Страница 8 из 116
--- Ты сам перечислил почти все причины моей веры в Пешке, но позабыл одну маленькую деталь.
--- И какую же?!
--- Удачу, сынок. Временами мне кажется, что Адаму подыгрывает сами Небеса. А может, и преисподняя... Он много раз был на волосок от гибели, и оставался жив. Притом, что другие-то в тех же ситуациях гибли десятками. Дай ему хотя бы выявить основные сбои машины в первых полетах, а там посмотрим.
--- А почему бы русским это не сделать сейчас без Пешке? Мы же договорились, что останемся тут в России до конца 40-го года, а уже потом решим, что нам делать дальше. Пока война идет, нам все равно не вывезти ракеты в Европу. Да и почему-то не горят желанием нам помогать в испытаниях, ни шведы ни голландцы. К тому же... Я ведь позавчера сдал пилотский экзамен русского ОСОАВИАХИМа, и уже получил права пилота. Герр Стефановский даже пригласил меня пройти обучение на пилота-испытателя в их исследовательском институте военной авиации. Да и русские пилоты-испытатели могут...
--- Доннэрветэр, Юлиус! Неужели ты не понимаешь?!
--- Чего, не понимаю, папа?!
--- Я боюсь, что они украдут выстраданную нами идею! Как только мы перестанем быть сами по себе, и останемся в какой-либо стране надолго, нас возьмут в оборот. Так было бы в Германии. Тут Пешке тысячу раз прав. И то же самое случилось бы в России или Британии. И в Швеции или Америке разницы не будет... Даже Адам, при всем его предпринимательском таланте и умении везде находить деньги и спонсоров, не столь опасен нашему делу, как те, у кого в руках большая власть.
--- Но ведь, после моего полета Пешке станет только 'вторым'. И имя Обертов навсегда останется в Истории. Даже если потом нас оттеснят от проекта... А, уж я-то сумею договориться с русскими, чтобы...
--- Как ты не поймешь, сын, что нам необходимо остаться нейтральными. Мы не можем вечно рассчитывать на благоволение герра Сталина. Не забывай, на меня давят из Германии. Марта даже показывала фотографию строящегося 'Гиганта' на заводе Мессершмитта. Они хотят, чтобы мы вернулись, но не спешат обещать нам постройку большой ракеты, именно поэтому я в раздумьях. Хотя, уже в апреле...
--- Из-за этого ты планируешь отложить старт третьей ракеты, до завершения подготовки к которому осталось всего три недели. А если русские заберут своего 'воздушного монстра' и не станут нас ждать до апреля??? Или они устроят каверзу, и сожгут нам все четыре оставшиеся ступени, чтобы покопаться в технических решениях под видом тушения пожара??
--- По аренде их 'Туполева-20 бис' (который ПС-124) у нас с ними письменное соглашение, которое они не посмеют нарушить. Да и про страховку не забывай. Если ракета сгорит по их вине, то будут вынуждены строить нам новую, и не хуже, чем была. Хотя, ты прав идеи они у нас подглядят, да и время будет потеряно. Но ждать-то уже не долго. В феврале прилетит Пешке, и тогда начнем испытания. Если же он не прилетит, я обещаю тебе, что договорюсь о русском испытателе с герром Сталиным. В общем, я не хочу пустых споров, и прошу тебя поверить мне. После первых двух полетов, мы, как ты помнишь, планировали переделать первую кабину на не слишком высокий полет с экипажем из двух человек.
--- Те два кресла сделанные русскими по образцу, привезенному Адамом из Мюнхена?
--- Да, Юлиус. И нормальные скафандры, которые раньше мая, увы, готовы не будут. И это твой шанс, мой мальчик. А где-то в июле нам желательно будет выехать из России, чтобы обезопасить наш проект. И очень бы хотелось уехать триумфаторами. А пока готовься по той методике, которую прислал мне Пешке из Америки.
--- Но этого мало, папа! Мы же с тобой мечтали, что первыми в стратосферу и в космос полетят Оберты!
--- Все, Юлиус! Разговор окончен...
Слышен звук хлопнувшей двери. Спорщики покинули прослушиваемое помещение, и нарком НКВД остановил шуршание записи.
-------
Сталин встал, и задумчиво прошелся по кабинету.
--- Это вся запись?
--- Здесь самое главное, остальное мелочи.
--- Товарищ Берия, вы всерьез считаете, что нам удастся привлечь молодого Оберта на свою сторону, и оставить его работать в СССР?
