Страница 11 из 22
В это самое мгновение, из вывернутой сумки главного экономиста вдруг выпал миниатюрный диктофон (по тем временам, вещь достаточно раритетная) и некая электрическая плата с микросхемой, применяемая в прослушивающих устройствах. Именно я, вчерашним вечером незаметно засунул данную штуковину в сумку главного экономиста.
Ближе к обеду, администрация фабрики, узким кругом приглашённых гостей позволила себе отпраздновать свою победу. То есть, поимку вражеского лазутчика, затесавшегося в рядах приличной фирмы. На данный фуршет был приглашён и я. Пили исключительно шампанское, коим щедро угощал Владимир Рихардович.
– Предлагаю выпить за виновника нынешнего торжества… – Шиловский первым взялся произнести тост. Как не странно, но был он произнесён в мою честь. – …За Сергея!.. За его бдительность!.. За его чувство ответственности!
С этого самого момента я был в центре внимания едва ли не на протяжении всего празднества. Чёрт побери, мне было приятно, когда меня дружески хлопали по плечу, предлагали выпить на брудершафт, предлагали выехать на совместную рыбалку или коллективное посещение элитной бани.
Пообщавшись в неформальной обстановке как с Шиловским, так и с Бахом, я нашёл их вполне нормальными мужиками. И вообще, мне было до того комфортно общаться с этими людьми, что я вдруг невольно почувствовал себя неотъемлемой частью данного коллектива.
Глава 10
Ну, а вечером ко мне в гости заглянула Ириной.
– Серёжа, какой ты всё-таки молодец!.. – заявила она едва ли не с порога. – …Ведь ты сделал это лишь ради меня.
– Нет-нет… – мне ничего не оставалось, кроме как продолжать гнуть свою линию. – …Я лишь исполнил свои служебные обязанности, разоблачил шпиона.
– Перестань. Какой на хрен, из Борисенко шпион? Ты сам-то в это веришь?
– Поверили многие.
– Многие её просто ненавидели, потому и проскочил твой обман, связанный с разоблачением. – Ирина была так же непреклонна.
– Ну, а кто ж, в таком случае, шпион? – задал я предельно провокационный вопрос.
– Да, хрен его знает… – пожала своими плечами Ирина.
«Слава Богу, хоть не я…» – подумалось мне в ту минуту. При этом я всерьёз призадумался о правильности своего выбора. То есть, стоило ли мне так примитивно и топорно «подставлять» столь крупную фигуру, которой и являлась главная экономистка фабрики, если в этот блеф не поверила даже Ирина.
Похоже, именно об этом и собирался поговорить со мной Сашка Соколов, в экстренном порядке назначивший мне встречу в своём излюбленном, малолюдном и малозаметном кафе.
Однако первым на той встрече заговорил именно я.
– По-моему, на какое-то время мне следует прекратить свою активную деятельность на майонезной фабрике Баха.
– Почему ты так решил?
– Не знаю, поймёшь ли меня, но с приходом на «Омичку» Шиловского, моя работа весьма осложнилась. Ключей под рукой, у меня более нет. Кроме того, начальник службы безопасности установил дополнительный пост в административном корпусе. Причём дежурят на нём лишь набранные им самим люди. Они так же, как и сам Шиловский, из бывших оперов. Таким палец в рот не клади.
Ну, и самое главное, если с фабрики по-прежнему продолжиться утечка информации, тогда какой был резон подставлять экономистку?.. По-моему, нам необходимо создать полную иллюзию того, что Шиловский повязал именно того, кто и был виновен во всех последних бедах компании. Потому мне и следует хоть на какое-то время затаиться.
– Эх, Серёга… – тяжело вздохнул Соколов. – …Допрыгался ты со своей тёлкой.
– А причём здесь Ирка? – я возмутился.
– Я же говорил тебе, не трогай экономистку. Баба она паскудная и крайне мстительная. Согласись, ведь именно из-за своей сучки, ты и решил нагадить мадам Борисенко. Иных причин я вовсе не вижу.
Уж лучше б ты нашёл, кого попроще. Хотя бы из той же охраны. Если б выгнали с фабрики пенсионера, никто бы особо не переживал. Да, и сам пенсионер не шибко-то и обозлился.
