Страница 61 из 130
Они вышли из магазина. Игорь бросил косой взгляд на злополучную парочку новых своих врагов, которая молчаливо подпирала стену неподалеку.
- Не называй меня "батюшкой", сын мой. - Ираклий улыбнулся. "Батюшка" - это лишь обычное обращение православных к своим священникам. Я не являюсь представителем православного христианства в ортодоксальном смысле этого слова. "Отец" - это слово более всеобъемлюще, оно не ставит тебя в зависимость от твоего наставника, оно только подчеркивает твое духовное родство с ним. Вне зависимости от твоих религиозных убеждений. А я привык считаться с убеждениями других.
- Хорошо... Отец... - Игорь кивнул. - Я просто хочу сказать, что мы с вами не в безопасности. Может быть, нам обратиться в милицию? Дело в том...
- Не объясняй, сын мой. Ты имеешь в виду тех двух негодяев? - Ираклий вытянул палец, открыто показывая на обидчиков Игоря. - Они понуждали тебя к краже. Они совершили, таким образом, насилие над твоей душой.
- Откуда вы знаете? - Игорь смотрел на человека открыв рот.
- Мне ведомо многое в этом мире. Ты и в самом деле не виноват, и греха на тебе нет. Жаль, конечно, что ты не смог сопротивляться злу в одиночку. Но один человек слаб. Негодяи сбиваются в стаи. В стадности - их сила. Что же мешает нам, приверженцам Добра, собраться в единую армию? Индивидуализм. ЭГО - вот что мы ставим превыше всего! Мы лелеем свою исключительность, тонем в душещипательном солипсизме, а ублюдки, варвары разрушают культуру, дух нации, пользуясь нашей беззащитностью! Зло должно быть наказано! Более того, сын мой, Зло должно быть убито! Истреблено до последнего своего зародыша! И лишь тогда спокойствие и гуманность воцарятся в мире людей!
Отец Ираклий говорил убежденно, спокойно, не повышая голоса. И в словах его чувствовалась такая твердая сила, что Игорь прямо-таки загорелся желанием немедленно найти эту неведомую Армию Добра, и вступить в нее, и сражаться до последней капли крови со всей мерзостью, что наполнила существование человеческое. Но в реальности пока происходило по-другому. Их было двое - слабый, не умеющий драться подросток, и мужчина, пускай жилистый, но хромой, против двоих накачанных парней, работающих кулаками, как молотобойцы.
- Как зовут тебя?
- Гоша. То есть Игорь.
- Не бойся, Игорь. Против любой силы есть сила. Пойдем.
Ираклий как будто нарочно выбрал путь мимо злополучной парочки. Шел с отрешенным видом. Наверное, суета греховной земной жизни не волновала его. И у Игоря на секунду появилась надежда, что парочка человекообразных шакалов отступится.
- Эй, ты, пацан! Куда намылился?
- Оставьте его в покое, - бросил через плечо Ираклий. - Это - человек не вашего круга. Воровать и блудить - не его удел.
- Что, что ты сказал?! - Швед взорвался. - Ты, хиппи чертов! Вали отсюдова на хрен, ты меня уже достал! Нам с этим шкетом перебазарить надо.
- Ай-ай-ай! - Ираклий покачал головой. - Как ты нехорошо разговариваешь! Я было хотел простить вас. В надежде на ваше раскаяние. Но теперь я вижу, что ошибался. Ты, парень, не подлежишь перевоспитанию. Таких, как ты, нужно просто изолировать от общества. Навсегда. Держать в железной клетке, ибо ты не заслуживаешь места среди людей.
- Слушай, Ирокез... - Витек оторвал свою спину от стены и выступил на шаг вперед. - Чего ты тут кипятишься? Ладно, забирай этого недоноска, если тебе такие мальчики нравятся. - Он похабно ухмыльнулся. - Но чтоб это было в последний раз! Ты бросай это дело - детишек тут отлавливать. Мозги им пудрить. Я, может, не самая большая шишка в этом районе. Но предупреждаю кое-кто из авторитетов тобой заинтересовался. Ты язык распускаешь не по делу, Ирокез. Мол, преступность и все такое. Не твоего ума это дело. Тебе что не живется спокойно? Ты в нашем омуте заканчивай шарить. Не ровен час, вторую ногу оторвать могут. А то и голову...
- Слышь, Витек, я засвечу ему? - Швед подпрыгивал от нетерпения. - Он ведь слов ни хрена не понимает. Давай подстрижем его, а? Чего он оброс тут, как поп?
- Отойди. - Ираклий отстранил Шведа, стоявшего на пути. Движение его было легким, но здоровенный парень не удержался на ногах и полетел на землю. Ираклий, не оглядываясь, заковылял своим путем.
- Стой, падла! - Игорь обернулся и похолодел от ужаса. Швед подлетел к Ираклию, в руке его сверкнул нож. Лицо отца Ираклия брезгливо скривилось, он молниеносно отклонился от лезвия и схватил Шведа за запястье, выкрутил его странным, почти неуловимым движением. Швед побледнел, застыл, не в силах пошевелиться от боли.
- Ладно, ладно, папаша, отпусти... Ой, блин, ты клешню мне щас сломаешь! Озверел, что ли? Ну отпусти, я ведь так, попугать хотел! Витек, ну скажи ему!
- Слышь, хромой, отпусти его! - Глаза Витька медленно наливались кровью. - Я шутить не люблю. Братву нашу трогать - это уже западло! Знаешь, что за это бывает?
- Воздаю тебе за грехи твои, отрок. - Ираклий резко дернул рукой, и запястье Шведа хрустнуло. Парень, с пронзительным визгом покатился по земле. Витек дернулся, но Ираклий вытянул руку, и он встал как вкопанный.
- Так хочется увидеть, как наступит Божье возмездие! - Ираклий недобро усмехнулся, и Игорю стало не по себе. - Но ты знаешь, Виктор, я все же человек, и потому нетерпелив. Я хочу увидеть воздаяние за грехи людей своими глазами. Грешен, грешен, конечно... Но если у Бога не доходят руки до таких, как вы, почему бы мне не помочь ему? Только страданием можно искупить грехи свои - слезами и кровью!!! - Он поднял руку, просторный рукав сполз, и Игорь увидел уродливые рубцы, скручивающие кожу предплечья, как веревки. - Тебе повезло больше, Витек. Я хром и не могу погнаться за тобой, чтобы отпустить и твои грехи тоже. Но если тебе не терпится получить взбучку, я - к твоим услугам. Не знаю, как там насчет твоих "авторитетов", но на пятерых таких, как ты, у меня сил хватит.
- Швед, заткнись! - Витек был явно перепуган. - Нечего тут верещать, я же сказал - Ирокеза не трогать! А с тобой, хромой, - он глянул на Ираклия с ненавистью, - мы еще разберемся. Сам я, конечно, не буду. Это не мое дело. Но ты кое-кому из серьезных людей дорогу перешел. Так что и без меня управятся. Ты уже на мушке. Понял? Катись.