--- Такая возможность не исключена. Хотя аппетиты у них с отцом быстро растут. 'Кантонец' ведь увлек старшего Оберта лишь ракетными полетами собак и доработкой ракеты для своего 'высотного прыжка', а они вон, уже и к парному полету готовятся...
--- Пусть они пока готовятся... СССР им поможет, хотя, брать на себя много расходов по их проекту наша страна, пожалуй, не станет. Пусть Оберт с сыном сами себе делают рекламу, и ищут для своего "европейского агентства" богатых меценатов в Европе. Так будет правильно...
Взгляды наркома и хозяина кабинета ненадолго встретились. Берия понимающе кивнул, и торопливо поставил своим 'паркером' пометки в записной книжке, вслушиваясь в новый вопрос Вождя.
--- А, как вы, товарищ Давыдов, оцениваете вероятность успешного полета человека на ракетах Оберта? Что вам подсказывает опыт работы советских ракетчиков?
--- Вероятность высокая, товарищ Сталин. Хотя долететь до космоса они пока не в состоянии. Но высоту порядка тридцати- пятидесяти километров набрать в принципе могут. Главное, чтобы не случилось аварии.
--- Какой аварии вы опасаетесь?
--- Например, аварии на старте. Или при расцеплении ступеней. Или при спуске в стратосфере. И даже при приземлении. Вариантов сбоя у столь сложной техники очень много...
--- Политически важно, товарищи, чтобы в СССР с Обертом не случилось никаких аварий. Вот если Оберт, один, или вместе с сыном, сбежит от нас в Британию, или Германию, то пусть с ним там и случаются аварии... Но не в Советском Союзе.
Берия снова поймал взгляд генсека, и опять незаметно кивнул, но записывать ничего не стал. Этот приказ был понятен без уточнений. В такой момент, дать буржуазной прессе еще один повод для антисоветской шумихи было бы преступлением. А вот после отъезда из России любая авария Оберта начала бы работать на престиж его совместных с советской страной достижений. Дескать, 'глядите, нищие коммунисты справились, а богатые буржуи, бездарно, обос...лись'.
--- А какие детали в устройстве этой ракеты могут оказаться наиболее важными для работы наших советских ракетчиков?
--- Товарищ Сталин. В принципе мы уже сейчас неплохо изучили всю эту конструкцию. Ангар для хранения ступеней им предоставили с секретом. Поэтому, по ночам, целая бригада инженеров НИИ-3 и группа курсантов института военных ракетчиков тщательно осматривала и фотографировала устройство всех ступеней. При доступе к агрегатам, несколько раз пришлось обходить контрольные провода, оставленные голландскими сборщиками. Бригвоенинжинер Королев, по итогам этих осмотров, подготовил закрытый доклад о ракетах Оберта, и даже предложил использовать похожие пилотируемые аппараты для отработки запусков тяжелых боевых ракет. Там слишком сложным оказалось наведение на цель, поэтому смысл в этом есть. На начальном этапе...
--- Он что же, предлагает стрелять по врагу ракетами с людьми?
--- Нет, Товарищ Сталин. Речь идет только об отработке длительного полета на всех режимах. Пилот должен иметь возможность катапультироваться с парашютом на любом этапе маршрута. Разбрасываться ценными кадрами летчиков-испытателей наша страна не может.
--- Вы правы, товарищ Давыдов. СССР не может разбрасываться опытными специалистами.
Звонок Поскребышева поставил точку в беседе. Маленькое совещание по секретной ракетной тематике пришлось закруглить, поскольку подоспело время для оценки ситуации и принятия срочных решений по начатым военным действиям. Причем военные действия шли уже не только в Карелии...
***
Первые негритянские кинозрители за океаном смогли ознакомиться с краткими версиями этого кинопроизведения лишь в январе на подпольных кинопоказах в Новом Орлеане, Чикаго, в нескольких небольших городах Алабамы и Калифорнии и даже на Кубе. Причем, несмотря на страшные клятвы, взятые перед просмотрами, уже через день и полиция и ФБР отлично знали, что кто-то привез в Америку и показывает 'нигерам' опасное с идеологической точки зрения кино, способное вызвать противодействие властям. Но, пока шел фестиваль негритянской культуры, поддержанный, в преддверие новых выборов, даже несколькими конгрессменами, устроить шумную облаву на 'забывших свое место черномазых' никак не получалось. Гувер злился, но вынужден был ждать более удобного момента. В сенате пока только шли разговоры, но серьезных слушаний по делу не планировалось. А полиция тоже не горела желанием попасть в прицелы журналистов.