Страница 24 из 77
— Кто ты? Покажи.
Поневоле Вера расслабилась и выпустила крылья на волю. Русалка прижалась к стеклу практически всем телом, рассматривая белое оперение ангела, словно видела его впервые.
— Подойди поближе, — позвала она Веру и та прижалась к стеклу так же как морская красавица.
Знакомое чувство входа в чужое сознание и перед ней закрутились словно карусель картинки. Странно, русалка видела мир не так, как Вера. Всё живое в нём было подобно пульсирующим шарам, разного цвета и плотности, неживое — в серо-белой гамме. Вера с удивлением увидела себя со стороны, оранжевый сгусток с позолотой по краям и лучи светло-зеленого цвета, расходящиеся в разные стороны. Видение дёрнулось и Вера разглядела дно океана, кишащее жизнью: рыбы, моллюски, кораллы, водоросли. Изображение дёрнулось ещё раз, и теперь дно было практически безжизненным. Картинка снова поменялась и Вера увидела причину изменений: микроскопическую водоросль, выделяющую нейротоксин в окружающее пространство. Немного яда и соседей, как ни бывало. Какое милое растение! Она читала о чем-то подобном, каждый выживает, как может. Ареал обитания подобных хищников, как правило, ограничивался определенной территорией и особенно не менялся по площади во времени.
Картинка растаяла, уступив место километрам, правильнее было сказать милям, пустого морского дна. А потом ей показали русалку, в которую попал тот самый нейротоксин. Зрелище было настолько печальным, что Вера, не осознавая своих действий, послала частичку любви русалке, в разуме которой сейчас пребывала. Её тотчас отпустили, отправив мысль о том, что сам по себе этот чудесный эукариот так широко не размножается.
— Красиво, правда?
Вера обернулась на голос. Старик невысокого роста в протертом белом халате. На бейдже значилось: «Васильев И.И.»
— Очень, — призналась она.
— Жаль, что не разумны, — вздохнул И.И. — Одни рефлексы, да и те в основном безусловные.
Вера снова обернулась к стеклу, за которым русалка крутилась по кольцу, изображая недалёкую гуппи. Решив пока повременить с опровержением миропонимания сотрудника отдела, девушка задала интересующий её вопрос:
— А не подскажете, с кем можно проконсультироваться по поводу водорослей?
— Помогу чем смогу, — улыбнулся старичок и протянул руку. — Иван Иванович Васильев, профессор кафедры Института проблем мирового океана и по совместительству директор данного подразделения. А вы?
— Вера, отдел по контролю рождаемости, — она пожала морщинистую, но тёплую и сухую руку.
Глаза профессора загорелись профессиональным азартом.
— Так, так, — воодушевленно проговорил он. — Отдел по контролю рождаемости? Уж ни ангел к нам пожаловал?
Вера покраснела, но кивнула.
— Да не стесняйтесь, девушка! — подбодрил её Иван Иванович. — Не думал, что увижу. Берестов уж очень вас оберегает от остальных, даже поглядеть не разрешил, когда вы к нам первый раз пришли.
— Да уж, я ценное приобретение, помню, — с некоторым раздражением пробормотала Вера, переведя взгляд снова на стекло. Русалки уже не было.
— Да что ж мы тут стоим, пойдёмте в кабинет, я на все вопросы отвечу, — профессор подхватил её за локоток и потащил к себе.
Из отдела Вера вырвалась не сразу. В неё влили три чашки чая, скормили пачку печенья со спируллиной и взяли обещание прийти снова. Из разговора с профессором Вера выяснила некоторые интересные факты:
Размножение водорослей — контролируемый процесс.
Не каждую водоросль можно культивировать, по крайней мере, наука пока ещё не в курсе дела.
Лашутин Константин, он же Лашук, в доводяной жизни был преуспевающим фермером с хорошей коммерческой жилкой.
Обобщаем полученную информацию и получаем. Кто-то чистит морские и речные просторы дешевым и весьма эффективным способом. Ссыльный водяной явно к этому причастен. Главный вопрос: зачем?
Вечером следующего дня её возле подъезда ждал хмурый и неразговорчивый начальник. С возникшими вопросами Вера пока решила повременить.
