Страница 4 из 20
Что там с ним стало, черт его знает, но подозреваю, что меня так просто с крючка не отпустят. Уж больно вкусный кусочек…
И теракт, и…
Ёжь твою рожь! Кто-то желает это оспорить?
Храмов медленно кивнул.
– Я правильно понимаю, что вам это не нравится?
– Правильно, – кивнула я.
Оставим в стороне все возмущение по поводу продажи родной дочери. Сейчас это норма. Но хоть бы торговал с приличными людьми!
– И на что вы готовы, чтобы не возвращаться к отцу?
Хм?
Мне кажется, или это прощупывание почвы?
– На многое, но не на все, – отрезала я. – Сергей Никодимович, если вы хотите мне что-то предложить, я выслушаю. И обещаю обдумать ваши предложения.
– Не любите терять время?
– Ненавижу.
– Это хорошо, у меня его тоже мало осталось.
Я подняла брови, глядя на Храмова.
– Лет двадцать в худшем случае?
– Год. В лучшем. Я умираю, Мария Ивановна.
– Вы не выглядите умирающим.
– Верно. У меня опухоль, и удалить ее нет возможности. Легкое, место такое… Я воевал, был ранен, видимо, тогда меня плохо вылечили, вот сейчас и проявилось. Врачи обрадовали. У меня примерно год активной жизни, потом начнутся боли. Может, меньше года… уходить придется на обезболивающих. Или обращусь в церковь, попрошу Последнее Причастие.
Я кивнула.
Вот что мне нравилось в их вере… она не была полностью канонической. И эвтаназию допускала.
Я могла это понять. Одно дело, когда человек думает, что у него все плохо, но на нем еще целину вспахать можно. И совсем другое, когда ему все равно умирать. В этом случае он мог получить полное отпущение грехов в храме и последнюю милость – чашу с ядом. Убивающим быстро и качественно. Человек засыпал и не просыпался более.
Самоубийство?
Нет. Просто свободный выбор и свободная воля каждого. Мы не выбираем, где и как нам рождаться, но у нас есть возможность выбрать свою смерть. Это так…
Грех?
Самоубийство против Божьей воли? А Он вам лично свою волю сообщал или как? Есть, есть ситуации, в которых это не грех, а благо. Или преимущество.
Я бы так и поступила, это точно. Храмов…
– Я не могу вас вылечить. И мне жаль.
– А если бы могли мне помочь?
– Смотря в чем.
Храмов усмехнулся.
– Осторожна. Мне это нравится. Я навел справки, княжна. Вы действительно заботитесь о своих братьях и сестре. Вы их любите.
Я пожала плечами, не видя в этом ничего странного.
– И сына вы любите. Хоть он и приемный.
И что?
– Я хочу, княжна, предложить вам сделку. Хотите стать моей женой?
Каких усилий мне стоило промолчать!
Проглотить ехидные комментарии, прикусить язычок и подумать головой.
Вообще, в раскладах, это было бы идеально, это такой супруг, к которому не будет претензий даже у князя Горского. Разве что…
– Храмов… род Храмовых мне знаком.
Знаком, конечно. Входит в один из юртов, кстати говоря. Не в тот, в который входит Горские, но это и к лучшему. Я же это изучала, прикидывала расклады. Надо знать, куда меня занесло.
– Мой старший брат носит графский титул. Думаю, вы об этом знаете.
Знаю. Подробно не знаю всей ситуации, но это тоже неплохо. Сам Храмов титул не наследовал, но дворянство потомственное, надо полагать, и определенная сумма денег.
С другой стороны…
Ложиться с ним в постель?
Неохота.
Все я понимаю, но не смогу. Просто стошнит… Стиснуть зубы и перетерпеть? Да у каждой женщины найдется такой мужчина. Которого НЕЛЬЗЯ, ни при каких условиях нельзя стерпеть в постели. Разве нет? И продаваться противно.
Но мне предлагают сделку… какую?
Что с меня, что с него?
Вот это я и озвучила.
– Ваше высокопревосходительство, хотелось бы точно знать, что я должна отдать и что получить взамен.
Храмов, все это время наблюдавший за мной, довольно кивнул.
– Давайте начнем со второго пункта.
Я опустила ресницы.
