Страница 3 из 16
— Мистер Кори Робус, — зачитала секретарь фамилию из списка.
Мой однокурсник, худощавый, похожий на жердь парень, с которым за годы учебы мы часто общались, курс-то маленький, услышав свое имя, прижал руки к груди как в молитве и шагнул вперед.
Миссис Краудер взволнованно откашлялась.
— Вы подтвердили усиление ментальных способностей до третьего уровня, поздравляю. По закону о развитии человеческих талантов мы сообщили о вас в образовательные учреждения более высокого уровня для продолжения обучения. Мистер Кори, — ее голос дрогнул. Седой пучок закачался на полувыпавшей шпильке. Маленькие голубые глаза увлажнились. Секретарь факультета была доброй женщиной и переживала за нас как за родных. — Вам необычайно повезло, в академии Зеленого дома осталось ровно одно место и наш декан успел замолвить словечко. Дорогой Кори, да будет к вам и дальше благосклонна судьба!
Парень покачнулся. Чуть не упал под впечатлением от рухнувшей на него удачи.
— Мистер Робус, — один из элегантных длинноволосых молодых людей плавно приблизился к нему и подхватил под локоть. — Ваша сила растет и нуждается в профессиональной огранке. Если будете стараться, станете одним из самых уважаемых граждан, а пока — мы отвезем вас домой, поможем заполнить документы и ответим на все вопросы.
— Без распределения?
Счастливчик был явно не в себе и никак не мог поверить в происходящее.
— Без всякого распределения. Абсолютно! Вы едете учиться дальше и скоро будете жить на территории Зеленого Дома.
От эмоций Робуса затопило коридор. Даже самые непробиваемые из нас почувствовали потоки чистого, ясного, кружащего голову счастья.
Коридор заполнился поздравлениями и криками восторга. Я тоже пробормотала пару теплых приличествующих случаю слов — если человек мечтал о доминионах, пусть его желания сбываются. Не так часто можно увидеть исполнение мечты.
— Везу-унчик, — простонала блондинка рядом со мной. Второй служитель Зеленого Дома мазнул по ней взглядом, поднял бровь и отвернулся.
Говорят, работающие в доминионах люди перенимают привычки своих хозяев, а фейри в любовных делах славились, как бы это сказать помягче, экзотическими вкусами. Простые люди вроде нас особого интереса для них не представляли.
Моя бабушка Эннет, женщина современная, с фантазией, по вечерам за бокальчиком красного не чуждая мечтательных умозаключений, как-то предположила, что сидхе, они же — высшие фейри Домов, предпочитают особенных личностей, необычных. Поэтому и разрешают людям с сильными талантами попасть в доминионы.
По мне так не понятно, что за радость быть чьей-то игрушкой?
Но однокурсница, стоящая рядом, явно расстроилась, чуть не со слезами глядя на удаляющиеся спины нашего бывшего однокурсника и двух его сопровождающих.
— Почему он?! Почему талант развился у этого прыщавого дрыща?
Неслышным продолжением звучало: «Почему не у такой умницы и красавицы как я?».
— А мы начинаем распределение, — прервала всеобщее потрясение пришедшая в себя миссис Краудер, — первой ждем…так-так, — она провела пальцем по листу со списком, — Евангелина, вы, детка, по оценкам лучшая. Через пять минут можете заходить в кабинет. Ждем.
И скрылась за дверью, неслышно ее прикрыв.
Я перевела взгляд на Алекса. И внезапно покраснела, вспомнив что вчера думала о нем в темноте.
— Все-таки волнуешься, — среагировал друг. — Ладно, не буду тебя отвлекать, спишемся вечером по коммуникатору. Меня брат внизу дожидается, так что давай обнимемся и побегу.
Брат, мать его… Брат!
Я спешно, как попало возводила щиты.
Перед комиссией нужно предстать невозмутимой выпускницей-менталисткой, способной контролировать простые эмоции. И переживательности во мне должно быть не больше, чем во вкопанном бордюре у дороги, но вместо спокойствия у дверей Комиссии я позорно полыхаю ушами и тщетно пытаюсь скрыть смущение.