Подмосковная объездная дорога, для тех, кто не хочет платить за комфортную трассу до аэропорта. Ловчий остановил машину на обочине и, взяв Веру за одну руку, а бутылку с водой в другую, пошёл вперёд. Через двести метров остановился, сверился с только ему понятными ориентирами, взглянул на часы, потряс бутылку с содержимым, похожим на обычную воду, разлил по правой стороне дороги жидкость, вытащил из кармана брюк баллончик и оросил воду, мгновенно занявшуюся льдом. После чего отошёл от дороги ближе к деревьям и накрыл их обоих куполом невидимости.
— Четыре, три, два, один. Смотрим налево, — и повернул подбородок девушки в указанном направлении.
Из-за поворота вылетела небольшая иномарка. Сердце ангела вполне обоснованно замерло, понимая, что сейчас будет. И понимала, что ничего сделать нельзя. Всё выверено и просчитано. Вера зажмурилась, когда раздался вполне ожидаемый визг шин и звук удара. Сминаемый металл скулил, вбирая в себя большую часть повреждений. Уже готовая разрыдаться Вера ощутила толчок в плечо.
— Иди «случайная прохожая», вытаскивай детей, — резкий голос Берестова вывел из оцепенения. — Да побыстрее, сейчас рванёт.
Вера бросилась к машине, из которой с трудом выбиралась молодая женщина с разбитым в кровь носом. Такое случается из-за подушек безопасности. Вера подскочила к дверце, распахнула и с облегчением выдохнула, увидев пристёгнутых девочек лет четырёх. Уже испугавшиеся, но ещё не среагировавшие, они молча озирались по сторонам. Вера быстро вытащила их, отнесла к дереву, подбежала к женщине, подняла её, отмечая её шоковое состояние, и также увела от машины. И как оказалось вовремя, потому, что раздался оглушительный взрыв. Вера оглянулась, но Берестова нигде не было. Ладно, не важно. Она набрала 911, вызвала службу спасения и немного успокоила всю девичью компанию, которая только сейчас осознала произошедшее и принялась громко подвывать.
Сдав пострадавших прибывшей скорой помощи, она вернулась к машине, в которой приехала. Берестов спал на водительском сиденье. Вера наклонилась и постучала в окно.
— Дмитрий Андреевич, жду объяснений.
— Садись в машину, пока доедем, сама всё узнаешь.
Она вздохнула, понимая, что больше ничего от него не добьётся. Выпрямилась, посмотрела на начальника, развернулась и пошла вдоль дороги. Послышался звук заведенного двигателя и вскоре машина поравнялась с идущей девушкой.
— Вера, сядь в машину.
— Сяду, если ответите на вопрос.
— Какой?
— Что имела в виду ведьма, когда говорила «нужны силы двоих, несущих тьму и свет»? — спросила она как можно непринуждённее, стараясь не смотреть на начальника, но периферийное зрение видимо существовало само по себе и старалось выхватить из картины хоть малейшие изменения.
— Мы закрыли это дело, — после некоторого молчания ответил ловчий.
— Номер 647?
— Да, — удивился Берестов. — Откуда ты знаешь?
— Ну мне ж премию за него выплатили с вашей лёгкой руки, — ехидно произнесла Вера, по прежнему идя по обочине и не смотря на начальника. — А я уж так надеялась, что меня уволили, начислив трёхмесячный оклад. Так что там с ведьмой?
— Если взять тебя, взять меня и одновременно отправить к праотцам, то высвобождается колоссальное количество энергии, сравнимое с мощью термоядерной реакции, только тип энергии другой.
Вера остановилась, обдумывая сказанное. Силы двоих. Теперь всё стало на свои места. Силу можно забрать, только забирая жизнь. Возникает следующий вопрос: как ведьмы, имеющие, судя по разрозненной информации, гораздо меньшую силу, смогли создать артефакт такой мощи? Не поспособствовал ли этому кто-то более сильный? Кто это может быть? Вампир? Нет, они только из живых энергию вытягивают. Демон? Но нужны силы двоих, причем не просто двух демонов, а ангела и демона. Значит, есть кто-то сильнее демона.
— Если я удовлетворил твоё любопытство, то садись в машину.
Назвался груздём, полезай в кузовок. Вера обошла машину и уселась на пассажирское сиденье. Они в молчании доехали до города. Ловчий припарковался возле торгового центра, достал с заднего сиденья ноутбук, открыл его и загрузил новостной канал. Топовой новостью было падение пассажирского самолёта, вылетевшего из Шереметьево час назад. По предварительным данным самолёт взорвался в воздухе, выживших скорее всего нет, отправлена группа для поиска чёрного ящика.