Страница 73 из 121
- Боже! - вздохнул Карди-старший. - Тогда вы действительно безумец... Как и я!
Гарри недоуменно воззрился на отца.
Пока отец с англичанином говорили о вампирах, как о вымысле доктора Вейса - Гарри был спокоен, хотя и не понимал, зачем говорить о книжке, не лучше ли сразу приступить к главному вопросу.
Когда англичанин заявил, что верит в вампиров... Гарри удивился. Но только слегка. Он знал, что все англичане - чудаки. Ну, и этот оказался не исключением!
Но вот когда отец заявил, что верит в вампиров... Или Гарри просто неправильно его понял?
- Так вы расскажете? Расскажете мне? - спрашивал лорд Годальминг, подавшись вперед в кресле. - Когда это началось на самом деле? Когда появились первые упоминания о неумерших в вашей семье? Ведь это, как правило, бывает семейной болезнью...
Он весь трепетал и даже нос у него как-то вытянулся, как у пойнтера, учуявшего добычу.
- Не только расскажу. Но и покажу вам кое-что...
Карди-старший стремительно вышел из комнаты.
Гарри, оставшись наедине с англичанином, чувствовал себя очень неловко. Но за время отсутствия отца, лорд Годальминг не произнес ни единого слова. Это было немного обидно - он что же, считает Гарри недостаточно интересным собеседником? Но, с другой стороны... Гарри не представлял себе, как вообще следует разговаривать с человеком, верящим в вампиров!!!
Отец вернулся. В руках у него был свиток пожелтевших листов и две тетради. Листы он положил на стол.
- Это - карты и планы.
Одну тетрадь - толстую, в черной кожаной обложке, с золотыми уголками и изящным золотым замочком - протянул гостю.
Другую - тоже довольно старую, но вполне обычную на вид - оставил себе.
- Это - дневник моего предка. Пра-пра-пра... В общем, первого американского Карди. Приехавшего сюда в начале прошлого столетия и оставившего здесь потомство. Уже сам по себе этот документ был бы интересен... Но главное - именно этот мой предок, граф Раду Карди, был выведен в романе как "американский граф". А иногда мой друг Вейс в запале называл его даже "графом Дракулой"! В этом дневнике подробно описаны события, предшествовавшие превращению Раду Карди в вампира. Если бы не последующие события - те, о которых вы знаете из книги Вейса - этот дневник можно было бы счесть бредом сумасшедшего... Особенно обратите внимание на последнюю запись! Она была сделана уже после того, как Раду Карди официально был признан умершим!
- О, Боже, - вздохнул англичанин и дрожащими пальцами расстегнул замочек.
- Дневник записан на старом румынском. Вы не знаете румынского? Ну, не страшно. Я сделал перевод. Вот он, - Карди старший раскрыл вторую тетрадь и прочел:
- Дневник путешественника Раду, графа Карди, начатый в апреле 1825 года...
Когда Карди-старший закончил читать, воцарилось молчание, прерываемое лишь тиканьем часов и шелестом крыльев ночных насекомых, привлеченных светом ночника. Когда наступила ночь? Гарри не заметил... И англичанин смотрел на ночник с таким удивлением, словно подозревал его сверхъестественное происхождение. Но Гарри-то помнил. что ночник принесла старая чернокожая служанка. Вот только он тогда не обратил внимание, что это - ночник, что за окнами сгустилась тьма, что время ужина уже прошло... Но хорош предок! Настоящий сумасшедший!
- Он был сумасшедший! - решительно заявил Гарри, и слова его взорвали тишину. - Просто больной человек. С богатым воображением. И главное - он же верил в вампиров! И... Он верил, что стал вампиром!
- Да. И еще он выкопал из земли свой гроб, привез его на родину, в замок Карди, и сам приехал в качестве "слуги-сопровождающего". Его старший сын к тому времени умер, умерла и невестка. Внучка Мария, так и оставшаяся - единственной, вышла замуж за австрийского офицера Фридриха Драгенкопфа. У нее росли дети: его правнуки - Карло и Люсия. Но, видимо, Раду Карди к тому времени уже совершенно утратил все человеческое... Он убил свою внучку, Марию. И свою правнучку, Люсию. И это - помимо множества других жертв... По округе прошла настоящая волна смертей! Правда, вампиром, из всех убитых графом, стала почему-то только Мария. Позже к ней присоединилась итальянка Рита - между прочим, невеста его внука Карло, лишь чудом спасшегося!
- Очень забавная история, отец, но я не верю... - начал было Гарри.
Но его перебил тихий, скучающий голос лорда Годальминга.
- А вам и не нужно верить в это, молодой человек. Верьте в то, во что вам проще верить. Ну, например, в то, что замок ваших предков нацисты хотят использовать в качестве помещения для изготовления оружия, которое они потом против нас же и направят! Прежде всего - против моих соотечественников, но позже может придти и ваше время, ведь Америка и Англия - союзники... В это вы верите?
- Верю. И мне очень больно это слышать. Но все же, мне кажется, что вы с отцом верите в то, что...
- Это наше дело, Гарри, во что мы верим! - оборвал его теперь уже отец. - Давайте закончим этот бессмысленный спор. У лорда Годальминга очень мало времени. Мы должны изучить карты. Я, конечно, отдам вам копии. И даже оригиналы, если хотите. Но лучше, если первый раз вы их изучите в сопровождении моих комментариев. Я все-таки там был и хорошо помню... Пусть это будет вкладом семьи Карди в наше общее великое дело!
- Вклад уже был, - прошептал Гарри.
- Да. Гибель Натаниэля. И твое ранение. Но это - ваш вклад. Пусть будет и мой... Взгляните, лорд Годальминг, вот этими крестиками на всех картах помечена часовня, где... Ну, вы понимаете?
- Да. Понимаю.
Три головы склонились над картами.
Чуть позже заглянула Кристэлл и предложила поздний ужин.
Но все трое мужчин отказались. Им было сейчас не до еды...
Этой ночью Гарри не напился.
И на кладбище не ходил.
Часть третья.
Кровавая охота.
Глава XIV. Покойники в подземелье.
Присутствие в замке темной, неведомой силы чувствовали все, но никто еще не видел ее воочию, поэтому по возвращении в казарму, Уве пришлось пересказать еще раз то, что он рассказывал доктору Гисслеру, и даже немного более того.
Окруженный всеобщим напряженным вниманием Уве вальяжно развалился на койке. Закинув ногу на ногу, положив руки за голову и мечтательно глядя в потолок, он припоминал: