Страница 35 из 68
Можно было усомниться в том, что парень на самом деле жалел о своей неосведомленности, в остальном же, судя по всему, он говорил правду. Волей-неволей Хью принял его слова на веру и задумался.
- Так ты говоришь, их было двое братьев? Ну а сестры не было? Неужто нет никого, с кем бы ему захотелось повидаться в родных краях?
- Есть у меня тетушка, сэр, тоже одна-единственная. Семья-то наша невелика, отцу трудновато было управляться с хозяйством, когда его братец подался на легкие хлеба, пока не подрос я да двое моих братишек. Мы-то меж собою, слава Богу, ладим. Тетушка Элфрид была младшей. Она выскочила замуж, за бочара из Бригге, внебрачного сына какого-то нормандца,- чернявый такой коротышка, зовут Уолтер.
Эдрик поднял глаза на Берингара и подивился - с чего этот важный господин так развеселился. Парню невдомек было, что он сказал что-то неподобающее, хотя перед ним на костлявом, сером в яблоках жеребце восседал черноволосый и невысокий нормандский лорд.
- Они там и обосновались, в Бригге, у них и дети есть. Может, она что знает. К сестре-то своей дядя вроде неплохо относился.
- А больше никого родных нет?
- Больше никого, милорд,- Эдрик снова замялся, но, поколебавшись, добавил: - Я вроде слышал, что он был крестным у ее первенца. Крестника он, может, и любит, кто знает.
- Вполне возможно,- добродушно промолвил Берингар, вспомнив о собственном сынишке, с которым как с писаной торбой носились все домашние, включая его крестного отца - брата Кадфаэля.- Такое не редкость. Ну что ж, приятель, и на том спасибо. По крайней мере узнали, где еще можно спросить о твоем дяде.
Хью неторопливо повернул коня, с улыбкой бросил он через плечо Эдрику: "Доброго урожая!", присвистнул и пустил жеребца вскачь. Эскорт из двух сержантов последовал за ним.
Мастерская бочара Уолтера в Бригге находилась в узеньком переулке на склоне холма, в тени городской цитадели. На улицу выходил узкий фасад, сама же мастерская, словно пещера, была в углублении. Позади нее располагался открытый, освещенный солнцем двор, где пахло древесными стружками. Повсюду громоздились бочки, кадушки, ушаты, заготовки для них, штабеля досок, обручи - словом, все, что может сгодиться в бочарном промысле. За невысокой стеной крутой, поросший травой склон спускался к излучине Северна, такой же, как в Шрусбери. Река в этом месте была широкой, но из-за летней жары вода стояла низко, и то тут, то там обнажились песчаные отмели. Сейчас Северн выглядел мирным и сонным, зато во время осенних дождей пробуждался, превращаясь в бурный поток.
Оставив своих сержантов в проулке, Хью спешился и, пройдя сквозь темную мастерскую, вышел во двор. Веснушчатый паренек лет семнадцати, склонившись над бочонком, старательно забивал клепку. Другой парнишка, с виду года на два помладше, тщательно обстругивал длинные ивовые прутья, которыми кадушка оплетается для пущей прочности после того, как уже набит обруч. Был там и третий - мальчуган лет десяти, он деятельно сметал в кучу опилки и стружки и ссыпал их в мешки, чтобы потом сжечь. Похоже, что у Уолтера не было недостатка в подручных, и все они как на подбор были похожи друг на друга сразу видно, что братья. Их отец, смуглый, подвижный человек невысокого роста, завидя незнакомца, оторвался от работы и повернулся к нему. В руке он держал нож.
- Чем могу служить, сэр?
- Бог в помощь, достойный мастер,- промолвил Хью.- Я ищу некоего Адама Гериета, а ты, как мне известно, женат на его сестре. Я беседовал с ее племянником Эдриком, что живет в Харпекоте, но тот не знает, где может находиться Адам. Эдрик и направил меня сюда, сказал, что твоя женушка дружна с этим Адамом. Я буду весьма благодарен, если поможешь мне его отыскать.
В ответ последовало длительное молчание. Уолтер стоял, по-прежнему сжимая в руке кривой нож, которым зачищал планки, и внимательно разглядывал незваного гостя. В его ловких руках спорилась любая работа, но соображал бочар не очень-то быстро. Все три паренька тоже побросали свои дела и таращились на пришельца, как и их отец. Старший из них, если, конечно, Эдрик не ошибся, скорее всего и был крестником Адама.
- Сэр, - вымолвил наконец Уолтер, - я вас не знаю. Что вам за дело до родича моей жены?
- А ты и не можешь знать меня, Уолтер,- отозвался Хью доброжелательным тоном, - а зовут меня Хью Берингар, я шериф этого графства, и все мое дело к Адаму Гериету состоит в том, чтобы задать ему несколько вопросов. Я надеюсь, что он поможет мне прояснить одну историю трехлетней давности. А если ты поспособствуешь нашей с ним встрече, то окажешь этим услугу не только мне, но и ему.
Нельзя сказать, что у Уолтера не возникло никаких сомнений, однако он как добропорядочный и законопослушный горожанин, солидный цеховой мастер, имеющий к тому же семью, о которой надо заботиться, прекрасно понимал, что нужно очень хорошо подумать, прежде чем решиться утаить что-то от самого лорда шерифа. Некоторое время он в раздумье ворошил ногой опилки, которые не успел вымести его сынишка, а затем, собравшись с духом, заговорил, судя по всему, откровенно и чистосердечно.
- Ну что ж, милорд, вы появились как раз вовремя. Адам-то ведь несколько лет к нам не наведывался, понятное дело - служба. А нынче на юге вроде малость попритихло, вот он и отпросился на несколько дней проведать родню. Сейчас он в моем доме.
Заслышав эти слова, старший парнишка тихонько направился к двери, но отец остановил его, бесцеремонно ухватив за рукав, и кинул на сына такой взгляд, что тот застыл на месте как вкопанный.
- Это мой старший,- простодушно пояснил Уолтер шерифу, подталкивая паренька вперед, - он крестник Адама и назван в его честь.
- А ну, сынок, - обратился бочар к пареньку, - проводи лорда шерифа в комнату. Я и сам сейчас приду, только опилки отряхну.
У юного Адама это распоряжение явно не вызвало восторга, но парнишка повиновался, то ли опасаясь, что иначе получит взбучку, то ли признавая, что отцу в конце концов виднее.
С угрюмой миной на веснушчатой физиономии он провел Берингара в большую комнату, служившую одновременно и столовой, и спальней для старших членов семьи.