Страница 28 из 44
5
Вечером я поняла, что слегка переоценила свои возможности и не учла, как быстро по академии разносятся слухи. Порк оказался популярен, нашу комнату буквально завалили письмами. Народ шёл и шёл, нёс и нёс. И даже после отбоя, вопреки договорённости, в окно влетело несколько пухлых конвертов. Среди обожателей Порка затесалось даже несколько женихов.
- Мда, - произнесла я, обозревая гору посреди комнаты.
- Мда, - повторила Лунолика. И оглушительно чихнула - многие письма оказались надушены.
- И как мне все это тащить к Порку?
- Ты что, всерьез собралась их отдать? - изумилась Лунолика.
- Конечно! А ты как думала?
- Нуу… - подруга замялась. - Я думала, почерк проверим и того… - она сделала жест, намекающий не то на огонь, не то на смыв в туалете.
- Ты что! Какое "того", - возмутилась я. - Люди мучаются, страдают. Как я могу их подвести?
- И что, даже открывать не будем?
- Нет, конечно! Я же обещала, слово дала! Сверять будем по надписям на конвертах.
Лунолика внезапно засмущалась, покраснела и тихонько спросила:
- Ой, а можно и я тогда письмо напишу?
Я чуть дар речи не потеряла.
- Тебе что, тоже нравится Порк?!
- Нуу… как тебе сказать… - Лунолика отвела взгляд. - Не так, чтобы сильно… Просто я тоже пироженку хочу!
Я выдохнула, прямо булыжник с плеч упал.
- Да брось ты, сами купим. Вот только стипендию дадут.
Подруга посмотрела на меня сочувственно.
- Что? - не поняла я.
- Понимаешь, Адуся, на эту пироженку стипендии нам не хватит, даже если скинемся.
- Ай, ну и ладно, - я махнула рукой. - Порк, кстати, чего-то там в него не доложил, так что забудь, не стоит оно нашего внимания. Подумаешь, пирожное какое-то.
- Не какое-то! Ты что не знаешь? Золотинки-то были правы, его кому попало не дарят, я узнавала.
- И кому же его дарят? - рассмеялась я. - Злейшим врагам? Так я и без того знаю, что Порк меня не выносит. У него это на лбу написано.
- Невестам дарят, вот кому! - у Лунолики был такой вид, словно она открыла мне великую тайну.
- Невестам? Да у нас полная академия невест.
- Настоящим невестам, - вид у подруги сделался таинственным. - Адуся, может золотинки правы? Может Порк на самом деле в тебя влюбился? - Взгляд её затуманился. - И в его холодной душе кипит и клокочет настоящая огненная страсть!
- Ты книжек перечитала, - рассмеялась я. - Перемежайтис на тебя плохо действует.
- Перемежайтис не может плохо действовать, - подруга гневно сверкнула глазами. - Он талант!
- Ладно-ладно, как скажешь, - видя, как она седлает любимого конька, я поспешила отступить, - давай лучше за работу приниматься. Где наша змейская коробочка?
К утру мы убедились, что никто из фанатов Порка коробку не подписывал. В глазах рябило от букв, Лунолика то и дело чихала, вполголоса проклиная любителей парфюмерии - подозреваю, что им икалось даже во сне. Сами мы спать ложиться не стали, какой смысл, если вот-вот объявят подъем.
Почти перед самой побудкой в дверь постучали. Осторожно, тихонько, но настойчиво.
Мы с Луноликой переглянулись, и я отправилась открывать.
За дверью оказалась запаснушка-первокурсница с конвертом в руках.
- Простите, - пролепетала она она, шмыгнув носом. Глаза ее были красными, то ли от недосыпа, то ли от слез. - Я знаю, что опоздала, но может быть вы возьмете мое письмо? Я только после отбоя узнала, что можно для Поркуана передать. Пожалуйста, - она протянула мне мятый белый конвертик.
Вид у нее был такой несчастный, что отказать не получилось.
- Ладно, давай.
Я взяла конверт и, едва увидела надпись, как тут же втащила девчушку в комнату и захлопнула дверь. Буквы на конверте в точности совпадали с надписью на коробке - те же завитки и закорючки, характерные подчеркивания и даже наклон. После миллиона конвертов, я узнала их мгновенно.
- Лунолика, это она!
Запаснушка перепугалась, глазищи сделались преогромные, она застыла, вжавшись спиною в дверь.
- Это ты позавчера принесла коробку для Ады? - нависнув над ней, произнесла подруга.
- Я, - пискнула запаснушка. - А что? Я не делала ничего плохого, просто передала, как просили. С ней что-то не так, с этой коробкой?
- Ты ее даже подписала. Почему? - подключилась я.
- Так попросили же. Он сам не мог, нечем было. Ну я и помогла.
- Кто “он”?
- Поклонник твой, - поняв, что сделала что-то не то, девчушка побледнела. - Он сказал, что это подарок для возлюбленной, то есть для тебя. А на территорию академии посторонних же не пускают, вот я и подумала - надо помочь. Я как раз в академию заходила, он меня у ворот остановил.
- И как выглядел этот мой “поклонник”?
- Высокий, в плаще с капюшоном. Перчатки черные бархатные.
- А лицо? - спросила Лунолика.
- Не знаю, под капюшоном не разглядела.
- Ну а какие-нибудь приметы особые у него были? - без особой надежды спросила я.
Запаснушка задумалась.
- Не знаю… разве что голос странный.
Мы с Луноликой переглянулись.
- В каком смысле странный? - спросила подруга.
- Ну, такой… не знаю… как будто ненастоящий. Можно я пойду?
Я нахмурилась. Расспрашивать ее дальше не было никакого смысла - “поклонник” подготовился тщательно - зацепка в виде голоса никуда не вела.
- Иди, - разрешила я, отходя от двери.
Девчушка в мгновенье ока выскочила в коридор, но потом, заглянув в комнату, робко спросила:
- Простите, а мое письмо… вы теперь его не передадите?
- Передам, не волнуйся, - вздохнула я.
- Ну и зря, - сказала Лунолика, когда дверь за нею закрылась. - Раз виновата, нечего помогать.
- Да ладно тебе, - отмахнулась я. - Ничего она не виновата. Она же не знала, что в коробке.