Лисы взрослым не игрушка

 — Мне казалось, мы друзья.

 — С каких пор? А мне казалось, мы одногруппники.

Кровь начала приливать к щекам. Сама понимала, что горожу чепуху, но остановиться уже не могла: он не должен видеть моей слабости. Меня не запугать каким-то... Троллем. Ой, тьфу! Толлем.

Ной тем временем опустил голову и исподлобья, сквозь прядь волос, смерил меня жутким, совсем не характерным для него взглядом.

 — Тогда почему я здесь, а не на тренировке? - спросил он низким, переходящим в бас, голосом.

 — Тебе виднее, почему.

 — Потому что если бы всё было в порядке, ты бы уже сама скакала в зал.

Я поёжилась.

 — Толль.

 — Что?..

Ной внезапно выпрямился, и даже опустил руки. От суровости на его лице не осталось и следа, она сменилась каким-то растерянным выражением и наивно приподнятыми бровками.

Ну вот, так-то лучше. Теперь это Ной...

 — Сириус Толль. Знакомое имя?

 — Конечно! - Ной продолжил путь вниз и открыл передо мной дверь. - Кто ж его не знает. Кстати, куда мы идём?

 — Не знаю. Погулять. Куда глаза глядят. У меня последний вечер свободы. 

 — Так, и?

 — Что - и?

Внезапный порыв ветра бросил в меня целую стаю снежинок, которые тут же начали нещадно щипать щёки и открытую шею. Я застегнула куртку до самого подбородка и засунула руки в карманы. Пока мы были внутри, поднялась метель.

 — Что там с Толлем?

 — А, да ничего особенного. Отбывать наказание я буду с ним в паре. Месяц. Каждый день. По три часа.

Ной на секунду остановился, но тут же снова нагнал меня.

 — Ничего особенного?! Ты хоть знаешь, что о нём говорят?!

Я пожала плечами.

 — Что он лютый одиночка с нестабильной психикой, который не способен контролировать свои силы, а по ночам призывает в наше озеро водяного дракона. Ничего особенного. А что, ты веришь в Дориэмов?

 — Ну как, - он замялся. - Не то чтобы прям верю, но... Слушай, давай я с тобой схожу, хотя бы первый раз? А то неспокойно мне, что ты там с ним будешь одна.

 — Ной, - я коснулась кончиками пальцев его ладони. - Ты мне друг?

 — Мы вроде это обсуждали уже.

 — Тогда позволь мне самой с ним разобраться.

И дальше мы молча шли сквозь застланную снежной стеной темноту.