Страница 61 из 61
Малышка словно вложила свою крошечную ручку в грудь Джудит и сжала ее сердце, столько лет тосковавшее без ребенка. Джудит, глаза которой наполнились слезами, наклонилась, и они поцеловались. Губки девочки были мягкими, прохладными, душистыми. Пока они шли через город, розу несла она, и аромат цветка все еще витал над ребенком. Малышка молчала, она с интересом разглядывала обстановку и незнакомую женщину. Болтать она станет позже, когда они познакомятся поближе.
- Имя ей дал отец Адам, - сказал Найалл, глядя на дочку с грустной улыбкой. - Имя необычное - ее зовут Розальба*. [ Rosalba - белая роза, alba - белый (лат.)]
- Завидую вам! - повторила Джудит однажды уже сказанные ею слова.
Снова ими овладела странная скованность, слова не шли с языка. Найалл взял дочку за руку и отвел к двери, за полосу света. Джудит осталась стоять на месте, прижимая к груди сверкавшую на солнце розу. Вторая маленькая Белая Роза подпрыгнула разок, потом обернулась и через плечо улыбнулась, как бы на прощание.
- Ладно, цыпленок, пошли домой. Наше поручение мы выполнили.
Сейчас они уйдут, оба, и не будет больше роз на старом кусте, и не надо будет приносить плату за ренту в день перенесения мощей святой Уинифред. Если они сейчас уйдут, наверное, уже больше никогда не повторится эта минута, никогда они не окажутся втроем в одной комнате. Мастер уже дошел до двери, как вдруг услышал:
- Найалл...
Его бросило в жар, он обернулся и увидел освещенную солнцем Джудит, лицо которой стало белым и раскрывшимся, как цветок розы, который она держала в руках.
- Найалл, не уходите! - Джудит нашла наконец слова, нужные слова, и вовремя произнесла их. Она повторила то, что сказала ему глухой ночью подле ворот обители у Брода Годрика: - Не оставляйте меня!