Страница 13 из 21
— И откуда вы всё знаете? — заметил блондин, накрыв лежавшую на его плече мою ладонь своей.
— Я шлюха, а не дура, — шепнула я ему на ухо, самую малость лукавя.
Марек вздохнул, развернулся и взял меня за подбородок. Я не возражала. На этот раз мы любили друг друга куда нежнее, и когда закончили, не стали размыкать объятий. Моя голова лежала на его груди, а рука лениво гладила напряжённый живот. Его же ладонь исследовала мою спину:
— Вы на удивление сильная, леди Рэд. такие рельефные мышцы, немногим хуже моих. И мечом владеете весьма неплохо.
— О да, скажите ещё что я мужеподобна, — фыркнула я, слегка ущипнув кожу ниже его пупка, — отличные у вас манеры.
— Да я не то имел в виду… — судя по шороху в полутьме, он почесал в затылке, — Извините.
— Ничего, я понимаю, — я потёрлась щекой о его грудь.
Десяток секунд мы молчали, потом Марек снова заговорил:
— Мой отец… я не знал, чем он занимается. Мать недавно умерла, наши три деревни стонали под поборами. “Лорд Харт требует больше налогов”, так сообщил мне отец, — я умудрилась не вздрогнуть, услышав знакомую фамилию. Воистину, как тесен мир, — Многих молодых девушек он требовал отсылать к себе, на “обучение”.
— Ты не догадывался о природе такого обучения?
— Увы, дураком я не был. Но успокаивал себя, что участь мимолётной любовницы барона для крестьянки лучше, чем беспросветная жизнь в поле, — Марек тяжело вздохнул, — к сожалению, истинные глубины его порочности мне оказались непредставимы. По прибытии в город, я сразу направился в отчий дом. И увидел Рилашку в одной из комнат. Вы не представляете, что эти звери вытворяли, — его рука на моей спине напряглась, потом он спохватился, — впрочем, наверное, вы-то как раз представляете очень хорошо.
— Увы, — пробормотала я.
— Ну в общем, я попытался её отбить, завязалась драка, меня скрутили. Продержали в комнате пока развлекались с девушкой у меня на глазах. А потом пришёл отец. Бандиты ушли со своей добычей, а он накинулся на меня, кричал, что мне тут не место, что я мешаю его планам и нападаю на его людей.
— Слово за слово, хуем по столу, — прошептала я, но Марек услышал, и более того понял, что я имела в виду.
— Ну да. Я разозлился. Отец когда-то был крупнее и сильнее меня, но я провёл пятнадцать лет в селе, а он — трахая шлюх. Я не рассчитал, толкнул его и он полетел затылком на письменный стол. И…
Я повернулась и посмотрела ему в глаза, почти чёрные в слабом лунном свете:
— Не вините себя, Марик. По такому человеку не стоит лить слёзы.
— Может он не знал. Или не имел выбора.
Я задумалась на секунду, стоит ли сообщать известное мне, потом заговорила:
— Магда, двадцать семь лет, один ребёнок, забрали из дома прошлым летом, продали некоему Стефану за тридцать серебряных монет. Лорна, семнадцать лет, не рожала, забрали зимой, продали Раску за пятьдесят монет, — я покачала головой, — там долгий список. И включает он также торговлю тороглавом, красным корнем и кучей других штук, названия которых мне мало что говорят.
— Откуда вы знаете?
— Видела в его бумагах. Память у меня неплохая.
Парень вздохнул и покачал головой:
— Что ж, не стоит удивляться, наверное.
— Ага. Только одного не пойму - зачем вы меня обдали наркотой?
—Хмм… да я как-то, — он виновато пожал плечами, — не знал, что это такое. Нашёл порошок в банке на прикроватном столике, подумал, что от бессонницы — у отца часто бывали проблемы со сном. Вы так внезапно появились, что я растерялся, решил разыграть роль, усыпить вас, а потом сбежать по крышам.
— Повесив на меня убийство отца?
Он отвёл глаза:
— Поначалу — нет. Но когда вы оказались столь… Ну, развратны, я решил, что… Я не знаю. Наверное, во мне всё же есть что-то от отца.
Я хмыкнула и ничего не сказала. Было бы в тебе много от отца, ты бы не вернулся в этот дом на верную смерть.
— Все мы совершаем ошибки, лорд Верецкий. Главное, как мы их исправляем.