Вчера так и не смогла признаться Алексу, что побывала у него дома. Написала в ночь сообщение, дескать, все нормально, я понимаю, встретимся в следующий раз. А сама почти всю ночь мучалась бессонницей, подрываясь каждый час попить воды и напряженно выглядывала на улицу сквозь щелочки в шторах.
Девушка, которая по собственной воле открыто предложила себя оборотню, может остановить происходящее только в одном случае. Если УЖЕ состоит с кем-то в отношениях. В этом случае попытку соблазнить двуликого списывали на влияние его животных феромонов. Ну увлеклась глупенькая, поддалась неотразимому притяжению, пообещала сгоряча секс и только потом вспомнила, ах, о такой малости как наличие жениха. В общем — успела осознать масштаб бедствия и нижайше просит прощения.
Даже если оборотень дал согласие и рассчитывал на приятное времяпровождение, он отпустит дурочку, постарается справиться с инстинктами.
Человеческих самок пруд пруди, многие мечтают понравиться сильному самцу. Пусть чья-то невеста уходит и потом всю жизнь кусает локти из-за упущенного шанса.
Но! Если ОДИНОКАЯ девушка флиртовала, будила звериные потребности и довела двуликого до откровенного интереса — шансов пойти на попятную у нее практически нет. В этом случае закон был полностью на стороне оборотня и не преследовал за любые последствия, включая изнасилование.
А что? Оборотни же. Сильные мира сего.
Именно им, фейри, занятые своими делами и не вмешивающиеся в мирскую суету, поручили приглядывать за людьми, защищать и наставлять на путь истинный. Ну и иногда улучшать породу.
Поэтому наши детские встречи с Алексом не поощрялись его отцом. Слишком разные статусы. Уважаемый мистер Максимильян Фаворра не был сторонником новомодных течений, всех этих слоганов «Человек — друг оборотня» и закона о совместном школьном образовании. Насколько я знаю, он предпочитал общаться только с сородичами, возглавлял медицинскую корпорацию, редко бывал дома и надеялся, что младший сын пойдет по его стопам.
Вместо того, чтобы готовиться к встрече с комиссией, я прижалась к оконному стеклу, пытаясь увидеть ушедшего Алекса.
Он сказал, что его ждет брат. Тот самый, который давным-давно уехал из семьи, кажется, на военную службу. Тот самый, который…
Из дверей нашего корпуса вышел Алекс и зашагал через улицу, улыбаясь и оглядываясь на хорошеньких, пробегающих по двору студенток. Путь он держал к черному спортивному авто, ничем не примечательному среди эффектных машин работодателей.
Я напряглась, пытаясь рассмотреть сидевшего за рулем, но получилось даже лучше. Дверца открылась и водитель гибким единым движением, как могут только оборотни, вышел наружу.
Темные волосы, а не каштановая шевелюра как у Алекса. На широкой шее пряди переходили в легкие, едва намеченные завитки.
Четкие, несколько резкие черты лица и массивный надменный подбородок. Молодой мужчина, но возраст определить трудно на таком расстоянии, не знаю, решусь ли я спросить об этом у Алекса.
Темноволосый повел головой, сканируя университетский двор. Поднял руку и кончиками пальцев поманил двух сидящих на лавочке и смотрящих на него во все глаза девушек. Не помню их, скорее всего не с нашего факультета.
Те, даже не переглядываясь, одновременно вспорхнули и поспешили к оборотню. Рассмеялись неизвестной шутке, преданно подняв головы, как цветы, открытые солнцу. Тот ленивым движением приобнял их за плечи. Хозяин жизни.
Через минуту авто выезжало из ворот, увозя с собой братьев и двух их новых знакомых девушек.
Нет, не буду ничего спрашивать у Алекса.
Кровавый ад! Если старший поинтересуется у младшего к кому они только что приезжали… И мой друг расскажет о вчерашней неудачной попытке встретиться… Как же я влипла!
Глава 3. О том, как наши желания расходятся с возможностями или куда послала меня Комиссия
Несмотря на то, что меня назвали первой по списку, у двери понемногу концентрировался весь наш поток, полный энтузиазма и готовый не покладая рук работать во благо отечества прямо с сегодняшнего дня.