Страница 18 из 23
– По-фински «вяки» значит и «сверхъестественная сила», и «народ, племя». Мы – народ, обладающий немыслимой силой. – Алиса исподлобья покосилась на Кроули, припомнила Джуда, повелевающего железными гвоздями… – Четырех основателей, построивших Грачевник, звали так же, как и легендарных финских богов и героев: Ахти, Пеллервойнен, Ильмаринен и Миэликки… Возможно, основатели Грачевника и вправду были Богами. А, возможно, просто самыми могущественными вяки нашего народа. Кто знает. История их жизней покрыта тайной, и вряд ли мы когда-нибудь докопаемся до истины. Но благодаря их находчивости и изобретательности…
Алиса не дала ему закончить.
– Чертог Миэликки и Чертог Пеллервойнена… – проговорила она, пробуя на язык такие странные, но уже такие знакомые слова. – Те здания, что мы видели этой ночью… Это они их построили?
– Они возвели основания Чертогов.
– Вы сказали, что эти Чертоги – привилегированные клубы, только для своих.
– Так и есть.
– А что с двумя оставшимися основателями? У них тоже есть клубы? Ну, то есть Чертоги?
– Да. Чертог Ахти располагается в замке Бейнардса, что на берегу Темзы. В вашем Лондоне его давным-давно нет. Думаю, на его руинах теперь проложено скоростное шоссе. Чертог Ильмаринена – на северной стороне Темз-стрит, в здании старой Лондонской угольной биржи. Ее вы тоже уже снесли. А вот у нас, в Грачевнике, к шедеврам архитектуры относятся с большим пиететом. – Кроули замялся. – Мне продолжать? – уточнил он. Алиса кивнула. – Наши чудодейственные способности перешли к нам в основном от четырех основателей и менее могущественных вяки, которые продолжили их дело.
Алиса внутренне сжалась. Выдумки! Да, в последнее время чего она только не повидала – и парочку под дождем, и Джуда, и Сашиного полуночника, но…
– Нет, – решительно тряхнула она головой, – глупости. Должно быть какое-то простое логическое объяснение. А эта ваша волшебная сила – курам на смех.
– Мы не называем наши способности «волшебной силой». Мы зовем их «наследие», потому что они составляют генетическое наследство наших предков.
Алиса поджала губы. Кем бы ни были ее биологические родители, они давно умерли. Все, что она унаследовала от них, – это карие глаза и широкие бедра. Если Кроули говорит правду, то почему ее удочерили в Лондоне, а не в Грачевнике?
– Смотрите.
Кроули оперся ладонью о стол. Стол покачнулся, а из-под ладони Кроули заклубился пар… нет, дым, дым! Яркая искорка полыхнула между пальцев Кроули и лизнула дерево столешницы. Алиса испуганно отклонилась. На мгновение стол вспыхнул, затрещал, объятый оранжевым пламенем, и… Огонь исчез.
– Фокус-покус, – отчаянно защищалась Алиса. – Дешевый трюк. Полная ерунда. Дэвид Копперфильд даст вам сто очков вперед. В Лас-Вегасе эти иллюзионисты достают из своих шляп целые вертолеты. Вполне вероятно, они…
Картинно закатив глаза, Кроули вытянул указательный палец и нацелил его на Алису.
Волосы Алисы занялись огнем.
– Черт!
Пинком отбросив стул, она опрометью кинулась к раковине. Языки пламени извивались в ее волосах, как змеи на голове горгоны Медузы. Подвывая, она истерически вращала краны, пока в раковину не полилась холодная вода. Еще секунда, и Алиса сунула бы голову под струю, как вдруг огонь погас, словно его и не было. Она потянулась руками к тому, что осталось от ее шевелюры – обугленному комку редких волос, но… ее волосы оказались целы и невредимы. Спутанный колтун свалявшихся в воронье гнездо лохм – все как обычно.
– Это… – пылая праведным гневом, обернулась она к Кроули, – это… подло!
– У каждого свои… таланты, – ничуть не смущаясь, возразил он ей, уютно развалившись на стуле и скрестив на груди руки.
– То же мне, человек-факел! Как вы это делаете?