— Спасибо, леди Рэд. У вас, — он замешкался на секунду, но всё же спросил, — у вас есть… кто-то особенный?
— Да, — я улыбнулась, — хотя она, наверное, сейчас готова порвать меня на куски.
— И её не смущает ваш... необычный образ жизни?
— Она — необычная женщина.
— Понятно.
***
Я проснулась от того, что солнечные лучи били прямо мне в лицо. Выругалась и отстранилась, призвала “Кровавый покров” и осмотрелась. В комнатке было пусто. А рядом с моей рукой лежала короткая записка:
«Я думал над вашими словами и понял, что вы правы. Главное, как мы исправляем ошибки, свои и чужие. Я брошу письмо с покаянием в ящик у жандармерии, это должно снять с вас подозрения. После чего отправлюсь исправлять ошибки моего отца. Спасибо вам за всё, леди Саша Рэд. Надеюсь, наши пути ещё пересекутся.»
— Вот дебил, — не без восхищения произнесла я.
Если этот идиот и правда решил в одно жало объявить войну этим мудилам, у меня совсем немного времени, чтобы его спасти. Вскочив, я заглянула в кольцо и разочарованно выругалась. Сменной одежды не было, только городские сапожки и шляпа с заломленным полем.
“Ну да, точно, Беата же стирать взяла, а у меня не было возможности забрать обратно” — отрешённо подумала я.
И что мне делать? Из одежды только пояс и меч, а тут даже мешка никакого нет прикрыться. На палубе же слышны шаги, видимо моряки начали работу. Прокрасться что ли? Да нет, не с моей скрытностью и не при свете дня. Способностей подходящих тоже нет. Спрыгнуть в воду? А толку, вылезу из воды с теми же самыми проблемами. Вылететь в форме тумана? Я приподнялась и заглянула в окошко, за которым виднелась пристань, по которой ходили толпы моряков, складских работников и простых горожан. Ну да, материализуюсь я где-то как раз посреди этого великолепия в том же самом виде.
И тут мне в голову пришла идея. Настолько идиотская, что не могла не сработать.
Быстро приведя себя в порядок заклинанием, я извлекла из кольца косметичку, быстро нанесла повседневный макияж, достала сапоги и шляпу, надела на себя, перепоясалась мечом и улыбнувшись себе в зеркальце, убрала коробочку обратно и открыла дверь. Спокойным шагом я прошла по палубе, светски улыбаясь встреченным морякам, которые от моего вида замирали на месте, подошла к самому прилично одетому и спросила:
— Капитан?
— Д-да… Эмм…
— Благодарю за ваше гостеприимство, — с этими словами я протянула ему извлечённый из кольца серебряный червонец, — всего доброго.
— Эмм… всего доброго, — пробормотал тот, машинально взвешивая монету в руке.
Я прошла мимо остолбеневшей команды, спустилась по сходням на пристань, вызывая у тамошних рабочих столь же ошарашенные взгляды. Когда я сошла с причала на площадь, охуение людей начало спадать, и ко мне устремились два мужика в мундирах речной стражи. Я кивнула им, приложив пальцы к шляпе, призвала Деймоса и, вскочив в седло, дала ему шпоры.
Конь взвился на дыбы, заржал и со скоростью урагана поскакал вперёд, оставляя портовую площадь позади.
«Интересно, сложат ли про меня легенду, как про леди Годиву?» — пришло мне в голову, пока демонический конь нёсся к далёкому Театру Наслаждений.
***
Я пустила Деймоса шагом, не обращая внимания на удивлённые, сальные и скабрезные комментарии в мой адрес со стороны пешеходов. Конь прошёл по площади, приблизившись к Театру Желаний с главного входа, я спрыгнула на землю и отозвала его. Ржание демонического скакуна, исчезающего в облаке, пронизанном искрами, звучало почти издевательски. Мощный короткостриженый орк, стоявший перед дверью, сопроводил его отбытие равнодушным взглядом, а потом отсалютовал мне короткой алебардой.
— Что, тяжёлый день, Саша? — участливо произнёс он, даже не пытаясь скрывать, что откровенно пялится на моё голое тело.
Я улыбнулась ему:
— Ты даже не представляешь, насколько, Ролг.
— А будет ещё тяжелее, — хмыкнул он, — Тут Тина три часа назад рвала и метала по всему театру, тебя искала.