Страница 3 из 106
Мы ввалились в номер, не отрываясь от губ друг друга. Подбородок уже гудел, расчёсанный его короткой бородой, но остановиться было невозможно. Краем прикрытых глаз я заметила, как он ощупью запер дверь на ключ, после чего подхватил меня на руки и бросил на большую круглую кровать, застеленную красным шёлком и освещённую крупной белой и полной луной. Я взвизгнула от неожиданности, но, приземлившись, рассмеялась. В самом конце падения он слегка придержал меня дуновением ветра, от чего короткая юбка задралась, открывая его взору кружевные стринги, а волосы взметнулись в воздух и легли в творческом беспорядке.
— М-м-м, - он оценивающе вздёрнул бровь и, рывком сняв с себя майку, прыгнул ко мне в кровать. Его бронзовый торс покрылся тонкой испариной и блестел в свете фонарей, нахально подглядывавших в окно. Он возбуждённо выдохнул и, снова прильнув к моим губам, одним движением отодвинул стринги и вставил палец внутрь до самого конца. Из моей груди вырвался громкий протяжный стон: мышцы резко сократились, обхватив его со всех сторон, и сокращая путь до оргазма как минимум вдвое. Я оторвалась от него, пытаясь перевести дыхание, которое вдруг стало глубоким и тяжёлым. Но он свободной ладонью схватил меня за подбородок и, с силой повернув к себе мою голову, снова впился в гудящие губы и вставил второй палец. Новая волна сводящих с ума ощущений окатила меня до самых кончиков волос, и я застонала вновь. Голос с трудом пробивался сквозь запечатанный поцелуем рот. Когда же он начал резкими толчками, словно биение сердца, массировать меня изнутри, я со всей силы дёрнула головой и заорала, не в силах сдерживать эмоции. Наслаждение захватило меня полностью, унесло так далеко, утянуло так глубоко, что всё на свете стало не важно в тот момент. Мышцы сжались со всей силы, удерживая его внутри, ноги и таз зажили своей жизнью, дёргаясь в ритме джаза.
Он зарычал, но я почти не слышала этого: меня оглушал собственный голос. Тут он вытащил пальцы, но сознание было так далеко, что не открывала глаз, продолжая дрожать и стонать. До тех пор, пока резкая боль не пронзила плечо. На этот раз я заорала совсем по другой причине. Распахнув веки, уставилась на монстра: человека с собачьей пастью и пушистой рыжей шерстью, покрывшей руки и спину.
Осознание пришло не сразу. Я схватилась за плечо, тщетно пытаясь остановить кровь, боль пульсировала вместе с ней. Широко раскрытые глаза судорожно метались с раны на монстра и обратно.
— Ты что?.. Чёрт, ты почему не сказал!!! - взвизгнула я, вскакивая с постели.
Он некоторое время сидел, то превращаясь сильнее, то возвращаясь к человеческому облику, пока в конце концов не пришёл в себя. Увидев мою рану, оборотень выругался и, сильно ударив кулаком стену, упёрся в неё лбом.
— Пёс, что ли? - обречённо спросила я, понимая, что всё. Это конец.
— Лис, - так же обречённо бросил он.