Страница 56 из 63
В таком темпе минула осень и пришла зима. Хотелось бы рассказать обо всём детальнее, но ничего особенного за это время не произошло. Ну не рассказывать же мне о том, как я подносила поднос пьяным ублюдкам, которые пятились от меня, как от чумы. Если спросите, думала ли я о графе эти долгие месяцы, я без колебаний отвечу - да, постоянно. Он не покидал мои мысли ни на секунду, даже во снах являлся таким реальным, что казалось, только протяни руку и можно почувствовать тепло его тела и дыхание на запястье. Правда, пробуждение всегда оказывалось болезненным. Я просыпалась в слезах, с диким криком, шокируя постояльцев, и потом не могла уснуть до рассвета. Я так сильно тосковала по нему, что порой закрадывались мысли вернуться, но я гнала их прочь, как надоедливых мух. Хотелось выть, словно я и в самом деле преданный щенок, скучающий по своему хозяину. Да и что греха таить- я, кажется, втрескалась в него по уши. Не совсем уверена, что правильно понимаю свои чувства, но ведь в книжках пишут именно так.
Как бы там ни было, тосковала не только я. Если вы хотя бы немного умеете считать, то поймёте, что малыш подрос, и мой живот тоже, ведь если я забеременела в начале осени, а сейчас уже конец зимы, то я на шестом месяце беременности. Не знаю как, но я чувствовала его тревогу и волнение как свою собственную и особенно остро ощущала его беспокойство. Толкался он знатно. Иногда казалось, что мои внутренности скоро превратятся в одно сплошное месиво. Ах да, если вы думаете, что я знаю пол ребёнка, то спешу вас разочаровать. Говорю в мужском роде только потому, что слова "малыш" и "ребёнок" звучат именно в нём. А вот в первые недели весны я ощутила беспокойство лично. Помните, я как-то говорила о том, что привыкла доверять интуиции, так вот она буквально вопила о надвигающейся опасности. Причин этому не находила, да и в местных я не видела угрозы, но вот что-то грызло меня изнутри.
На этой почве у меня открылось кровотечение и отошли воды. Я испугалась и начала звать на помощь. Боялась не за себя, а за малыша, так как ему ещё рано появляться на свет. Благо всё случилось не на улице, а в таверне, в моей комнате, поэтому ко мне на помощь пришла испуганная моим криком хозяйка таверны. Это случилось в обед и мучения продлились до самого вечера. Я кричала, сжимала зубами кожаный ремень и рвала ногтями простынь. Силы уходили с каждой минутой, но я упорно продолжала бороться, чтобы наконец вытолкнуть его на свет. На помощь к хозяйке подоспели ещё две помощницы, вот только это нисколько не упрощало ей работу. Я выдохлась, часто отключалась, но меня быстро приводили в чувства, плеснув в лицо студёной водой. В конце концов я справилась. Услышала плачь и, закрыв глаза, заплакала. Он жив! Боги, спасибо вам за это!
- Тесса, это мальчик. Ты молодец, - счастливо произнесла хозяйка, прижимая к груди моё дитя. Мальчик, значит. Не зря говорила о нём в мужском роде. Да и кто мог родиться от союза иномирянки и имперца - только мальчик.
- Спасибо, - тихо произнесла я, потрескавшимися губами. Но стоило женщине поднести его ко мне, дверь моей комнаты распахнулась, и я увидела на пороге его.
- Вот ты и попалась, - ехидно усмехнулся Дамьен, входя в комнату. Хозяйка без слов всё поняла, поэтому резво выскочила из комнаты, унося с собой моего сына. Я уже ненавидела себя за то, что оказалась слабой перед своим противником. Сил не было даже на то, чтобы подняться с кровати, так какой из меня воитель?
Глава 14. “Фигуры на шахматной доске”.
После разговора с сестрой, граф не выдержал и всё -таки решил зайти в дом Кайеты, чтобы убедиться в том, что она в порядке, но его ждало разочарование. Комната оказалась пустой, и он ни на секунду не усомнился в том, что она сбежала. В груди тут же зародилась тревога, и вдобавок ко всему их связь оборвалась - лопнула как мыльный пузырь. С замиранием сердца мужчина следил за тем, как браслет из крепкой стали осыпается к его ногам. Как это возможно?! Сомнений не было - это дело рук Миллиорна. Но зачем он так с ним поступил? Очередное предательство друга он не простит. Выскочил из дома и решительно двинулся в сторону леса, точно зная, что приятель прячется там. Долго идти не пришлось: император как раз шёл к нему на встречу. Замахнувшись, Клайз прошёлся кулаком по физиономии правителя, окрашивая его губы в алый цвет.
- Как ты мог? - проревел Теридан. - Зачем ты это сделал?
- Она хотела уйти, - вытирая кровь рукавом рубашки, ответил Мил. - Так будет лучше. Сейчас ей лучше держаться от всего этого подальше.
- Она беременна, идиот! - проорал граф, двинувшись на друга. Император выглядел растерянно. Кажется, подобное ему вообще не приходило в голову.
- Стой! - остановила его Халиса. - Не время кулаками махать. Следует поторопиться, чтобы нагнать её как можно быстрее. Сестра была права – действительно, не время.
Правда, это самое время сыграло с ними злую шутку. Они прочесали весь лес в поисках девушки и даже дошли до ближайшего города, но отыскать её так и не смогли. Никаких следов, словно она растворилась в воздухе. Закрались подозрения, что и к этому причастен император, но Миллиорн поклялся, что не использовал портал. И граф был склонен верить, потому как клятва - это не пустой звук. Поиски длились четыре месяца, и с каждым новым днём мужчина отчаивался всё сильнее, всё чаще прикладываясь к бутылке, чтобы уснуть. Алкоголь не пьянил и не приносил успокоения, сколько бы бутылок он не опустошил. Теридан соврёт, если скажет, что ищет её с тем же рвением, что и Халису. Нет, в этот раз он, действительно, обезумел. Он не мог думать ни о чём, кроме девушки и ребёнка, и эти мысли сводили с ума. Точнее, лишали рассудка мысли о том, что они могут быть в опасности. Грудь от волнения порой сжимало с такой силой, что мужчина не мог дышать.