Страница 5 из 66
А ведь я изрядно так проголодался, будто целый год не ел...
— Да ладно тебе, не стоит меня благодарить. — Улыбнулась Анна и побежала работать.
Я осмотрел странную бутылочку, взял её в руку, покрутил по-всякому. Очевидно это та самая бутылочка именуемая — эликсиром. Не знаю, что со мной будет, но лучше сначала поем, а уж потом выпью и его.
Я взял кусок свежего хлеба с подноса и сразу учуял, как он вкусно пахнет. Насладившись его сладким запахом. Откусил половинку, прожевал. Хлеб, будто таял во рту, казалось... что ничего вкуснее я никогда не ел.
Подобный вкус был похож на тот, что я ощущал в своём мире, но с нотками чего-то странного. Я был не в силах его описать, или подобрать что-то схожее из обилия вкусов испробованных мной раньше.
Когда я решил что это бесполезное занятие, думать о вкусах, будто мне заняться больше не чем. Я взял стакан, и сразу обратил внимание на воду, она была чистой и прозрачной...
В воде я увидел своё кривое отражение. Черные волосы, зелёные глаза и довольно миловидная внешность. Я бы даже сказал... что, он похож на меня в детстве!
Пригубив холодной водицы, я принялся доедать хлеб, отобедав им, взялся за яблоко, но второе не осилил. К слову яблоко также имело странный вкус, может это одна и та же добавка.
Хотя стоп, какая можем быть добавка в яблоки? Может дело в земле, из которой это всё растет?
Любопытно...потом я снова обратил внимание на бутылочку.
Настало время для эликсира, я снова взял её в руку и с предвкушением выпить нечто особенное, выдернул пробку.
В нос ударил резкий аромат, колючие ноты цитруса, по запаху казалось, что я нюхаю апельсин или что-то подобное. Спустя минутку, я все же решился выпить его залпом, но ничего странного не почувствовал, кроме знакомого апельсинового вкуса.
Но к моему удивлению через несколько минут я почувствовал легкость и ощутил, как боль уходит. Синяки с тела пропали, дышать стало легко, а разум стал ясен как никогда.
Так и прошло всё оставшиеся утро, одни работали, пока другие приводили себя надлежащий вид. Я же просто валялся и отдыхал, ну а что? Так мне сказала Дарья, кто я такой чтобы спорить с хозяйкой.
Через пару часов всех повели мыться, мальчиков и девочек в одно и то же место. Детям, дали ведра с едва теплой водой, тряпки и пару кусков мыла на всех.
Я отводил взгляд и сторонился остальных, негоже взрослому дядьке находиться в подобном месте и в подобной ситуации. Через еще несколько часов, когда все были готовы, нас рассадили по повозкам.
Ухоженные и опрятные, приятно пахнувшие дети, которых везут на рыночную площадь для продажи. Всего две повозки, в сопровождении хозяина и двух стражников. И конечно пара сторожевых псов, как же без них.
Вот значит, как это происходит, я никогда раньше не присутствовал при продаже. Самое время подумать о побеге, мы даже не связаны и повозка не закрыта. Хоть выпрыгивай и беги прямо сейчас, но оказаться покусанным псом я бы не хотел.
Да и если вспомнить, то, как я взбирался на повозку... точнее мои попытки взобраться. Хозяин издевательски смотрел на мои жалкие потуги, потом сжалился и приказал стражнику мне помочь. Тот подхватил меня за талию и небрежно закинул в повозку. Так что скорее я переломаю свои ноги, спрыгивая с повозки, чем успешно сбегу.
— Трогай! — Скомандовал хозяин, и мы сдвинулись с места.
Наконец, я смогу увидеть что-то дальше той деревянной тюрьмы и почувствовать чистый запах природы. Выглядывая из повозки, я смог увидеть богатые ферменные поля издалека.
Янтарное пшено укрывало всё вокруг, а её сменяли зеленые просторы и ветвистые деревья. Щебечущие птицы где-то сверху, которых я не могу разглядеть из-за слепящего солнца.
Мы двигаемся по тонкой извилистой песчаной дороге, на которой редко встречаются ушибы. Меня даже немного укачивает с непривычки, но приятный свежий воздух в отличие от запаха навоза, что забивал ноздри, был весьма кстати.
