Страница 15 из 23
– Но нет и доказательств того, что этого не может быть! – радостно воскликнул я.
Однако Звездочкин не склонен был разделять мой восторг:
– Так просто можно сказать про что угодно. Про того же бога, скажем…
– Вы, конечно, неверующий?
– Конечно. А вы?
– Конечно, тоже. Но в инопланетную жизнь не то чтобы могу поверить… Я бы скорее сказал, что в принципе готов к такому открытию человечества. И, наверно, не очень этому удивлюсь…
– Да? – хмыкнул Звездочкин. – А вот я очень удивлюсь. И по вам я вижу, что вам просто хочется в это поверить? Ведь так?
«Прямо в корень зрит», – почему-то с досадой подумал я. А сам продолжаю свое:
– Ну смотрите – вот те же иные измерения, которые, возможно, есть. Ну и почему бы не предположить, что представители суперразвитой цивилизации из другого измерения найдут способ проникнуть в наше измерение…
– Молодой человек, – поморщился Звездочкин, – это опять научная фантастика. Чувствую, вы любите такую литературу?
– Ничуть, – честно ответил я. – И вообще я почти такой же скептик, как вы, поверьте.
– Что-то не похоже, – недоверчиво отозвался Звездочкин.
«Вот черт, – думал я тем временем. – Это действительно сумасшествие с моей стороны. Когда я в тот раз с ним разговаривал, у нас никаких споров не было. Мы были абсолютные единомышленники. А теперь я действительно как будто заставляю себя во что-то такое поверить…»
– Вообще, конечно, еще много непознанного, – стал тем временем рассуждать астроном. – Черные дыры те же. Есть и такая теория, что они могут служить своеобразными каналами для преодоления громадных расстояний и промежутков времени… Но все-таки наиболее общепринятая версия гласит, что тот, кто попадет в черную дыру, обратно уже не вернется…
– Вот так же Остап Бендер говорил про заграницу, – вставил я.
– Да? – равнодушно переспросил Звездочкин. Видно было, что ему неинтересна не только научная фантастика, но и вообще вся художественная литература. – В общем, про другие измерения вы спросите у кого-нибудь другого. А я, как рядовой астроном, скажу вам просто. Не существует ни одного убедительного факта, говорящего о том, что где-то есть инопланетная жизнь – вообще хоть какая-то, а не то что разумная или тем паче суперцивилизационная. В доступном нам для, так сказать, контактов куске Вселенной разумной жизни нет точно. Но некоторым людям очень хочется в это верить – а некоторые из таких людей готовы на любые фальсификации, чтобы сделать желаемое действительным. Вернее – создать видимость того, что это возможно. Все как с религией – но, к счастью, не с такими последствиями. Я расцениваю обывательский интерес к инопланетянам как безобидную глупость – вроде чтения той же научной фантастики.
Что мне тут еще оставалось сказать?
– Спасибо за исчерпывающий ответ, – молвил я.
– Да пожалуйста, – вяло отвечал Звездочкин. Видно было, что он разочарован нашей сегодняшней беседой. Провожая меня до двери, он даже спросил: – А вы точно будете публиковать это, так сказать, интервью?
– Даже не знаю, – замялся я.
– Мой вам совет: не публикуйте, – астроном доверительно взял меня за рукав. – Не мусольте эту тему. У вас уважаемая газета – и прочитать в ней сегодня хоть что-то о летающих тарелках, даже опровержение, было бы очень странно.
Я сделал вид, что его совет кажется мне ценным, несколько раз быстро кивнул ему и вышел.
033
Вечером я вновь не спеша прогуливался вместе с Ю от ее дома до моего.
– Пока мы не оказались у тебя, – сказала моя возлюбленная, – и не наложили мораторий на посторонние разговоры…
– Потусторонние, – вставил я.
– Можно и так, – улыбнулась Ю. – В общем, пока мы можем поговорить о работе. О твоей или о моей.
– Да что о моей, – без энтузиазма отозвался я. – Давай уж лучше о твоей.
– А я вот как раз о твоей хотела, – настаивала Ю.
– Ну хорошо, – милостиво согласился я. – Что же тебя интересует?
– Мы вчера встретились в том дворе, – начала Ю, слегка поджимая губы. Я заметил, что она всегда так делает, когда приступает к каком-то деликатному разговору. – Ты же там был по работе, да?
