Страница 66 из 77
Лика отставила практически пустую чашку на столик.
— В первое время, меня тошнило при чтении воспоминаний у трупов, причем довольно сильно, — продолжила Вера. — Да ты и сама должна это помнить, хотя и быстро справилась с этим сама. А я не могла, только блевала каждый раз. Берестов тогда предложил интим как решение проблемы. Хотелось его приложить хорошенечько обо что-нибудь твёрдое за подобные слова. О чём я ему тогда и сказала. Кто ж знал, что у него там уже любовь неземная, а не просто похоть. Но что бы я там себе не фантазировала, физический контакт действительно решил проблему. Да, да, не смотри на меня так, будто ничего не знаешь. Тоже мне медик.
— Да знаю я всё…
— Ну раз знаешь, тогда глаза не надо до кошачьих округлять. Секс это обмен не только жидкостями, но и энергиями, стабилизирующими потоки. Он отдаёт энергию тебе, ты пропускаешь её через себя и возвращаешь ему, разбавив своей. Эдакий замкнутый сбалансированный контур, идеально функционирующие как на физическом, так и энергетическом уровне, при условии приязни обоих. Секс для двоих это не только физическое удовольствие, но и энергетическая гармония. Если плохо одному, второй способен своей энергией его вылечить. Собственно, так и случилось, после того как вампирши тебя утопили.
— Мам, меня взяли силой! О каком балансе тут может идти речь?! — Лика сорвалась на крик.
— Во-первых, раз помогло, значит он для тебя не пустое место. Во-вторых, единственное, что сказал Алекс, уходя, это было «У меня не было другого выхода», — Вера не обратила внимания на гнев дочери. — Бывает, что вылечить человека можно только причинив ему боль. Например, неправильно сросшуюся кость заново ломают.
Вера снова вручила банку Лике.
— Вот это тебя убивало. Я не знаю, что это, надеюсь мальчики расскажут, когда вернутся. Когда мы пришли в дом, Алекс нёс тебя наверх. Возле камина растекалась лужа крови с этим куском органики. А ты кричала «Мне нужно это для исследования!» и обнимала за шею Алекса и лезла к нему с поцелуями. Единственное, что меня остановило от стремления разодрать ему лицо, это выражением абсолютного счастья на твоём лице, пусть и странными чернющими глазами.
— Это…
— Выкидыш, — констатировала Вера. — Оно всё равно бы не прижилось, а лишь убило бы тебя, может не сегодня, завтра. Ты вспомни своё состояние вчера. Энергия Алекса просто вытравила это из тебя.
— Нельзя было по старинке, — тихо пробормотала Лика, крутя банку перед глазами, — через виски?
— А он двух зайцев решил поймать, — усмехнулась Вера.
— Совместил полезное с приятным? — в голосе девушки слышалось небольшое разочарование.
— Наверно не без этого, хотя по его лицу нельзя было сказать, что он уж очень доволен. Скорее безмерно огорчён. Он избавил тебя от Маркова творения и стабилизировал энергию, чтобы ты больше не превращалась в рыжего монстра.
— Откуда ты знаешь, что это подействовало? — недоверчиво спросила Лика, заметив, что в банке что-то шевельнулось. Или ей показалось?
— Они это чувствуют, — Вера немного отвела взгляд, видимо что-то вспомнив приятное. — Ты сама как? Не хочется рвать и убивать?
Лика прислушалась к себе. Действительно, кроме саднящего ощущения между ног, ничего не вызывало волнения. Но это не отменяло факта насилия. Почему они все считают, что можно не спрашивать её разрешения? Ни Тимур, ни Марк, ни Алекс. «Я же верила тебе, Алекс»
— Убить хочется, — призналась Лика.
— Понимаю, сочувствую, соболезную. Как и признаю тот факт, что могла тебя потерять.
— Где он?
— В замке.
— Что?! — Лике показалось, что она ослышалась.
— Пошли с Димкой мстить за тебя, — Вера откинула плед в сторону, подошла к шкафу, подхватила с ближайшей полки стопочку вещей и вручила их Лике. — Переодевайся. Душ там.
— Там же охрана! Их больше сотни!