– Это не я, это ДНК. Алиса, послушайте, то, что вы и я можем делать…
– Не надо меня приплетать! Я не могу… Огонь… Я не умею его вызывать…
– Не умеете, – согласился он. – Пути генетической лотереи неисповедимы. Не все мы обладаем одними и теми же магическими искусствами. Так, адепты Чертога Ильмаринена сведущи в огненной магии.
– Так вот, значит, кто вы такой…
– Я – много кто. Все мы – результат многовековой селекции, поэтому что касается наследия, мы – мастера на все руки, однако некоторые способности развиты в нас сильнее прочих. Так, больше всего я преуспел в магии огня.
– А какие еще есть… наследия?
– Издревле повелось так, что большинство наших способностей непосредственно связано со средой обитания и ее элементами. Например, потомки Ильмаринена обычно повелевают огнем и металлами, отпрыски Ахти – водой, а сыны и дочери Пеллервойнена – камнями, горными породами и путями-дорогами, то есть порталами.
Алиса закашлялась, прочищая горло. В ушах ее зазвенела чарующая музыка, которую она слышала ночью.
– А что…
– А тот, кто допущен в Чертог Миэликки, властвует над деревьями, лесами и живой природой.
Сердце ее забилось горячо и часто.
– Живой природой? Птицами?
– В случае с Сильвией так оно и было, – раздумчиво проговорил Кроули.
– Получается, все птицеловы происходят из рода Миэликки?
– Нет, вовсе нет. Мне кажется, способности Сильвии ладить с флорой и фауной – случайный дар. Наши традиционные навыки – подчинение воды, дерева, металла и тому подобного – передаются из поколения в поколение. Но определенные таланты, такие как умение видеть полуночников, некромантия, гемомантия, – это, если хотите, дар Божий, призвание.
– Некромантия – это магическое искусство общения с мертвыми? – уточнила Алиса. – А второе… как его?
– «Гемо» переводится как «кровь», – подсказал он. – Подобные способности проявляются крайне редко, они своего рода аномалия, так как не наследуются, а возникают в результате случайной мутации в генах. Гемоманты и некроманты редки, но не редкостны. Я с ходу могу назвать вам имена двух десятков из них, проживающих в Грачевнике. А вот птицеловы – поистине уникальны.
Он вытянул из кармана измятое и потрепанное перо Сильвии и положил на стол. Не желая даже притрагиваться к нему, Алиса оставила его на улице на мостовой, но Кроули поднял его и снова принес в дом.
– Ну, что я могу сказать, – протянула Алиса, – очень занимательная сказка.
– Это не сказка.
– Ну, разумеется, нет. – Она утомленно вздохнула. – Мои поздравления – у вас изумительная ДНК. Ильмари… как там дальше?
– Ильмаринен. Я доказал свое мастерство в обращении с огнем и был пожалован правом войти в Чертог Ильмаринена. Однако должен заметить, что Пеллервойнен также одарил меня великим талантом создавать двери-порталы, поэтому я довольно сведущ в путешествиях между мирами и могу перемещаться куда угодно.
– Значит, вы вхожи и в Чертог Пеллервойнена?
– Мое мастерство владения камнем оставляет желать много лучшего, – помрачнел он и, поколебавшись, добавил: – Кровь Пеллервойнена, что течет в моих жилах, наделила меня лишь умением открывать любые двери, которые мне нравятся.
– А как насчет остальных? Саши и Джуда? Они…
– Джуд также адепт Чертога Ильмаринена. Ему не страшен огонь, но его истинное призвание – работа по металлу. Он прирожденный кузнец. Он работает на двух работах – на оружейном заводе и Королевском монетном дворе. – Кроули расплылся в детской улыбке. – Смешно, да? Работать на Королевском монетном дворе в городе, где нет короля.
Алиса его не слушала. Она гнала от себя мысль, что Кроули может оказаться прав, но… за последние сутки случилось столько всего невероятного…
– Я не способна ни к одному из ваших традиционных умений. Огонь, вода, камень… Нет, куда мне. С чего вы решили, что я – вяки?
– Вы – птицелов. – Кроули многозначительно поглядел на перо и откинулся на спинку стула. – Возможно, вы мало что унаследовали от предков, и они передали вам рецессивный ген вяки и доминантный ген обычного человека. Наши расы постоянно мешают кровь… – Кроули подавил тихий вздох. – Неважно. Алиса, мы творим чудеса, о которых другие могут только мечтать. И в этом таится опасность.