– А я не говорил? – озадаченно хмыкнул я.
– Нет. В тот раз мы не успели. Слишком быстро дошли до твоей квартиры.
– Могла бы спросить на обратном пути.
– На обратном я уже была слишком расслабленной для таких разговоров.
– Я расцениваю это, как комплимент в мой адрес.
– Расценивай. Тем более что так оно и есть.
– Спасибо.
– Но не отвлекай меня. Сейчас я уже хочу об этом договорить.
– Мне кажется, я все-таки рассказывал, – недоверчиво пробурчал я. – Ну ладно, может, ты забыла… Позвонили, в общем, в редакцию. Сказали, что в тот двор прилетела летающая тарелка. Я пришел, а там – ты. Черт, у меня прямо дежавю! Мы же вчера об этом говорили!
– Разве? – засмеялась Ю.
– Я понял, – вздохнул я с облегчением и засмеялся ей в унисон. – Ты меня разыгрываешь.
Но Ю внезапно посерьезнела:
– Не совсем. Извини, но я тебя сейчас проверяла. Я ведь тебе все об этом вчера рассказала, а ты забыл.
Я почесал в затылке:
– Черт, действительно, как же я мог? Вспомнил, вспомнил! Ты говорила, что это была не тарелка, а аппарат для перемещения между измерениями!
– И как же ты мог об этом забыть? – укоризненно покачала головой Ю.
Я сам не понимал, что со мной. Возможно, меня сбил с толку визит к астроному. Но об этом я не хотел рассказывать Ю. У нее, впрочем, нашлось свое объяснение моему идиотскому приступу амнезии.
– Знаешь, что это доказывает? То, что ты мне не веришь ни на йоту. Настолько сильно не веришь, что даже не запоминаешь то, что я тебе рассказываю.
– Ю, ну что ты, я все прекрасно помню!
– Да, я только что в этом убедилась.
– Ну прости, я не знаю, что со мной… Мне почему-то очень не хотелось связывать эту историю с тобой. Ну я получил в редакции задание, приехал – а тут ты. И как-то все неожиданно. И я помню, что когда ты сказала, что именно ты прилетела в этот двор в субботу, то мне… мне…
– Тебе стало неприятно, – закончила догадливая Ю.
– Да! – невольно согласился с ней. – Не знаю почему, но вот так вот…
– Я знаю, – убежденно сказала Ю. – Я тебе просто нравлюсь.
– Конечно! Еще бы! Гораздо больше, чем просто нравишься!
– Я в этом не сомневаюсь, – кивнула Ю. – Но ты не можешь преодолеть себя и поверить в то, что я рассказываю. Ты предпочитаешь не обращать на мои, как у вас выражаются в таких случаях, россказни внимания. И даже твое подсознание успешно справляется с этим без твоего осознанного участия.
Я молчал и чувствовал себя виноватым. Что мне ответить на эти здравые и справедливые соображения – или даже обвинения? Что? Что?..
034
– Ю, ну прости, прости, – наконец заговорил я. – Пойми, ты мне настолько нравишься, что я… В общем, ты мне нравишься сама по себе, понимаешь? Мне неважно с какой-то планеты.
– Это ты хорошо сказал, – улыбнулась Ю. – Мне неважно с какой-то планеты… Здорово.
– Ну все, значит, ты меня простила? – обрадованно воскликнул я.
– Почти, – молвила Ю. – Я вот хотела еще спросить: ты уже выполнил это задание?
– Какое задание? – осекся я.
– Редакционное, – недоуменно посмотрела на меня Ю. – Ведь ты же написал статью о том, что произошло в том дворе?
– Нет, – сказал я, словно не понимая, к чему Ю клонит. – О чем там писать? Это очевидно какая-то глупость и… – Тут я посмотрел на девушку, и у меня словно дар речи пропал. Такой рассерженной я ее еще не видел.
– Ты меня просто поражаешь своим… не знаю чем… бесчувствием! – почти со злостью проговорила Ю. – Я тебе дважды рассказала про то, что там произошло, а ты по-прежнему не хочешь ни во что вникнуть и называешь это глупостью! Это просто несносно!
Я стукнул себя по лбу: