Страница 1 из 11
Пролог
Не было в империи Индорг воителя известней чем сиятельный лорд Таурин. Потомок древнейшего рода, славный маг и великолепный стратег он пользовался благосклонностью самого императора. Иначе и быть не могло, ведь за годы бесконечных военных походов ему удалось в три раза расширить и так не малую территорию собственных земель, соответственно закрепив их за империей Индорг.
Когда у лорда Таурин родился сын, он стал первым помощником своего отца, учась военной науке и намереваясь когда-то продолжить его дело на благо империи. Отец всему сам обучал юного наследника, став для него незыблемым примером и авторитетом.
Пришло время, и наследник, сопровождавший отца во всех походах, достиг брачного возраста. Лорд Мердан Таурин был призван императором, который пожелал отблагодарить верного вассала, одновременно укрепив и свою власть кровной связью с одним из трех сильнейших родов империи.
— Подыскал я невесту твоему храбрецу, наслышан о его успехах в последних военных компаниях, — оставшись наедине с давним соратником первым делом сообщил император. — В знак моего расположения отдам за него младшую сестру моей супруги — леди Элаю. Как ты знаешь, наш союз с Флеей благословлен не одним наследником. Это именно то, что нужно вашему роду для дальнейшего процветания на благо империи.
В патриархальном мире империи разговоры о том, что происходит за дверями супружеской спальни считались недопустимыми. Но в данной беседе первое лицо империи позволило себе чуть пренебречь правилами хорошего тона и добропорядочными истинами, желая подчеркнуть несомненные достоинства выбранной невесты.
— Это честь для нас, — с должным почтением, не скрывая радости, откликнулся сиятельный лорд. — О том, чтобы женить Лоффи я и сам уже думал. Внуков хочу! Земли мои с востока граничат с майоратом Ардемалов. А это семейство всегда плетет интриги, ведя двойную игру. Случись беде, сразу приберут с таким трудом нажитое.
— Верно, — император нахмурился, — этот род не дает и мне покоя, замахиваясь на большее. Их нынешний глава имеет сильное влияние на Совет сиятельных лордов, и постоянно пытается склонить их принять законы, так или иначе потворствующие его интересам. Часто они идут в разрез с интересами империи. Оттого мне и моим потомкам нужна поддержка рода Таурин. Мы скрепим ее, породнившись.
Сиятельный лорд благодарно склонил голову, понимая, что после этого брака вознесется выше многих, войдя в близкий круг императора.
— Я и мои потомки всегда будут служить империи и интересам Вашей семьи, мой император! Мне же лишь хочется застать и самому воспитать внуков, как я воспитал сына. Оттого я вдвойне благодарен за Ваше своевременное решение и неизменную мудрость.
— Что ж, тогда дело слажено. Не будем затягивать со свадьбой!
Чаяниям лорда Турина сбыться было не суждено. На брачном пиру он подавился куриной косточкой. Так бесславно завершился жизненный путь великого воина и полководца. Но именно с этого печального события и началась история, изменившая судьбы многих.
Девять лет спустя
Ежегодно император, направляясь на большую имперскую охоту, останавливался на ночь в замке Таурин. Императрица каждый раз с нетерпением ожидала этой поездки, радуясь возможности повидаться с младшей сестрой.
— Эли, дорогая, мы давно с тобой не виделись, — обняла она леди Таурин, едва они остались одни.
— Милая Флея, я так рада нашей встрече.
Старшая сестра пристально всматривалась в лицо хозяйки замка, ища там ответы на свои вопросы. И увиденное ей не нравилось. Едва слуги исчезли за дверями, оставив для леди горячее питье и легкие закуски, она приступила к расспросам.
— Я замечаю, у тебя с каждым разом глазки все грустнее и грустнее. Понимаю, у нас не принято задавать вопросы о личной жизни, но я считаю себя немного ответственной за твое замужество. Ведь именно с моей легкой руки император его устроил. Поэтому прости, но я спрошу. Все ли у вас в порядке с твоим сиятельным лордом?
Кроткая и неизменно прекрасная леди Элая Таурин расстроенно прошептала.
