Страница 3 из 21
- Ты можешь сама найти любой способ, подходящий для тебя. Но самое простое и действенное – это боль и удовольствие. И я точно не хотел бы делать тебе больно. Осталось только понять, хочешь ли ты…
Любой способ? Он ведь тоже успел испробовать все? Он такой же, как я… другой и такой же вместе с тем.
Он потянулся ко мне, коснувшись губами там, где только что касался пальцами.
Я не знаю, чего я хочу.
Но и терять, пожалуй, нечего.
- А ты? – почти шепотом спросила я. – У тебя такое бывает?
- Бывает, - спокойно сказал он. – Если сознание слишком перетягивается в одно тело, у второго начинаются судороги, как эпилептический припадок. Вечером я покажу тебе… когда закончу все дела.
- Покажешь?
- Это лучше увидеть, чтобы понять.
Я попыталась заглянуть ему в глаза, мне показалось, он смеется надо мной. Провоцировать припадок сознательно?
Но его глаза были почти закрыты.
Теплое дыхание у моей ключицы и теплые губы.
Наверно, он прав, мне сейчас тоже нужно это.
- Хорошо, - тихо сказала я.
Глава 2. Принять и закрыть глаза
Мне было очень страшно оставаться одной.
А вдруг снова приступ? И что мне делать?
Поняла, что при всем безумии случившегося, кроме Линара мне не на кого рассчитывать. На него, возможно тоже, я не могу сейчас оценить, какую роль во всем этом он играет. Но рядом с ним было спокойнее.
Да, он пользовался мной. Но и мне самой становилось легче, прояснялась голова, тошнота отступала. Я пользовалась им тоже.
Он был нежен и внимателен, даже притом, что все это немного слишком. Я никогда не была хорошей правильной девочкой, но вот так, с двумя мужчинами одновременно… даже если он один… но ведь их двое…
Нет, я не готова сейчас обо всем этом думать, иначе просто сойду с ума.
Представить, что это сон, потому что если настоящая я – дома, то здесь могу делать все, что захочу. Пусть это будет сон. Не взаправду.
Не то, чтобы я хотела чего-то такого… просто все это не со мной.
К черту. Просто расслабиться.
Когда он отнес меня на кровать, когда уложил… И они оба с двух сторон. Его пальцы гладили мой живот, его пальцы гладили мою спину… Их сразу оба – так необходимо для него. И мне, на удивление, нравилось.
К черту все. Я понимала, что это скорее защитная реакция, чем что-то сознательное, не думать, отвлечься и получить удовольствие, окончательно забив на мораль и условности. Сделать то, что я никогда не стала бы делать в нормальной жизни. Позволить сделать с собой.
Почувствовать себя между разгоряченными мужскими телами.
Он обнимал меня в четыре руки…
И не хотелось, чтоб отпускал.
Я боялась момента, когда он уйдет. Без него я останусь наедине с собой и со всем этим.
Но он ведь не может оставаться со мной весь день. Он император и у него дела.
На самом деле, признать императора в смазливом голом мальчишке – довольно непросто. Зато как все меняется, когда он выходит ко мне при полном параде.
Когда один из них в ослепительно белой шелковой тунике с золотым шитьем, другой – в темном строгом деловом костюме, больше похожем на военный мундир, когда идеально лежат волосы, перехваченные тоненькой золотой тиарой – он император без сомнений. В нем даже не столько величие читается, не сила и власть, но что-то непередаваемо-божественное, чуть отстраненное.
Даже слишком божественное для власти.
Нечеловеческое.
- А давно ты император? – спросила я.
- Почти год, - сказал он.
- А до этого? Твой отец?
Тот, что в костюме, облизал губы, тонкая складочка пролегла между бровей. Второй – отвернулся.
- Мой отец, - сказал тот, что в белой тунике, глядя в сторону. – На самом деле, в моем возрасте мне пора иметь наследника, но все как-то…
В его возрасте? Мне показалось, он совсем мальчишка. Или тут не стареют?