Я огляделся еще раз и увиделв дали и другие повозки с рабами. Похоже, вокруг одни фермы, и все хозяева в один день решили продать своих рабов, странно как-то.
Может хозяин пошутил, и рабство отменили, а это был его способ рассказать нам. Нет, не может быть, зачем же нас так намывали и готовили. Точно будут продавать, но какая причина может быть для продажи всех рабов сразу.
***
— Город! — Прокричал один из стражников.
Вот сейчас я и узнаю, пока я тут любовался природой... мы уже прибыли на место. Около получаса в пути, и мы уже у города, сейчас меня продадут какому-то извращенцу, и пиши, пропало.
Пора бы уже признаться, шансов сбежать у меня не было, точно не в таком слабом теле. Почему я не получил какого-нибудь дара? Как все нормальные попаданцы в другие миры?
А? Бог или кто там закинул меня в эту дыру и в это глупое тело! А ну дай мне крутую силу и невероятные способности, и дракона в придачу.
Ну, да... совершенно никакого ответа, и чего я только ожидал.
— Проезжайте, проезжайте! — Прокричал кто-то снаружи.
Похоже, мы въезжаем в город. Так... нужно подготовиться, если я буду стоять во всей красе, с вытянутой спиной! Может меня, купит какая-нибудь красивая леди и будет поручать не сложные задания.
Будет меня обнимать, мыть, кормить...
Эх, что-то я размечтался, пора возвращаться в реальность... скорее меня будут бить, когда узнают... что я такой слабый и странный.
— Выходите по одному. — Скомандовал бородатый стражник.
Нас начали сгонять с повозки, и вести на площадь, там уже стояли сотни рабов готовившихся на продажу.
«Выставочный комплекс рабов — большое количество подиумов, на которых умещалось до двадцати рабов в ряд, их всех выставляли по росту. Различные противные на вид богатеи, ходили рядом... осматривая рабов, открывая им рты и осматривая зубы.»
«Поднимая руки осматривая их на ушибы, заглядывая под пояс и прочие довольно унизительные действия с ними. Рабы расходились довольно быстро! Большим спросом пользовались молодые девушки или крепкие парни.»
«Остальных же, кто плохо продавался, покупали по трое или четверо по сниженной цене. Из пары сотен рабов, что стояли на подиумах, осталось не больше двадцати, включая мальчика Шира.»
***
Я стою уже четвертый час, ноги гудят от боли, похоже, действие эликсира улетучилось. Стоит мне чуть наклониться от усталости, я сразу же ловлю гневный взгляд хозяина и снова встаю по стойке смирно от страха.
Ясно, что хозяин хочет продать всех до одного, но моя слабость и никчемность, видна за милю. Из всех рабов хозяина, остались: лишь я, еще один мальчик и Анна, она была не столько красивой девчонкой как другие, которых быстро раскупали.
Низкорослая и полноватая, её возможно даже путали с мальчиком. По сравнению со мной она держалась, достойно, прямая спина, руки по швам. Как вдруг и на неё нашелся покупатель. Толстый аристократ, купил её за пятнадцать серебреных, еще и пытался сторговать пару монет.
Когда я, увидел, как Анну уводит, жирный и неприятный тип, держащий рабский поводок в руках, который он надел на неё, как только купил. Мне стало грустно и что-то укололо в сердце. Я лишь мог, надеется, что с ней всё будет в порядке, и ничего страшного не случится.
«Грустные мысли заставили мальчика неожиданно прослезиться, и закрыть лицо руками. В попытках скрыть слезы и стереть их с лица, он начал протирать их рукавами от рубахи.»
— Эй, ты! Что ты делаешь, встань нормально и хватит рыдать, я так тебя никогда не продам!
Прокричал мне хозяин командирским тоном. Но я сам не знаю... чего плачу! Я не могу это контролировать, с не того не всего нахлынуло!
Пока он орал на меня, за его спиной появилась странно одетая женщина, в длинной светло-серой мантии, богато, но в то же время просто украшенной. Её волосы скрыты накидкой, а само лицо сложно разглядеть с подиума.