передними лапами.