Страница 8 из 40
– Они разрешили мне сегодня войти в дом, Мел, так что ты можешь вернуться домой. Нет смысла платить за гостиницу, – говорит Маркус, мой сводный брат. Они позвонили ему, когда я впала в шоковое состояние, и с тех пор он здесь, чтобы раздражать меня до чертиков. Он заплакал, когда ему сообщили о смерти отца. Было странно видеть плачущего мужчину, особенно Маркуса. Он засранец, и все время спорил с папой. Он ненавидел маму и меня, так что видеть его скорбь для меня было удивительно.
– Я хочу позвонить юристу папы и начать со всем разбираться, – говорит он мне, имея в виду свое желание разобраться с наследством.
– Я к этому не готова, Маркус. Сначала я хочу их похоронить.
Он хватает меня за предплечье, сжимает нежную плоть и заставляет поморщиться.
– Две недели, Мел. Я дам тебе две недели, а затем хочу получить свое.
Его глаза сейчас лишены печали, снова стали холодными голубыми ирисами, отражающими неприязнь. Что ж, ушло немного времени на то, чтобы он вернулся к тому бессердечному убл*дку, которого я знаю. Ему пофиг, что моя семья убита, что у меня никого не осталось. Его волнуют только деньги.
– Ты делаешь мне больно.
Он отпускает мою руку, отталкивая, и я падаю назад, приземляясь на кровать. Вернувшись в колледж, первым делом запишусь на уроки самообороны. Ненавижу то, насколько слаба против мужских рук.
Я поднимаю на него взгляд и ерзаю, ощущая дискомфорт, что возникает от путешествия его взгляда по моим голым ногам. Он вломился в мой отельный номер на рассвете. Так что на мне все еще надеты ночнушка и трусики, а ноги обнажены. Может, он мне и брат, но мы никогда не были близки, как брат с сестрой, или даже просто друзья.
– Соберись. Мне нужно, чтобы ты вернулась в дом и помогла рассортировать вещи.
Дрожь от мысли о возвращении туда охватывает тело.
– Я... не думаю, что... могу туда пойти.
– Мел, мне нужна твоя помощь. Я не живу там, так что тебе необходимо показать мне, где они держали документы и счета. А еще позвони уборщице и садовнику и упакуй их вещи.
Не могу поверить в услышанное.
– Маркус, прошло всего две недели. Я не готова упаковывать их вещи.
Он закатывает глаза и опускается на колени прямо передо мной, его потные ладони ложатся на мои обнаженные бедра. Маркус начинает растирать мою кожу, пока говорит.
– Знаю, это сложно, Мел. Но ты должна посмотреть фактам в лицо. Их нет, и от того, что ты будешь держаться за их вещи, ничего не изменится. Нам нужно решить, что делать с домом, а продать его с вещами мертвых людей в шкафах будет невозможно.
Каждое слово с его уст – словесная порка, хлыстающая мою душу, разрывающая еще один слой защиты с моей потрепанной, унылой жизни, что все еще удерживает меня в этом мире.
Я отталкиваю его руку от своего бедра и мчусь мимо брата в туалет. Пытаюсь вырвать в унитаз, но из меня выходит лишь обжигающая горло желчь. Я чувствую его у себя за спиной, слышу, как он вздыхает.
– Что если я останусь в доме, пока не решим, что ты хочешь делать?
Я прижимаю руку к животу и киваю.
– Ага, ладно.
Мысль о продаже моего дома детства невыносима, даже несмотря на то, что теперь он – могила.
Перед дверью висит желтая лента, Маркус открывает замок и входит в дом, но я не двигаюсь с места. Моя кровь превратилась в бетон.
Маркус поворачивается ко мне лицом.
– Пойдем, – говорит он, но я неподвижна.
Слезы так и норовят вырваться на свободу, но я их сдерживаю.
– Я вернусь в колледж. Не могу здесь находиться. Позвони мне, когда полиция отдаст их тела.
Я поворачиваюсь и спускаюсь по ступеням, но он следует за мной и хватает за запястье.
– Ты нужна мне здесь, Мел.
Я качаю головой.
– Я не могу. Прошу, отпусти меня. Я вернусь, мне просто нужно немного времени.
Он прищуривает глаза и отпускает мое запястье, отталкивая.
– Ладно. Езжай.
Я выдыхаю и выуживаю из сумки ключи от машины. Маркус забрал ее и пригнал сюда, за что я благодарна, но остаться здесь не могу. Мне нужно пространство.
Глава 7.