- А сколько тебе? – спросила я.
- Почти двадцать один, - сказал он, едва заметно скользнула усмешка.
- И это много? – как-то не очень верилось.
Я на два года старше его. Но, может быть, тут иначе течет время?
Линар нахмурился. Тот, что в костюме смотрел на меня, мне в глаза, но говорил другой.
- Дело не в возрасте. Нужно, чтобы было кому передать императорский венец, - сказал он. – И чем позже для будущего наследника это случится, чем старше он будет, тем лучше. Все дело в разделении… Дети легче переносят это физически, но сознание плывет. Сложная тема, Алиса. Давай потом. К концу жизни мой отец существовал в семи телах одновременно, но с трудом мог даже есть самостоятельно. Не понимал, что с ним происходит, никого не узнавал.
В этом давняя напряженная боль и отчаянье, которое Линар пытается загнать как можно дальше. Не показывать.
И это действительно страшно.
Так будет и с ним? И он готов к этому?
- Ладно, - сказал тот, что в костюме. – Давай я покажу тебе, как развлечься, пока не меня не будет.
Он щелкнул пальцами, и в воздухе возник огромный экран.
- Вот, посмотри…
Я смогу видеть их обоих в прямой трансляции – с заседания Совета в Такане и с какого-то неформального торжественного приема, Линар сказал мне, но я не запомнила.
Он показал мне, как включить, как выключить, что с этим делать.
Показал, как переключаться между каналами. Это сложно с непривычки, не уверена, что сразу смогу сделать это сама, но он настроил и я попробую. Едва уловимые движения пальцами… Ладно, просто, не трогая, посмотрю как есть. Это не телевидение, а скорее интернет, есть что-то общее. Трансляции и записи можно найти на любой вкус. Удивительно четкое, реалистичное изображение, словно все это происходит не на экране, а за стеклом.
В Зале Совета камеры уже работали. Огромный зал, наполненный светом, люди в нем, уже начинающие рассаживаться на свои места, похожи на муравьев.
- Скоро начнется? – спросила я.
- У нас есть полчаса, - сказал Линар, - можно выпить кофе. До начала мне там делать нечего.
- Это где-то рядом, да?
Он улыбнулся, чуть снисходительно, словно я не понимаю очевидных вещей.
- В каком-то смысле.
Я не стала настаивать, мне, пожалуй, сейчас не до объяснений.
Он показал мне, как пользоваться душем, и это даже не душ, а кабинка для полноценной санитарной обработки, такая медицинская капсула, в которой заодно можно постоять под льющейся водой. Куча режимов работы.
Показал, как можно выбрать себе завтрак, на любой вкус, и поднос с едой появится из открывшегося окошечка на столе.
Никаких посторонних людей сюда не войдет.
Сам он действительно только быстренько выпил кофе – две чашки, по одной - каждому из них.
- Мы пообедаем с тобой чуть позже, - сказал, словно извиняясь. – Осваивайся пока. Я вернусь, и мы подумаем, что делать дальше.
В этом была капля усталости – он не планировал эту возню со мной, обычно все проще. Но и капля живого интереса тоже.
Они оба сидели за столом напротив друг друга, но ни разу друг на друга не посмотрев, только мельком касаясь взглядом, никак не взаимодействуя друг с другом. Чашки в руках они держали совершенно одинаково, одинаковые движения. Действительно, словно один человек.
Я пила успокаивающий сладкий фруктовый чай, Линар сказал – для меня сейчас это лучше всего, кофе не стоит. И какое-то пюре – вкусно, но немного странно, я даже не пойму, на что это похоже. То ли каша, то ли фрукты… Мне нужно что-то, что легко усваивается, по крайней мере, в первые дни. Я не спорила. Линар лучше знает.
Пустые чашки исчезли в столе.
- Мне пора, - сказал он.
Здесь нет дверей. Совсем нет и выйти сама я тоже не могу. Это немного нервирует, но я очень надеюсь, что он не бросит меня тут.