А экономист, это другой, брат, калибр. Причём самолюбие Марии Георгиевны было не просто задето, в буквальном смысле, оно было смешано с помоями. Причём теперь, именно она и знает, кто является на майонезной фабрике истинным «вражеским засланцем». Скажу больше, она активно начала под тебя копать, подключив серьёзные структуры. Короче, дела твои всё хуже и хуже.
– Что ж теперь делать?
– Делать ничего не надо. Пора снимать тебя с объекта и ставить на майонезной фабрике жирный крест. Поехали, я кое-что тебе покажу…
Мы вышли на улицу и сели в машину Соколова. Ехали довольно-таки долго, пересекли практически весь город и в конечном итоге подкатили к каким-то высоким металлическим воротам. После секундной паузы ворота открылись, и мы въехали на территорию некой базы.
– Если ты не в курсе, то на протяжении последних трёх месяцев этот комбинат является твоим основным местом работы… – усмехнулся Сашка, покидая салон автомобиля. – …Следуй за мной.
Соколов провёл меня вдоль стены основного корпуса, затем он плутал по каким-то витиеватым коридорам. В конце концов, мы очутились в огромном зале, по центру которого был установлен точно такой же аппарат, который я ранее видел на майонезной фабрике.
– Да-да. Именно здесь мы и производим свой майонез. Машины для производства соусом у нас практически идентичны.
– Но ведь проходить в цех без спецодежды. То есть, без белых халатов нельзя… – возмутился я.
– Сегодня можно… – усмехнулся в ответ Соколов. – …Примерно раз в месяц положено проводить санитарную обработку. Аппарат отключают, промывают, чистят и дают примерно сутки на проветривание. На это самое время производство полностью останавливается, рабочие получают выходной день. Сегодня именно такой день… – после чего, Сашка вплотную приблизился к аппарату и вновь обернулся ко мне. – …Обрати внимание вот на эти шланги.
– Санёк, к чему мне эта хрень?
– К тому, дружище. Что очень скоро тебе будет поручена очень важная миссия… – ответил мне, уже вовсе не Соколов.
Я оглянулся на посторонний голос и увидел высокого широкоплечего мужчину, примерно пятидесяти лет.
– Серёга, познакомься… – вновь заговорил Сашка. – …Наш директор. Николай Иванович.
Я протянул было руку для рукопожатия, да вовремя осёкся. Потому как понял, что руки он мне не подаст. Похоже, данный мужчина знал себе цену, а может, сейчас он её только и набивал. Причём, мне это было не слишком-то и приятно.
– Итак, Сергей… – как ни в чем, ни бывало, продолжил свой монолог Николай Иванович. – …Если в один из этих шлангов случайно попадёт мазут или иная нефтянка, то на протяжении долгого времени следы, запах или привкус этой самой химии будет присутствовать во всех продуктах, которые окажутся, выпущены на этом самом аппарате. Не буду вдаваться в особые подробности, какие последствия могут ожидать владельца «загрязнённого» агрегата, скажу лишь о том, что сам аппарат подлежит полной и немедленной ликвидации. А это огромные деньги. По сути, данный вердикт означает полную потерю бизнеса.
Так вот, дружище. Ты допустил ряд непоправимых оплошностей, которые привели нашу секретную операцию (по твоему внедрению на майонезную фабрику), фактически к провалу. Дабы твой «косяк» не втянул наш Комбинат в некую щекотливую ситуацию, нам, конечно же, следовало разорвать с тобой всякие связи и отношения. Однако учитывая ценность сведений, которые ты нам предоставил, я предпочёл оставить тебя на службе.
Отработаешь несколько вахт, выполнишь последнее задание, получишь хорошие премиальные, которых наверняка хватит на то, чтоб ты затаился, уехал, пропал, примерно на полгода потерялся из вида. После чего, ты наверняка нам вновь понадобишься. Ведь рано или поздно появится новый Бах…
– Осталось дело за малым. Посвятить меня в суть моего «последнего задания»… – усмехнулся я, остро почуяв, как меня пытаются втянуть в некую грязную авантюру.