Забыться
МЕЛОДИ
Моя машина поглощает милю за милей по пути к общежитию. Так как гоню почти всю дорогу, то времени на обратный путь уходит меньше. Сейчас только начало темнеть и кампус гудит занятыми и снующими туда-сюда людьми, что живут своими жизнями день ото дня. Безумие, насколько одно мгновение способно изменить все будущее. Что бы я делала? Чем бы занялась прямо сейчас, если бы этот мужчина не украл у меня семью?
Безжизненные глаза отца на миг появляются передо мной, и кислота разъедает внутренности, обжигая поднимающуюся к горлу желчью. Я не могу избежать воспоминаний, постоянно проигрываясь в голове, нападают и причиняют боль.
Люди живут своими жизнями, никогда не сталкиваясь с ситуацией, в которой смерть крадет у вас близких, таких важных, слишком молодых, тех, кому еще рано уходить. Я бы никогда не пожелала такого никому из них. Боль, гнев, любовь, утрата, смятение и такое сильное горе, что оно окутывает меня в ледяной шар. Как мне остановить все это, заставить себя прекратить чувствовать, чтобы заглушить бушующую неистовую боль, которая разрывает разум на куски?
Тук, тук, тук.
Я подпрыгиваю, когда чей-то кулак ударяет в окно моей машины. Рука подлетает к груди и ложится поверх сердца. Мне хочется заорать от примитивного страха, над которым раньше бы просто посмеялась. Глубоко вдохнув, я отпускаю волнение и открываю окно. Меня приветствует широкая улыбка Клайва.
– Привет, конфетка. Где пропадала?
Я сглатываю полный ненависти ответ и пожимаю плечами. Его друг маячит рядом с полной сумкой выпивки.
– Ну, мы направляемся на вечеринку. Хочешь пойти?
Я почти начинаю хохотать. Зачем мне вообще идти куда-то с ним? Но взгляд возвращается к сумке с «жидкостью забвения». Выпивка, вот что мне нужно. До этого я напивалась лишь раз на костре после выпускного бала. Зейн обнимал меня, пока мы спали под звездами. Я напилась, чтобы заглушить понимание нашего грядущего расставания, окончания этой эры моей жизни.
Я киваю и открываю дверь машины.
– Круто, хочешь переодеться?
Я опускаю взгляд на свои джинсовые шорты и майку.
– А надо?
Его глаза жадно скользят взглядом по всему моему телу, останавливаясь на груди.
– Вовсе нет, но я знаю некоторых девушек, которым нравится носить на вечеринки платья и туфли на каблуке. – Я снова смотрю на сумку, и он ухмыляется. – У меня есть куча выпивки и для тебя.
Глава 8.
Потребность
БЛЕЙК
Я выслеживаю этого гаденыша уже неделю, ожидая, когда же он облажается. Я решил пойти против своей природы и не убивать его. Вместо того я использую закон, чтобы преподать ему урок. Я, конечно, засранец, но не желаю убивать каждого, с кем у меня возникают проблемы, даже если очень хочется.
После стычки Райана с тем хулиганом, все никак не могло улечься. Вместо этого ситуация лишь обострилась, ублюдок столкнул Райана со ступеней, сломав ему руку. Меня разрывает от потребности почувствовать его кровь на своих руках. Мой брат не идеален, но он – мой брат, и я защищу его любой ценой.
Я следую за у*бком, когда он и его лучший друг покидают общежитие. Он несет с собой полную алкоголя сумку. Они подходят к парковке и останавливаются рядом со спортивным BMW. Он стучит кулаком в окно и разговаривает с кем-то в машине. Когда открывает дверь, усмешка на лице гаденыша говорит мне, что он только что выиграл в лотерею или же парень сильно заинтересован в том, кто в машине. Загорелые, упругие ножки, короткие джинсовые шорты поверх греховно-сексуальной попки, узкая талия, идеальные сиськи и полные губы.
Мелоди Мастерс.
Она одного с Райаном возраста, в прошлом месяце исполнилось двадцать. Единственный родственник, нанявший меня для работы, ее сводный брат. У нее есть тетка по матери, нет живых бабушек и дедушек. Теперь она осталась совсем одна. С той ночи я помешался на деталях этого дела, нарыв всю информацию на девушку, наделенную силой остановить меня от присущего моему естеству деяния. Мне стоило догадаться, что это она, по номеру на ее водительских правах. Я запомнил каждую добытую о ней деталь. Прошло две недели с тех пор, как наблюдал за ее переломом, и две недели, как мне снятся ее полные слез зеленые глаза. Две недели, как проигрываю в голове ту ночь снова и снова и хочу сделать все по-другому.