Страница 6 из 10
Чувствую, как его рука снова мягко ложиться мне чуть выше талии, а мышцы груди напрягаются.
— Сейчас, — командует он негромко и легко увлекает меня в поддержку.
— Молодцы!
В танцклассе снова появляется Ирма, а я будто выныриваю из воды, когда делаю шаг в сторону от парня. Поддержка действительно получилась мягкой и аккуратной, я и сама не заметила, как скользнула вверх, оторвавшись от пола.
— Ребята, мне пора бежать. Вы тут дальше сами, — она забирает висящий на станке лёгкий кардиган. — Макс, выключишь тут всё. Пока-пока.
Девушка машет нам на прощание рукой и спешно выбегает из класса, оставляя одних. Глупо, наверное, но мне как-то не по себе оставаться с малознакомым парнем вечером вдвоём.
— Продолжим? — он включает музыку и протягивает мне ладонь.
Я слишком концентрируюсь на соприкосновении наших пальцев, почему-то отмечая, что руки у Максима горячие, и сбиваюсь. Будто в ушах у меня затычки, не позволяющие услышать и ощутить ритм. Оступаюсь раз за разом, едва ли не путаясь в ногах.
«Она не в форме» — всплывает в голове. А ведь действительно…
Раньше мне ничто не мешало концентрироваться на танце. Это расцветало внутри само по себе, стоило только включить музыку и настроиться на волну. Импульс шёл изнутри, прорывался сквозь все жизненные проблемы и мысли. Сейчас же я отвлекаюсь, сбиваюсь, абсолютно не чувствую музыку. И как обидно тогда это не прозвучало, но я действительно не в форме.
Какое-то время мы ещё пытаемся, даже пару раз выходит сносно, пока дело снова не доходит до поддержки. Технически вроде бы получается правильно, но как в тот единственный раз — не выходит.
— Нина, ещё раз, — Максим хмурится, недовольно сверля меня своими карими глазами. — Расслабь плечи, ты снова сильно напрягаешься.
— Я устала, хватит. Мне нужно ехать уже, — после очередной неудачной попытки я решаю, что пора заканчивать. Ну не клеится у нас танец, как ни крути.
— Хорошо.
Максим соглашается и, выключив музыкальный центр, уходит в раздевалку. Я смотрю на часы на мобильном. Уже почти восемь! Если сейчас не успею на свой автобус, то буду потом торчать на остановке ещё полчаса. Быстро натягиваю джинсы, забрасываю балетки в рюкзак и тороплюсь на выход.
И как я не стараюсь нестись на всех парах по полутёмному пустому зданию клуба, как не тороплюсь через проспект к остановке, автобус крутнул задом прямо перед моим носом и был таков. А мне вдруг захотелось расплакаться. Наверное, репетиция всколыхнула в душе то, что уже давно осело, вызвав такие эмоции. А тут ещё и этот автобус. И холодно. Господи, неужели у меня вообще мозгов нет? На носу октябрь, тем более вечер, а я вырядилась в тонкую водолазку и кожанку. И теперь дрожу на ветру как осиновый лист, обхватив себя руками.
На остановке стоит ещё какая-то женщина средних лет и двое парней. Наверное, они ничего такого ввиду не имеют, но мне как-то не по себе от их взглядов. Скорее бы эти полчаса прошли.
Я отхожу ближе к краю и поглядываю на дорогу. Вдруг что ещё ходит в нашем направлении.
Внезапно прямо возле меня притормаживает низкая чёрная иномарка. Я даже испугаться не успеваю. Пассажирское окно возле водителя опускается, и я вижу за рулём Максима Ларинцева. Ничего ж себе. Не знала, что обычные студенты ездят на таких тачках. Хотя, с чего я взяла, что он обычный студент?
— Ты куда сбежала, Принцесса? Садись давай, подвезу.
На улице холодно и ветер. Неприятные взгляды двух незнакомых парней на полупустынной остановке в восемь часов вечера, когда солнце уже давным-давно улеглось спать, забив на этот мир. А до автобуса ещё двадцать пять минут, если надеяться на то, что он придёт вовремя. И…
— Нет, спасибо, я автобус подожду.
Парень удивлённо поднимает брови, а я вся вздрагиваю от налетевшего порыва ветра.
— Серьёзно? — сарказм он прикрыть не старается. — Садись уже, Пёрышко, я же сказал, что не кусаюсь.