— Я долго не решалась, Флея. Но годы идут, и я чувствую себя все глупее и глупее. Знаю, неприлично заводить такие разговоры, но я больше не могу. Я не знаю, что мне делать. Муж не желает ложиться со мной в постель. Мои ночи, ах, как холодны и одиноки.
Скомкав в руках платок, она прижала его к зардевшемуся от смущения лицу.
— Может быть, он не любит тебя?
— Вот уж нет. Я чувствую его любовь. Он ласкает меня взглядом, когда мы рядом. Дыхание его перехватывает как у юноши. Он заваливает меня подарками. Но как только я прикасаюсь к нему, он немедленно сбегает на войну под любым предлогом.
— Да уж, что бы это значило, — протянула императрица, искренне переживая за супружество сестры. — Хотя, погоди. Я, конечно, никогда бы не подумала, что сиятельный лорд Таурин может быть неловок в постели. Он производит впечатление настоящего мачо. Хотя внешность часто бывает обманчива. Но знаешь, есть способ помочь… Когда я стала императрицей, супруг мой был уже сильно в годах. И мне пришлось прибегнуть к маленьким женским хитростям. Если ты согласна, можешь испытать один проверенный способ на своем лорде?
— Я уже на все согласна, Фло, — с надеждой уставилась на нее Элая.
С неподобающей столь высокородной персоне проворностью императрица развернулась к своему личному ридикюлю размером с приличный такой вещевой мешок. Выудив из его недр нечто неприметное и маленькое, протянула леди Таурин.
— Тогда вот возьми эту маленькую штучку. Это магический стимулятор «Эрос». Положи потихоньку ему в постель. Лоффи испытает такой подъем… Прибежит, как миленький. Куда ж ему деться?
Благодарная Элая с трепетом приняла заветный дар, всматриваясь в безобидный сверток, что больше всего напоминал миниатюрную подушечку. Но сомневаться в словах сестры у нее повода не было. Оттого она впервые за многие годы испытала прилив надежды.
В то же вечер леди Таурин кралась по коридорам своего замка яко тать в ночи. Она чувствовала себя шестнадцатилетней девчонкой, украдкой спешащей на первое свидание. Сердце колотилось где-то в горле. Радостное предвкушение пьянило, кружило голову отчаянной надеждой. Скоро, уже скоро сбудутся самые смелые мечты.
Услышав издалека шаги гвардейцев лорда, она тихонько скользнула за портьеры. Переждала и на цыпочках припустила дальше. В спальне лорда было сумеречно. Элая пристроила Эрос между подушек и выскользнула обратно.
Ночью она не могла заснуть. Крутилась на постели, вскакивала от малейшего шороха, бегала по спальне, сгорая в огне нетерпения. Достойная леди вся пылала в ожидании своего лорда. И таки дождалась…
Посреди ночи раздался бешеный грохот.
Хрясь! Хрясь! Хлобысь!
Элая немедленно выскочила в коридор. Навстречу супруге несся лорд, прямо на ночную сорочку напяливая кольчугу. Вид у него при этом был еще тот — зенки стремились к носику, ротик торчал домиком.
«Что ж с ним в спальне то делали? Погладили… ломиком? — Успела подумать окрыленная зримым эффектом супруга. — Бешеный, прям бешеный. Как ж его разобрало-то? Ой, со всей дури в дверь врезался. Конечно, кто ж шлем то задом наперед надевает. О-о-о, больно же. Вот точно, если не сломал что-нибудь, так вывихнул»
Но эйфория быстро спала, ведь лорд Таурин промчался мимо.
Через пять минут горнист играл тревогу, а еще через двадцать кавалькада полуодетых рыцарей мчалась по дороге, отдаляясь от замка.
Не успела улечься пыль, поднятая копытами, как леди Элая впала в ужасную депрессию. Мысли одна ужаснее другой крутились в ее голове странным хороводом. Последней стало: интересно, бешенство заразно?
А Лоффи Таурин, ни на миг не сбавляя темпа и загнав несчастного коня, проскакал во главе кавалькады шесть часов до крепости Исмандил. Обычно этот путь занимал сутки. Но великий полководец, не раз смотревший в глаза смерти и не знавший сомнений, так и не смог остыть до конца.