Страница 30 из 44
Глава 9. Письмо
1
На следующий день, сразу после занятий, не таясь, я подошла к Порку и вручила ему пакет. Небольшой, размером с книгу.
- Что это? - Порк посмотрел на него брезгливо. Также как и на меня.
Я изобразила на лице самую ехидную из своих улыбочек.
- Любовные признания. Вскрывать на людях не советую.
Порк облил меня ушатом презрения и, не прощаясь, рванул в сторону общежития.
Мы с Луноликой хорошенько постарались, чтобы собрать все письма в один небольшой кирпичик. С помощью магии, конечно. Отличная вещь это утрамбовывающее заклинание. Подруга, правда, стонала, что писем слишком много, и они в любой момент могут самораспаковаться, но обошлось. В общем, я искренне надеялась, что Порк внемлет моим словам и не станет раскрывать пакет по дороге.
- Ты ведь сказала ему, чтобы применил сдерживающее заклинание? - спросила Лунолика.
- Упс, забыла, - хихикнула я.
- Ада, ты что! - подруга побледнела. - Скорей! Его надо предупредить! - она схватила меня за руку и бросилась за Порком.
Толпа расступалась и правильно делала, Лунолика на большой скорости подобна пушечному ядру.
Однако, как бы мы ни спешили, Порк оказался быстрее - мы так и не смогли его нагнать. А когда добежали до его комнаты, услышали взрыв, грохот падения и чей-то сдавленный вопль.
- Завалило! - воскликнула Лунолика, застывая на месте.
- И что дальше? - я тоже застыла. Из солидарности.
- Не знаю, - взгляд подруги заметался - она не могла решить, броситься на помощь или спасаться бегством.
Я тотчас представила хладный труп Порка на пыльном ковре госпожи Моръ, безутешно рыдающего принца и свое незавидное будущее и, с криком “скорее!” рванула на себя дверь комнаты.
Дверь, по традиции, не открылась, не знаю, почему меня так не любят двери.
- Отойди-ка, - Лунолика толкнула ее плечом.
Дверь слегка поддалась, из щели выпало несколько писем, и подруга, разбежавшись, толкнула сильнее.
Поток писем выплеснулся в коридор, и мы, как две собаки-ищейки, стали прорываться сквозь бумажный завал, чтобы спасти погребенного на дне Порка.
- Чего их так много? - пыхтя и отплевываясь, воскликнула я. - Меньше же было.
- Побочный эффект, наверное. Скорей, сюда! Я нашла ногу!
- Одну ногу? - я похолодела. Пред внутренним взором предстала кучка расчлененки.
- Да… а, нет, вот еще рука… Ой, она шевелится… Ай, он меня схватил! - Лунолика взвизгнула.
- Тащи! - я попыталась нашарить хоть что-нибудь и откопала вторую ногу.
Нога лягалась, метя мне в глаз, но я оказалась проворней, и вскоре мы с Луноликой вытащили пострадавшего в коридор.
Порк оказался жив, помят и зол. Очень зол. Все-таки жизнь при дворе обогащает - таких выражений, какими он нас одарил, я никогда прежде не слыхала. Лунолика, судя по виду, тоже.
- Что это такое?! - оглядывая выползшую в коридор бумажную кучу, спросил Порк, когда поток ругательств иссяк.
- Письма любовные, от твоих поклонников, - ответила я. - Очень просили передать. Не благодари.
И я, ухватив Лунолику под руку, гордо удалилась. Ждала, что Порк что-нибудь скажет вслед, но он молчал. Выдохся, наверное.
Мы тоже выдохлись - беготня по коридорам после бессонной ночи изрядно утомила. Хотелось спать или чего-нибудь вкусненького. До ужина было далеко, и мы с Луноликой отправились отдохнуть.
Поспать перед ужином не удалось - едва мы вернулись в нашу комнату, как комендантша принесла письмо “от дорогого господина Перемежайтиса”.
Прежде чем открыть, я наложила на него сдерживающее заклинание. Так, на всякий случай.