Новый порыв ветра и пара упавших на рукав куртки капель помогают затолкнуть моё настороженное отношение к нему куда подальше. Я распахиваю пассажирскую дверь и ныряю в тёплый салон.
Глава 7
— Рудик, ты прикалываешься?
Юлька сидит за столом, положив подбородок на ладошки, пока я наливаю себе в кружку чай, и следит за каждым моим движением.
— О чём ты?
— Я тут уже изнываю от жажды подробностей, а ты всё молчишь, будто ничего не произошло.
— А что произошло? — разворачиваюсь и смотрю непонимающе на подругу, прислонившись к столешнице.
— Нина! — Юлька выпрямляется и принимает возмущённый вид. — Тебя привёз домой Максим Ларинцев. С которым ты до этого танцевала.
— То есть то, что я стала к станку после пяти лет твоих уговоров, тебя интересует меньше, чем то, что меня подвёз парень.
Богатырёва подкатывает глаза и тяжко вздыхает, а потом смотрит на меня как на умалишённую.
— Ты понимаешь, что если Ларинцев запал на тебя, а он совершенно точно запал, то ты станешь в универе темой номер один для обсуждения. Но это ведь и не плохо, правда?
Теперь уже моя очередь подкатить глаза. Её восторг этим парнем меня уже немного достал. Она и на репетицию провожала меня как будто я не танцевать шла, а замуж выходила. Я едва отбила своё право надеть любимую удобную водолазку, а не кофту с вырезом. Да и нечего особо мне показывать в этом самом вырезе.
— Юль, ну что за глупости? Да с чего ты вообще решила, что он запал на меня? По-моему, я его жутко раздражала всю репетицию.
— Потому что Макс Ларинцев кого попало в свою тачку не посадит. Ты вообще заметила, какая у него сексуальная аура? Мне кажется, у меня ноги подкашиваются, когда рядом с ним стою.
Заметила. Наверное, таких людей называют энергетическими вампирами, потому что действительно, находясь возле них, ощущаешь себя немного поплывшим, как в тумане.
— Богатырёва, не выдумывай. Он назвал меня поленом, а это вряд ли может свидетельствовать о том, что он на меня запал. Так что отстань. У меня всё тело болит с непривычки. Я в душ и спать.
Юлька, оставшаяся без подробностей, надувает губы и провожает меня в ванную сердитым взглядом. Когда горячая вода прикасается к коже, я ощущаю, как расслабляются напряжённые мышцы. Связки немного тянет с непривычки, но я не могу не признаться, что эта боль мне чем-то приятна. Она напоминает те счастливые дни, которые я давно заперла в тёмном углу моей памяти. Я делаю воду горячее, до едва терпимого жжения, чтобы отвлечься от вспыхнувших воспоминаний о хлопке и боли, что за ним последовала. Я должна попытаться. Не ради этого конкурса. А ради самой себя.
Утром в университет мы с Юлькой приезжаем ко второй паре. И у неё, и у меня была совместная лекция по ОБЖ на третьем этаже. Не знаю, что в той аудитории с окнами, но из щелей жутко дуло и мы здорово замёрзли, а потому решили пойти в столовую и выпить по стакану горячего чая.
К лестнице идём через широкую рекреацию на втором этаже. С нами две девушки с моей группы — тоже решили выпить чаю. В коридоре шумно, будто я снова попала в школу. Какие-то парни, судя по всему с первого курса, затеяли игру и передают друг другу чью-то тетрадь, а невысокая девчонка пытается её отобрать.
В сумке вибрацией отзывается и телефон, и я закапываюсь в поисках, когда получаю от Богатырёвой тычок локтем под рёбра.
— Ай! Ты чего?
Юлька кивает в направлении доски объявлений, возле которой толпятся старшекурсники. Замечаю Максима Ларинцева среди ребят. Он стоит в пол оборота к нам и разговаривает с каким-то высоким темноволосым парнем. Вид такой, будто снова забыл причесаться, когда встал с постели. Волосы взлохмачены, беспорядочно торчат. Руки в карманах чёрных джинс, обтягивающая чёрная футболка подчёркивает выступающие мышцы.
Ещё не хватало пялиться на него. Смаргиваю, сердясь на Юльку. И в этот момент он поворачивает голову, и мы встречаемся взглядами. Уже знакомая слабость на мгновение охватывает тело. Максим приветственно мне машет, а я отворачиваюсь, сделав вид, что не заметила. Глупо и по-детски, знаю.