— Нам велено сидеть здесь и не высовываться, — Вера присела на стул и мечтательно посмотрела в окно. — Может не послушаться? Ты мне вот что скажи. Зачем все это?
Она ткнула пальцем в банку.
— Он гений, мам, — после некоторой паузы призналась Лика. — Жестокий, безжалостный, бесчеловечный, прилагательных можно вспомнить много. Но существительное одно.
— Я может конечно и дура необразованная, но при чём здесь гениальность? Его послужной список на миллионы километров тянется кровавыми следами. Он…
— Да, мам, я знаю, — перебила её Лика. — Я знаю, что так нельзя, это противоестественно. Это нарушает все законы морали и этики. Но если абстрагироваться от человечности, то его можно понять.
— Ты меня пугаешь, — тихо сказала Вера.
— Не переживай, — грустно улыбнулась дочь. — Я не пойду по его стопам. А это — она подняла банку вверх — конструктор, по крайней мере, планировался именно он.
— Конструктор?
— Так называет Марк существ, обладающих способностью создавать, конструировать, воплощать, материализовывать. Не бога, нет. Таких, как Егор. Только улучшенных. Планировалось, что я выношу этого ребенка.
— Бл……………….!!!!!
Непечатные выражения полились потоком, но Лика словно отключилась от происходящего, рассматривая то, что начало двигаться на дне банки. Нет, ей не показалось. Оно действительно двигается. Чуть приподнимается и еле видно шлёпается вниз. Или это дыхание?
— О Господи, — простонала Вера, заметив шевеления в банке и быстро набрала номер Берестова, включив громкую связь.
Ей ответили не стразу. После подключения, комнату наполнили звуки рычания, борьбы, визга и грохота.
— Милая, ты не вовремя.
— Чего-то вы долго. Закругляйтесь уже. У нас тут жизнь в банке.
— Не понял.
— Я тоже не понимаю. Оно шевелится.
— Ясно. Мы скоро.
Послышался чей-то сдавленный крик и связь отключилась.
— Если хочешь знать о численности, то там наши высадились полчаса назад, — Вера взяла банку и спрятала её в сейф, обнаружившийся в шкафу. — Ты голодна?
— Нееет, — Лика вспомнила вчерашний ужин. — Мам, скажи пожалуйста, когда ты поняла, что любишь папу?
— Когда чуть не потеряла его, — не сразу ответила Вера. — В тот момент всё стало на свои места.
— Сворачиваемся, — прокричал Берестов, отбрасывая к стене очередного желтоглазого охранника. — Активируй глушилку.
Оборотень, которому был отдан приказ, быстро начал устанавливать в центре комнаты небольшое устройство, отдалённо напоминающее цифровой фотоаппарат на треноге. Глушилка вполне оправдывала своё название, испуская в радиусе ста метров низкочастотные инфразвуковые волны и вызывая поражение нервной системы любого живого существа, попавшего под «обстрел».
— Надеть защиту!
Два слова возымели мгновенное действие. Прекратились любые поползновения в отношении противника и через две секунды на голове каждого оборотня красовалась замысловатая конструкция, генерирующая мощное защитное поле вокруг носителя.
Три, два, один. Таймер на глушилке достиг ноля, и охранники замка вместе с обслугой повалились на пол, зажимая уши, из которых начала сочиться кровь. Пять герц делали своё дело, ввергая обитателей замка в состояние ужаса и вызывая лёгкие повреждения жизненно-важных систем организма. Спустя определенное время глушилка прекратила своё действие, и оборотни теперь скручивали обездвиженных, но вполне живых людей и нелюдей.
— Что там? — Алекс подключился к внутренней компьютерной системе замка, запуская поисковые программы.
Одна за другой на схеме замка появлялись красные точки, обозначающие теплокровных существ.
— Вера сказала, что оно шевелится, — Берестов отправлял в нужные точки оборотней, раздавая команды освободившимся от вязки противника.
— Что шевелится? — закончив компьютерный поиск, Алекс закрыл глаза и начал сканировать пространство собственным внутренним зрением.
— То, что ты успешно изъял несколько часов назад, — пальцы ловчего заскользили по клавиатуре, взламывая защитную систему и отключая энергетический контур, реагирующий на проникновение.