Страница 24 из 57
Доктор Матиас Болт - доктор медицины, лицензированный психотерапевт, миллионер, филантроп, чародей (или как хотите), убийца и глава "Братства тьмы" - воплощенного символа веры помешанных; у этих цель - завоевание мира. Может быть, власть над миром и нужна-то им для того, чтобы все на свете неудачники могли встречаться по субботам ночью и избегать уплаты налогов?
"Братство тьмы" никогда не представляло серьезной угрозы - для Бюро ли, для мира в целом, - хотя искуснее доктора Болта, пожалуй, нет чародея на земле. С другой стороны, некоторые члены "Братства тьмы" чересчур уж сообразительны. Единственный способ держать этих психов под контролем давать им любую информацию: пожалуйста, какую угодно, в полном объеме. Но есть тонкость: представлять ее надо так, словно она липовая. "Вывернутая психология" - так называли этот прием ребята из Отдела стратегии и тактики. А у действующих агентов подобная тактика получила наименование "полировка зеркала".
Подготовился я основательно: не просто принял душ, как обычно, а выскреб себя до неимоверной чистоты, аж до скрипа; тщательно выкрасил свои черные волосы в черный же цвет; оделся в новый, с иголочки костюмчик; намазал руки (они у меня и так смуглые) и лицо лосьоном для загара; облачился в плотный корсет и влез в туфли с полыми каблуками, тем не менее вдвое выше обычных; наконец, вставил в оба глаза прозрачные, без диоптрий контактные линзы и, сняв с руки обручальное кольцо, тщательно замазал тональным кремом белую полоску на безымянном пальце, а потом опять надел свою "златую цепь". Внимательнейшим образом осмотрел себя в зеркале с головы до пят: потрясающе, такое совершенство - притронуться страшно!
На взгляд обычного человека, ничего во мне особенного - я остался самим собой. Но опытный наблюдатель заметит явную маскировку. Волосы-то черные, но цвет совершенно неестественный, сразу видно - крашеные; то же и с цветом кожи. Контактные линзы придают моим черным глазам некий демонический оттенок. И еще: по моему обручальному кольцу можно судить: не молодожен, а бледной полоски на пальце нет - явная фальшивка. Двойные каблуки выдают стремление мужчины небольшого роста казаться повыше. Плотный корсет свидетельствует: стараюсь скрыть излишнюю полноту. Сверх того, в моей наплечной кобуре, приспособленной для элегантного автоматического пистолета, угнездился громоздкий смит-и-вессоновский "Магнум-357". Конечно, никто не станет ощупывать кобуру, но подумает: "Магнум" - не привычное его оружие".
Вот это все и называется "полировкой зеркала": выглядишь самим собой, а никто этому не поверит, ни один дурак. Именно на то и рассчитано. Раскованным шагом я направился в большую комнату, где меня ждала вся развеселая компания. Рауль напевал над кофейником с ароматным напитком, Джессика начиняла кремом эклеры (а ей уже пора начинять шприц). Сдвинув галстук на плечо, я расстегнул рубашку и приподнял бронежилет: мягкая, как шелк, эта вещица защитит мою грудь даже от пушки слона.
- Будет немного больно, - предупредила жена, протирая спиртом мой необычайно мускулистый торс - ну прямо как у агента "007".
- Но потом мне ведь дадут конфетку, а?
Джессика легко ввела иглу.
О-ох! Да-а... И это называется "немного больно"?..
- Дадут, детка, конечно, дадут. Если не будешь хныкать.
- Постараюсь... Охо-хо! Кто же это придумал? Нацистские военные преступники?
Но тут новокаин начал действовать - кожа занемела. Фу-у... так-то лучше. Джесс отступила в сторону, ко мне приблизилась Тина и принялась что-то рисовать у меня на груди. Черт, щекотно... Следующим подступил Рауль и кисточкой обвел нанесенные прелестной чародейкой контуры. Несмотря на новокаин, я чувствовал, как шипит моя кожа при соприкосновении с колдовским зельем... Прощай, летний загар!
- Шрам-то останется? - полюбопытствовал я, когда он наконец опустил бронежилет.
- Дорогой босс, надеюсь, что да. - Рауль вылил остатки зелья в раковину - эмаль тут же покоробилась.
Невольно я перестал застегиваться.
- Как это? Почему?
- "То ли еще будет, ой-ей-ей!" - ухмыльнулся маг, опуская кисточку в пустую банку, - клочок старой газеты на дне вспыхнул и превратился в пепел.
- Благодарю вас, мистер чародей.
Хорта отвесил низкий поклон, сложив ладони как факир:
- К вашим услугам, мой господин!
Проверив в последний раз "магнум", я склонил голову, и отец Донахью прочел надо мной молитву Потом я поднял брючину, и Джордж прикрепил мне к лодыжке еще одну кобуру. А Минди вручила целую пригоршню авторучек самолично зарядила их взрывчатым веществом - чтобы без всяких накладок. Тина насыпала в мои пижонские туфли какие-то порошки, в рот влила неведомое снадобье, а спину намазала лосьоном. В общем, ребята меня снарядили: чувствую - грудь горит, голова болит, какая-то слабость... Вот дрянь-то! Но чего не сделаешь ради Америки. А тут еще Джесс дала мне сильнодействующий аспирин и велела запить стаканом воды. Господи, как я люблю эту женщину!
Снабдив всю компанию подробными указаниями и получив от Джессики прощальный поцелуй, я вышел на улицу, поймал такси, доехал до деловой части города, приобрел там автомобиль и отважно двинулся в сторону хорошо известного штаба наших заклятых врагов. По дороге я на какой-то короткий миг опять задался вопросом: что же такое чертовски важное и серьезное имел в виду отец Донахью?
Из стратегических соображений я, как обычно, припарковался в добром квартале от усадьбы, прямо под старым дубом, в тени: густые, раскидистые ветви скрывали машину от света уличного фонаря - любая мелочь может оказаться спасительной.
Самым ярким пятном на этой улице оказался эффектно освещенный рекламный щит: "Здесь находится Главное управление "Братства тьмы". Мы некоммерческая благотворительная организация; всем нашим членам - равные возможности!" Дело в том, что для непосвященных "Братство" общепризнанная законная ассоциация, изучающая магию, парапсихологию и оккультные науки. Агенты ее - сама предусмотрительность: нигде не появляются без адвокатов, водят дружбу с репортерами и мало того что вечно окружают себя толпами добрых, мирных обывателей - грязный трюк, но всегда великолепно срабатывает, - но еще и прикрываются всякими благотворительными общественными объединениями. К примеру, база "Братства" в Канзас-Сити делит земельный участок с приютом для слепых и тренировочным центром для инвалидов. Оба эти заслуживающие всяческой поддержки учреждения и поддерживаются материально - трижды проклятыми деньгами "Братства". Оно, разумеется, вполне индифферентно к благополучию этих доверчивых людей - просто использует бедствия людские как ширму. Вот Бюро и не может, скажем, просто-напросто сбросить на усадьбу аэроплан с напалмом: ведь пострадают ни в чем не повинные очаги милосердия. Так что все продумано, причем в деталях.