Страница 36 из 77
— Чёрт…
— Что случилось?
Не отвечая, Берестов прополз к люку и с усилием открыл его. Подтянул Веру, помог ей опуститься вниз и скользнул следом. В вагоне стояла гробовая тишина, лишь где-то в глубине кто-то протяжно всхлипывал. Люди прижались к своим сиденьям, смотря на пол, где лежали окровавленные тела двух машинистов. Ловчий быстро подошёл, проверил пульс, покачал головой и накрыл большими пальцами глаза одного из них. Вера знала, что делает начальник и молча ждала, не трогая второго тела. Вероятность расстаться с ужином была слишком велика, поэтому любопытству сегодня пришлось потерпеть. Быстро скачав последние воспоминания, нахмуренный Берестов поднялся, чуть покачнувшись в сторону. Потёр виски, встряхнул головой и кивнув Вере пошёл в сторону кабины.
— Дим, что происходит?
— Хрень у нас происходит, любимая, — он вытащил мобильник из кармана, убедился в отсутствии связи и ругнулся. — В кабине псих.
— Чтобы угнать поезд в метро, нужно быть действительно психом. Что мне с ним делать? «Любить»?
— Меня надо любить, хорошая моя, — не глядя на Веру, ответил ловчий и вытащил небольшую гарнитуру. — В горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас.
— Код 1601! Угнан поезд в метро. Подозрение на невменяемость. Необходимо обесточить весь путь по Замоскворецкой линии. Требуются… эээ, — ловчий запнулся, оглядев смотрящих на него людей, — реципиенты в количестве нескольких штук.
Выключив гарнитуру, Берестов постарался громко, но спокойно объяснить окружающим, что переживать не надо, помощь уже в пути. Очевидно слово «невменяемость» была менее страшным, чем «терроризм», и люди дружно, как китайские болванчики, закивали, выражая готовность слушаться. Отлично, двигаемся в следующий вагон и сидим там. Отправив людей подальше, Берестов двинулся к кабине машиниста. Не дойдя пары метров, он пошатнулся и схватился за поручень.
— Дим? — Вера вынырнула перед ловчим и схватила его лицо, обняв ладонями.
— Всё в порядке, — Берестов поморщился, убрал её руки и усадил на ближайшее кресло. — Сиди здесь.
Вера гневно зыркнула и скрестила руки на груди.
— Тебя шатает! Ты когда последний раз спал? — она и правда забыла, когда последний раз видела его спящим.
— Вот выйдешь за меня и будешь с полным правом наблюдать, когда я сплю, — с вымученной улыбкой проговорил Берестов. — А пока сиди и выполняй приказания, мой любимый подчинённый. Сидеть и ждать.
Подойдя к двери и подёргав её для проформы, он поднапрягся и резко потянул на себя. Со скрежетом, но дверь поддалась и ловчий юркнув внутрь кабины. Вера вскочила и побежала за Берестовым.
— Ты не помешаешь мне, о презренный демон!
В кабине, на пульте управления — и как он там только держится? — стоял колоритный парень в домашней одежде и газетой в руке, держащей её так, слово это был меч из самой благородной стали. Густые кудрявые волосы, создававшие ореол на голове, вздернутый подбородок и босые ноги в стойке — перед ними был воин, защищавший свою вотчину.
— Будем сразу скручивать или послушаем? Нам всю ветку освободили, минут пятнадцать у нас есть, — полусерьёзно-полуиздевательски спросил ловчий.
— Сваргард ждёт меня! Меня! Создателя и единственного правителя! Ты пришёл по мою душу, демон? — воин в полосатых штанах призывно махнул газетой.
— Ну что ты! — примирительно помахал руками Берестов. — Я только за телом. За душой она пришла.
И указал на Веру.
— Ты тоже демон? — «правитель» направил оружие на девушку, и вдруг его глаза расширились от радости предвкушения. — О, нет! Ты не демон! Мне послан помощник, а значит моё дело правое! Идём со мной, мой ангел!
И спрыгнул с пульта прямо на опешившую Веру. Долететь до неё он не успел, будучи подхваченным одной рукой, но всё-таки коснулся девушки, потерявшей в ту же секунду сознание от объёма обрушившейся на неё информации.
— Вера, душа моя, — голос медленно обретал громкость. — Вера? Очнись.
