Страница 81 из 109
В итоге несколько минут у нас уходит на то, чтобы определиться с заказом. Затем ещё несколько минут мы его ждём. После чего шедевры местной кухни наконец появляются на нашем столе.
— Это просто восхитительно, — прикрыв глаза от удовольствия, произносит Изабель, поедая тот самый бифштекс, который во время поездки нам так разрекламировал Уинстон. И, надо признать, я с ней абсолютно согласна.
Это мясо просто изумительное! Сочное, прожаренное, с изысканными специями, которые дают ему некую перчинку. А травы дарят невероятный аромат.
Крокс…
Всё это вкупе с запечённым картофелем – просто сказка!..
Уинстон довольно усмехается и, кивнув, произносит:
— Я же говорил.
— Тебе надо будет как-нибудь приготовить своё фирменное блюдо для Кейлы. Уверяю, — Она смотрит на меня, и её глаза призывно блестят, — ты оближешь пальчики.
— Хм. Так значит ты ещё и готовишь? — Я перевожу удивленный взгляд на парня.
Тот скромно пожимает плечами.
— Бывает.
— Угу. Особенно, когда он нервничает и не знает, чем себя занять.
— Ты вообще начинаешь читать вслух, дорогая.
Изабель сурово поджимает губы, словно он выдал её самую огромную тайну, и я не выдерживаю. Прыснув со смеху, тут же произношу:
— Да вы прямо, как семейная парочка.
Они оба переглядываются. Затем странным образом усмехаются и отводят взгляд. При этом у обоих в этот момент уголки рта опущены, а в глазах – грусть.
Кажется, я всё же зря это произнесла. По крайне мере вслух.
Всё оставшееся время мы едим молча. Не скажу, что между нами появилось некое напряжение. Нет. Скорее… некоторая неловкость.
Правда, когда Кларк случайным образом опрокидывает на себя стакан воды, а Изабель усмехается, и он, хитро прищурившись, брызгает в неё из растекающейся на столе лужицы водой, после чего достаётся и мне, поскольку я снова смеюсь, всё это улетучивается.
Вечер снова приобретает те самые – волшебные нотки, которые были в нём до того, как мы повстречали Дэльера с его ручной молью.
Мы снова смеёмся. Уинстон рассказывает о своём первом дне в Хиллкроуз, который оказывается не просто ужасным, а кошмарным! Как сказал парень: «Я смело пометил его, как проклятье!». Затем они с Изабель снова пререкаются. А после рассказывают о своих самых ярких впечатлениях, связанных с детством.
За то время, что мы проводим вместе, я всё больше узнаю этих людей. И с каждым днём основательно уверяюсь в том, что не ошиблась в своих суждениях на их счёт. В какой-то момент, я даже благодарю Вселенную за то, что она свела меня с ними. Впрочем как и за то, что я делю комнату с Изабель, а не с той же Меланией...
После прекрасного ужина, ещё пол часа мы гуляем по пляжу. Я бреду впереди, размышляя о своём. Ребята же идут позади меня. При этом тихо о чём-то переговариваются. А затем мы возвращаемся к машине и едем обратно в академию.
На этот раз Изабель садится впереди. Я сижу позади и свободно расправляю руки, словно птица, оказавшаяся в полёте.
Ветер тут же подхватывает мои волосы, отбрасывая их назад. Проходится хлёсткими ударами по коже, создавая мурашки. Но мне всё равно. Потому что я чувствую свободу в этот момент. Я чувствую легкость, блуждающую в моём сердце. Словно старые цепи, удерживающие его, наконец ослабли. Не полностью. Лишь частично. Однако так ощутимо, что становится легче дышать...
Возможно, Рэй был прав. Порой отрешиться от всех проблем, мыслей, витающих в голове, и мира вокруг – лучшее решение. Просто позволить себе этот миг, когда не останется страхов, сомнений и предрассудков. Когда ты – это просто ты. Часть этого безумного, но удивительного мира. Когда в каждом вдохе – чувствуешь жизнь. Чувствуешь, как бьётся твоё сердце, которое каждый раз так упорно кричит – ты живой...
Однако в какой-то момент этого единения с природой и испытываемого умиротворения – я вдруг слышу чей-то зов.
В мыслях необъяснимым образом вспыхивает табличка: «Помоги мне... Помоги мне…», и я резко открываю глаза. Сущность приходит в действие – я чувствую острую необходимость повиноваться зову. И подобное желание пугает. Однако я ничего не могу с этим поделать, как и с охватившим меня волнением. Поэтому спешно отстёгиваю ремень безопасности и прошу сидящего впереди Кларка:
— Останови.
— Что? — Он едва оборачивается, мельком взглянув на меня.
Изабель в недоумении вздёргивает брови. Растерянность тут же проносится на её лице.
— Останови! — не думая, тут же кричу я, почувствовав, как учащается пульс в груди. По телу проходит острая волна боли, и я сгибаюсь напополам. Правда это чувство также резко проходит.
— Кларк, останови! — доносится до меня резкий голос Изабель.
Как только слышится визг от шин, и машина прекращает своё движение, я тут же вылезаю с пассажирского сидения и оглядываюсь по сторонам.
Повсюду лес. Но этот зов... Он ведёт меня. Поэтому, не колеблясь, я бегу вперёд, в самую гущу.
— Кейла!
— Я скоро вернусь! — откликаюсь на зов Изабель, мельком услышав голос Кларка:
— Лукас прав. Порой она и правда бывает странной...
Брошенная им фраза на краткие доли секунд задерживается в мыслях, мигая красным. Но, когда неизвестный зов раздаётся с новой силой, я решаю оставить мысли об услышанном на потом и наконец разобраться в том, что за чертовщина со мной происходит в данный момент!
Заходить в лес особо далеко мне не приходится. Буквально пару метров по заброшенной тропинке, и я вижу того, от кого всё это время исходил зов.
Медленно, с некоторой опаской подхожу ближе. А затем вижу существо, смутно напоминающее помесь лисы и дикой кошки. Большие, острые уши, круглая, чуть вытянутая мордочка, на которой белыми мазками выделяются три полосы. Худое, но крепкое тело. Гладкая, светло-серая шерстка, которая отливает голубоватым. Длинные лапы с острыми когтями и такой же длинный хвост, внешне напоминающий шлейф от платья.