Страница 77 из 82
Дарина.
Тьма, окружающая меня со всех сторон рассеивалась, выпуская наружу мое сознание. Сквозь пелену стали пробиваться приглушенные звуки и голоса. Но я была очень слаба и снова провалилась в беспросветную бездну, не позволяющую выпустить меня на поверхность.
В следующий раз сознание приходило быстрее, туман рассеялся, и у меня получилось приоткрыть глаза и почувствовать резь в глазах от яркого света.
Не сдержав стон, попыталась сглотнуть, но в горле было сухо, как в пустыне.
- Доченька, - мою руку сжали и стали гладить, помогая мне приходить в себя. - Милая моя, - узнала голос мамы. Ее голос звучал четче, держал на поверхности, не позволяя мне снова впасть в забытье.
- Ма, - прошептала я, уже понимая, где я и что со мной. Операция. Я жива. Я смогла. Вернулась к нему. Только его голос держал меня, не позволяя уйти в темноту. Не дал уйти навсегда.
Тело очень слабое, пальцы едва шевельнулись, когда я попыталась напрячь мышцы. Ничего не вышло, только лишь почувствовала боль в груди.
- Все хорошо, милая, все хорошо, - приговаривала она, сдавленным голосом. - Сейчас позову доктора, скажу, что ты очнулась.
- Где Тимур? - не слушая ее, спросила, морщась от боли. Мне хотелось знать, что он рядом. Что не исчез. Не оставил. Его присутствие было необходимо, как глоток целительного воздуха. - Позови, - прохрипела, сфокусировав свое внимание на ее лице.
- Он здесь, с отцом, - выпустив мою руку, поднялась с рядом стоящего стула и поспешила к двери. - Сейчас позову.
От головокружения стало подташнивать. Прикрыла глаза, но сразу открыла, сопротивляясь слабости. Посмотрела на капельницу, провода, подключенные к аппаратам, скрывающиеся под белой простыней и ужаснулась. Не хотелось, чтобы такой меня видел любимый, боялась, что почувствует отвращение, отвернется, разлюбит. Зря я попросила его позвать... Дурочка.
Дверь скрипнула, и я увидела Тимура. Жадно всматривалась в любимые черты лица, сдерживаясь чтобы не прогнать. Так страшно, что ему не понравится то, что увидит. Хотелось быть привлекательной, желанной… А не такой, как сейчас...
- Малыш, - подошел ко мне, касаясь пальцем моей щеки, вытирая влагу. - Не плачь маленькая. Все позади. Скоро все закончится, - говорил ласково, беря мою руку в свою.
- Не смотри…, - выдохнула я, зная, как сейчас отвратительно выгляжу. - Я ужасна…
- Ты самый прекрасный Ангел, - улыбнулся он, наклоняясь чтобы поцеловать в губы. - Люблю тебя безумно и мне не важно, как ты сейчас выглядишь. Глупая, - шептал возле губ.
Облегченно выдохнула, слыша его приятные слова. На душе стало легче. Любит... Любую...
- Тим, это же правда? Мне не приснилось? - спрашивала, словно пыталась убедиться в правдивости, того, что узнала перед операцией.
- Правда, маленькая. Мы не родные, - отвечал улыбаясь. Осторожно гладил меня по волосам, щеке, успокаивая. Прикрыла глаза, вдыхая его запах.
- Поспи, я буду рядом, - прошептал он, целуя мои пальчики. - Я тебя не оставлю.
Слышала его голос, проваливаясь в сон, который был наполнен счастьем и любовью. Снилось, как я иду у моря, а рядом со мной Тимур, держащий на руках темноволосого малыша, очень похожего на любимого. Мы смеялись, обнимались, целовали нашего ребенка в щечки. Ярко светило солнце, приятный теплый ветерок играл в волосах отца и сына, и я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.
Сквозь сон я слышала приятный шепот родного голоса, повторяющий, о том, как он меня любит, никогда не отпустит, всегда будет рядом...
*****
- Тимур, что ты опять задумал? - сидела на краю кровати с закрытыми глазами, пока любимый готовил очередной сюрприз. - Ты сведешь меня с ума, - смеялась я, едва сдерживая свое любопытство.
Сколько их было за эти два месяца, уже не счесть. И то что моя палата превратилась в оранжерею - это пустяки. Каждый день моего выздоровления был наполнен любовью и заботой любимого. Все свое время он проводил со мной. Каждую минуту своего времени посвящал только мне. Положительные эмоции действовали на меня благотворно, тем самым приближая день моей выписки.
- Открывай, - сказал он, усаживаясь возле меня.
Медленно открыла глаза и посмотрела на, небольшого размера, книжечку в его руках.
- Это детские сказки? - выпалила я, рассматривая яркую цветную обложку. - Только их ты мне еще не читал, - смеялась я, пока не заметила выгравированные колечки золотистого цвета по центру. Вмиг замолчала и вырвала ее из его рук. Нет, это же не сон? Нет, сон! Самый прекрасный! Невероятно...
- Ты это сделал? - взвизгнула я, кидаясь ему на шею, держа в руках наше свидетельство о браке Российского образца. - Тим, с ума сойти. Мы теперь правда женаты, - смеялась я, покрывая его лицо поцелуями.
Я предполагала, сколько бумажной волокиты пришлось вынести любимому, чтобы сделать наш брак действительным в нашей стране. Его ничего не останавливало, делал все, чтобы я была счастлива.
- Все для тебя, - обхватив меня, усадил к себе на колени. - Как смотришь на то, чтобы обвенчаться? - спросил он, прижимаясь губами к моей шее. - Родители были бы рады присутствовать. Мы же их лишили этой возможности в Лос-Анджелесе, - проводил рукой по моему обнаженному бедру, вызывая дрожь во всем теле.
- Я буду только рада, - ответила ему, находя его губы. По мере того, как мое физическое состояние приходило в норму, становилось все труднее сдерживаться, чтобы не нарушить рекомендации врачей.
- Рина, - простонал Тимур. - Ты снова меня изводишь, - прорычал он, оторвавшись от моих губ.
- Даже не думала, - невинно похлопала ресницами, смотря на него. - Не могу удержаться, когда ты так близко.
- И сразу запускаешь свои маленькие ручки куда не нужно, - говорил он, вытаскивая мою руку из-под своей футболки. - Ты же слышала, что говорил врач. Избегать нагрузок, волнений. Вот неугомонная.
Хмыкнув, обхватила его за шею, смотря прямо в глаза.