– Итак, вы выходите за меня замуж. Получаете через год свободу и мое наследство. Смею вас заверить, Мария Ивановна, это достаточно крупная сумма, еще и внукам хватит. Титул предложить не могу, к сожалению, но у вас будет то, что вы цените больше. Независимость.
Тем более что дворянкой я и так останусь.
Мезальянс, конечно, но и черт с ним. Титул княгини мне и так не светил. Даже не поблескивал.
Зато Марией Ивановной Храмовой уже не сможет распоряжаться князь Горский. И я буду достаточно защищена. Положение в обществе, деньги, связи, я надеюсь…
– Что я должна сделать взамен?
– Родить мне сына, – просто сказал Храмов. И поднял руку, останавливая меня. – Не отказывайтесь, Мария Ивановна. Ребенок будет не от меня.
И кто бы смог промолчать в этой ситуации?
– Не от вас?
– После заключения брака мы едем в столицу. Вы – маг земли, думаю, вы сможете сделать так, чтобы понести с первой встречи?
Я задумалась.
– Не знаю. Надо почитать. Но…
– Полная анонимность. Вы не узнаете, кто будет отцом ребенка. Но это будет маг и дворянин. Если нужны амулеты, я их обеспечу, есть и такие.
– Хм…
– Одна ночь…
Я покачала головой.
– Вы требуете от меня не одну ночь, а минимум двадцать лет. Пока ребенок вырастет, пока… а если это будет девочка?
– На этот случай мы и едем в столицу. Я упаду в ноги государю, буду просить права наследования равно для мальчика и для девочки… к тому времени, как родится малыш, я могу и не успеть.
Я задумалась.
Чисто гипотетически подобрать удачный день для залета может каждая женщина. А я еще и маг… да, я могу залететь с первого раза.
Если партнер будет магом и аристократом, это замечательно. Если будет полная анонимность – тоже неплохо.
Но…
– Кто помешает тому же Демидову после вашей смерти?
– Я позабочусь об этом.
– Как будет выглядеть ваша забота? – въедливо уточнила я. Как-никак речь идет о моей жизни.
– Я найду вам защитника.
– Ваших родных? Семью? – попробовала угадать я.
Не угадала.
– Мои родственники – это отдельная песня, – скрежетнул зубами Храмов.
Я прищурилась.
– Судя по всему, у вас не идеальные отношения с родственниками, Сергей Никодимович?
– Это не столь важно…
Я покачала головой.
– Я не стану играть вслепую. Рассказывайте все.
То, что информацию легко можно проверить, я подчеркивать не стала. Храмов кивнул и заговорил.
Юрты.
Не все определяется личной силой мага, но многое. В частности, Сережа Храмов оказался в своей семье на самой низкой ступени именно потому, что брат и сестра были одаренными. Брат – с активными способностями, сестра с латентными. Конечно, сестра представляла ценность для брака.
Брат же…
Старший, первенец, любимец, все то, чем не был Сережа. Красавец, пользующийся успехом у дам, надежда родителей, блестящий ученик, выбравший себе придворную карьеру. Правда, дорос Гриша Храмов только до статского советника. Сережа в пику всем выбрал себе военную карьеру, женился, рос в чинах и званиях не благодаря родным, а сам по себе… не любили его в семье.
Пока его сын не родился магом.
Вот такая циничная шутка судьбы.
Его ребенок оказался магом, а сын Григория Храмова – вообще без способностей. Разразился скандал. Сергей хлопнул дверью…
В то время он служил на Кавказе… содержать жену и сына в столице на свое жалование еще не мог, не так много он зарабатывал. Но крутились как могли.
Пока…
Храмов был свято уверен, что в гибели его семьи виноваты его родные. Как они подстроили несчастный случай? Как вызвали к себе Лизавету, что наплели, что сказали? Знать бы! Но все концы были надежно спрятаны в огонь – для разнообразия.
Несчастный случай.
Погибли все пассажиры дилижанса. В том числе и молодая Лизавета Храмова с сыном Витей. Если бы они не поехали! Если бы…
Сергей запил. Потом пытался сложить голову на войне. Потом опять пытался… чаша с ядом – для безнадежно больных. А как быть тем, кто здоров, а жить не хочет?