Она открыла глаза и улыбнулась, глядя в встревоженные глаза начальника.
— Ты как?
— В норме, — она приподнялась и приняла сидячее положение. В голове ещё мерцали картинки удивительного мира, созданного молодым человеком в полосатых штанах. — Он пациент психиатрической больницы, сбежал сегодня. Надо его вернуть обратно, но не делайте ему больно.
— Почему?
— Внутри него целая вселенная, такой огромный мир, — с воодушевлением произнесла Вера. — Ему нужно что-то, чтобы «родить» его. Я не знаю. Бумага, карандаши, планшет, не знаю. Но уничтожать это психотропными препаратами нельзя. Это очень красиво, очень.
Берестов поднял её на руки и поднёс к открывшимся наконец дверям, за которыми находились службы безопасности. Пронеся Веру несколько сотен метров, он поднялся на перрон станции метро Тверская. Эскалатор лениво потащил их наверх. Берестов поставил Веру на ступеньку выше себя и глядя в глаза, спросил:
— Почему?
— Что почему? Уточни запрос.
— Почему нет?
Вера вздохнула.
— Я там уже была.
— В одну реку дважды не входят?
— Типа того.
— У меня опыта нет. Но не думаю, что всё так страшно и ужасно. Или, — Берестов шутливо сделал удивленные глаза. — я всё-таки страшный и ужасный?
Вера рассмеялась.
— Что с этим парнем? Куда его отвезут?
— Переводишь тему?
— Так точно. Но мне правда интересно. Жаль его.
— А ничего, что он ухлопал пару человек по пути к своей мечте стать правителем выдуманной страны? — Берестов нахмурил брови.
Вера всё понимала, но увиденный мир поразил её в самое сердце. И то, что создал его неуравновешенный человек лишь дарило этой вселенной те возможности, которые ограниченный условностями ум никогда не даст.
— И чуть не убил больше двухсот пассажиров, — припечатал ловчий.
Вера с искренним сожалением признала, что такого создателя лучше всего держать под контролем.
— Он был программистом, — всё же попыталась Вера. — Может быть вернуть ему компьютер и дать возможность творить? Под надзором специалистов конечно.
— Я подумаю над этим. Но хочу тебя предупредить.
Вера напряглась.
— Завтра мы идём в театр. Форма одежды — парадная.
— Только при одном условии, — Вера хитро улыбнулась.
— Каком? После театра сразу в ЗАГС? — в мужском голосе веселилась надежда.
— После театра сразу спать.
— В смысле первой брачной ночи?
— Нанадцатой внебрачной ночи! — Вера стукнула ловчего кулачком в грудь. — Иначе пойду в морг.
— Зачем? — искренне удивился Берестов.
— Буду читать воспоминания девушек лёгкого поведения с целью….
— Стоп, — её рот накрыла мужская ладонь. — С тебя завтрак, и я иду спать прямо сейчас, ок?
— Овсянка, сэр. Исключительно.
Ловчий скривился, но кивнул. В конец концов, ближе к телу будет ближе дело.
Театра не случилось ни завтра, ни послезавтра. Ловчий не появлялся на пороге, не влетал в окно, не отвечал на звонки. Вера выпила вторую чашку кофе и отправилась на работу, так как выходные закончились.
Жизнь в конторе шла своим порядком. По коридорам сновали сотрудники различных отделов, спеша по своим и не совсем своим делам. Вера в который раз удивилась их работоспособности. Зная, что система в принципе никогда не прилёт в равновесие, всё равно упорно день за днём пытаться достигнуть гармонии. Чудеса.
Она зашла в кабинет, поздоровалась с домовым и пошла искать начальника. Его кресло оказалось пустым, компьютеры выключенными, а фейка спящей в банке в обнимку с зубной щёткой (где только взяла?).
— Вань! Где Дмитрий Андреевич? — Вера выглянула из кабинета.
Домовой замер, вспоминая что-то, открыл ежедневник, пролистал его, повернулся к компьютеру и начал там что-то просматривать. Прошло несколько минут, в течение которых Вера стояла в проёме и ждала, пока домовой ей ответит. Но тот молчал.
— Вань?
Домовой поднял глаза и с удивлением уставился на Веру, словно только что увидел её.