Страница 73 из 82
- Операции? - переспросил я, не своим голосом. - Когда? - прикидывая в уме время, которое займет у меня на то чтобы добраться до них.
- Ее назначили на завтра. Врач сказал медлить нельзя, - ответила она, вызывая у меня озноб во всем теле.
- Я вылетаю к вам, - быстро проговорил, сбрасывая звонок.
Бл..дь! Малыш! Я не могу тебя отпустить, не так. Ни тогда, когда выяснилось, что мы не родные.
Быстро метнулся в сторону ванной комнаты, по пути срывая с себя грязную одежду.
Только бы успеть, прижать к себе и не дать случиться самому ужасному.
Смыв с себя кровь, и переодевшись в чистую одежду, рванул в аэропорт, молясь, чтобы ничего не помешало вылететь первым рейсам в Россию. Мы с ней мучились, страдали, не для того чтобы все закончилось так нелепо.
Утром, следующего дня, я подъехал к зданию клиники, где находилась Рина.
Посмотрел на небо, затянутое сплошными тучами, из которого шел затяжной дождь. Сердце билось, как дурное и одна мысль, лишь бы успеть до начала операции. Никогда не прощу себе, если опоздаю. Внутри становилось и жарко и холодно, пока вбегал на третий этаж, где было отделение кардиологии.
- Где находится Дарина Ростова? - остановив кого-то из медперсонала, спросил я, глотая ртом воздух.
- Она в реанимации, но к ней нельзя, - испуганно посмотрев на меня, ответила она.
Да, сейчас с заплывшим глазом и разбитой губой, выгляжу не лучшим образом, но меня это мало беспокоило. Мне нужно к ней, сказать то, что она мечтала услышать больше всего на свете.
Развернувшись, быстрым шагом пошел в нужное направления, глазами судорожно ища необходимую дверь. Наконец, оказавшись возле нее, заметил неподалеку сидящих родителей. Только сейчас не было ни малейшего желания с ними общаться. Злость клокотала внутри, они могли открыть правду, но не сделали этого. Скрыли от нас самое важное, не посчитав нужным раскрыть нам истину. Я пришел к ней, только она для меня самое важное. Самое ценное в этой жизни.
- Молодой человек, вы кто? Туда нельзя! - крикнула женщина в белом халате, когда я, без лишних слов открыл дверь в реанимацию.
-Муж.
- Брат, - одновременно с отцом ответили ей, смотря друг на друга.
- Ты что несешь? - громко спросил отец, не понимая смысла слов. - Что с твоим лицом?
- Сказал правду, - которую не пытался скрывать, игнорируя второй вопрос. - Это вы у нас мастера, все скрывать, - зло кинул ему, поворачиваясь спиной.
Отметая возражения врача, вошел в светлое помещение, где пищали какие-то аппараты и на кровати, бледная, как стена, с закрытыми глазами, лежала Рина. Глядя на нее, внутри все стянуло в тугой узел, а в горле образовался ком.
- Маленькая моя, - прошептал, подходя к ней. - Умоляю, не оставляй меня одного, - уже надрывно, проглатывая боль в горле, проговорил я.
Ее веки затрепетали, и я увидел ее затуманенный взгляд.
- Тим, - выдохнула он, шевеля пальчиками.
-Тихо-тихо, Ангел, не говори ничего, - беря ее руку в свою, сжимая ледяные пальцы. - Я рядом, прости, что пропал. Теперь я рядом, все хорошо, - попытался улыбнуться, насколько позволяла разбитая губа.
- Я думала…, - еле говоря. - Думала, ты меня оставил, - прошептала, прикрыв на секунду глаза.
- Никогда. Не в этой жизни. Помнишь? И в горе и в радости…, - говорил ей показывая на пальце свое кольцо, не обращая внимания на ошарашенные взгляды родителей.
- Да…, - прошептала она, слегка улыбаясь.
- Мы не родные, малыш. Слышишь? Не родные, - говорил ей, испытывая бешеное желание поделиться радостной новостью. - Больше нет преград, - поцеловал ее в бледную щеку.
Больше нет ненавистных барьеров, нет смысла скрываться и думать о том, что нас увидят.
-Боже, - всхлипнула она. – Это лучшее, что я слышала.
Повернув голову к родителям, посмотрел на них колким взглядом.
- Оставьте нас, - сухо сказал им, не отпуская руку любимой.
Кивнув, не говоря ни слова, вышли из палаты, прикрывая за собой дверь. Не хотелось сейчас выяснения отношений. От них никуда не деться, но не сейчас. Все потом…
Придвинув стул, присел рядом, чтобы находиться, как можно ближе к ней. Потянулся и стал осторожно целовать губы, любимый, родные, желанные, несмотря ни на что.
- Я боюсь, - шептала она, разрывая наш поцелуй.
- Не бойся малыш, я не дам тебе уйти, - шептал в ее обласканные поцелуями, губы.
- Если меня не станет…, - со страхом в глазах, тихо проговорила она, касаясь ладонью моей колючей щеки.
Быстрый поцелуй в губы заставил ее замолчать. Не позволит этому случится. Зубами будет выгрызать, но не позволит подобному произойти. Она его, только его. Навсегда.
- Этого не произойдет, маленькая. Ты моя и я не отдам тебя никому, даже самой смерти.
Обнял ее бережно, прижимая к самому сердцу, чтобы чувствовать всеми клетками тела. Она - его жизнь. Без нее нет и его. Он очень боялся. Липкий страх потерять навсегда, душил, заставлял впадать в первобытный ужас. Вдруг что-то пойдет не так? Всегда есть вдруг.... Но сейчас, в эту минуту он не может показать свой страх. Не имеет право.
-Боюсь быть без тебя. Не могу…
И я не смогу. В минуту, когда ее сердце перестанет биться, меня не станет.
-Я всегда буду рядом, обещаю. Твоя боль - моя боль.
Именно так. Я не стану жить без нее. Мы будем вместе. Навечно.
- Люблю тебя…, - шептал, покрывая ее лицо поцелуями.
- Люблю тебя... , словно эхом, вторила мне в ответ.
Часы ожидания в коридоре тянулись вечно. Каждый раз смотрел на циферблат с огромными стрелками на стене и казалось время не сдвинулось ни на минуту. От волнения сходил с ума, хотелось зареветь раненным зверем от бессилия. Потому что ничего не могу сделать. Оставалось лишь метаться из угла в угол, по комнате ожидания, матерясь в голос.
- Тимур, присядь, - смотря на меня с гримасой боли, печальным голосом проговорила мама, пытаясь меня успокоить. - Врачи делаю все, что нужно, - посмотрев на нее заметил, как пролегла тень усталости на ее красивом лице. В уголках глаз добавились морщины, а губы подрагивали, готовясь разразиться рыданиями.