Музыка души

Старуха взяла алмаз и исследовала его в свете свечи.

- Если я отнесу его к одному из ювелиров на Улицу Совершенства, сказал гном, - он скажет, что этот камушек стоит две тысячи.

- Ну а я скажу тебе прямо здесь, что он стоит пятнадцать, - ответила старуха.

Алмаз магическим образом преобразил ее. Она одарила их лучезарной улыбкой.

- А почему мы просто не забрали все это у нее? - спросил Глод, когда они оказались снаружи.

- Потому что она бедная беззащитная старая женщина, - сказал Имп.

- Точно!

Глод посмотрел вверх на Лайаса.

- Так у тебя полный рот этого добра?

- Угу.

- Слушай, я тут задолжал своему домовладельцу за два месяца и...

- И думать забудь, - сказал тролль ровным голосом.

Дверь за ними захлопнулась.

- Эй, не унывайте! - сказал Глод. - Завтра я устрою нам ангажемент. Не беспокойтесь. Я знаю всех в этом городе. Трое нас... это группа!

- Мы ведь даже не репетировалли вместе, - заметил Имп.

- Мы будем репетировать прямо по ходу дела, - заявил Голд. - Добро пожаловать в мир профессионалов!

Сьюзан не слишком хорошо знала историю. Она всегда казалось ей исключительно скучным предметом. Снова и снова какие-то скучные личности совершали одни и те же глупости.

В чем смысл? Один король в точности похож на всех остальных.

Класс изучал какую-то революцию, в течении которой некие крестьяне выказывали желание перестать быть крестьянами и, поскольку победили аристократы, они очень быстро перестали быть крестьянами . Стоило ли учиться читать и копаться в источниках, чтобы узнать - что стоят серпы и вилы против арбалетов и мечей?

Она скрепя сердце дослушала до середины, а потом скука взяла свое, она достала книгу и отключилась от окружающего мира.

- ПИСК!

Сьюзан оглянулась. На полу у ее стола маячила маленькая фигурка. Она была черезвычайно похожа на крысиный скелет в черном одеянии и с крохотной косой в лапах.

Сьюзан уставилась в книгу. Таких вещей не существует. Она вполне уверена в этом.

- ПИСК!

Сьюзан опять взглянула вниз. Видение все еще было тут. Вчера на ужин были тосты с сыром. Книги предупреждают нас, что следует ожидать подобного после сытного ужина.

- Тебя нет, - сказала она. - Ты просто кусок сыра.

- ПИСК?

Убедившись, что оно привлекло внимание Сьюзан, создание извлекло маленькие песочные часы на серебряной цепочке и настоятельно указало на них. Вопреки всем рациональным соображениям, Сьюзан наклонилась и подставила ладонь. Существо вскарабкалось на нее - ноги у него были как шпильки - и выжидательно уставилось на нее. Сьюзан подняла его на уровень глаз. Все в порядке, это, вероятно, просто плод ее воображения. Ей следует отнестись к этому серьезно.

- Я надеюсь, ты не будешь говорить ничего вроде "О, мои лапки и усики!", не так ли? - спросила она тихо. - Потому что если ты это скажешь, я пойду и сброшу тебя в уборную.

Крыса помотала черепом.

- А ты настоящая?

- ПИСК. ПИСКПИСКПИСКПИСК...

- Послушай, я не понимаю, - сказала Сьюзан терпеливо. - Я не говорю погрызуньи. Из современных языков у нас только клатчский и я знаю, как сказать "Верблюд мой тетушки пропал в миражах". И если ты воображаемый, то попытайся стать более... привлекательным.

Скелет, даже такой маленький, трудно назвать привлекательным объектом, даже если он выражает сочувствие и улыбается. Однако ей казалось... нет, она вспомнила... память подсказала ей что этот не только реален, но и на ее стороне. Это была непривычно. Ее сторону обыкновенно принимала только она сама.

Крыса напоследок глянула на Сьюзан, а потом, в одно движение, схватила маленькую косу зубами, сиганула с ладони на пол и поспешила прочь, лавирую между парт.

- И ничего не сказал про лапки и усики, - заметила Сьюзан. Неправильный какой-то, в любом случае.

Крысиный скелет шагнул в стену.

Сьюзан вернулась к книге и яростно проштудировала Парадок Делимости Ноксиуса, который доказывал невозможность падения бревна.

Они репетировали всю ночь в необычайно аккуратных меблированных комнатах Глода, которые распологались за кожевенной фабрикой на Дороге Федры и были надежно укрыты от любопытных ушей Гильдии Музыкантов. Комнаты были весело раскрашены, отдраены и сияли чистотой. Вам не найти тараканов, крыс или каких угодно паразитов в гномьем жилище. Во всяком случае, если у хозяев есть сковородка.

Имп и Глод сидели и смотрели, как тролль Лайас молотит по своим камням.

- Ну, что скажете? - сппросил тот, закончив.

- Это все, что ты можешь? - осведомился Имп наконец.

- Это же камни, - пояснил тролль терпеливо.- Все, что ты можешь из них извелчь - боп, боп, боп.

- Хмм. Могу я попробовать? - спросил Глод.

Он уселся перед россыпью камней и какое-то время внимательно их рассматривал. Затем он переложил некоторые из них, достал пару молотков из ящика с инструментами и постучал ими на пробу.

- А теперь давайте посмотрим... - сказал он.

Бамбам бамБАМ.

Струны гитары рядом с Импом загудели.

- Без Майки, - сказал Глод.

- Что? - спросил Имп.

- Просто маленькая музыкальная бессмыслица, - сказал Глод. - Как "Стрижка и бритье, два пенса".

- Прошу прощения?

Бам бам а бамбам, бамБАМ.

- Два пенса - неплохая плата за стрижку и бритье, - заявил Лайас.

Имп испытывал к камням сложные чувства. Ударные тоже не приветствовались в Лламедосе. Барды говорили, что кто угодно сможет колошматить палками по камням и выдолбленным бревнам. Это не музыка. А кроме того - тут они понижали голоса - в этом есть что-то животное.

Гитара загудела. Она как будто подхватывала звук.

У Импа вдруг возникло ощущение, что с ударными можно сделать много интересного.

- Можно мне попробовать? - спросил он.

Он взял молотки. Гитара издала несколько едва ощутимых звуков.

Сорок пять секунд спустя он опустил молотки. Эхо смолкло.

- А зачем ты треснул меня по шлему в самом конце? - осторожно поинтересовался Глод.

- Извини, - сказал Имп. - Я немного отвлекся. Мне показалось, что ты тарелка.

- Это... необычно... - сказал тролль.

- Музыка... в камнях, - сказал Имп. - Ты просто доллжен помочь ей выйти наружу. Музыка вообще содержится во всем, надо только знать, как искать.