Страница 55 из 62
- Время, время, - напомнил Свиридов, - времени у нас мало.
Стоило прозвучать этим словам, как дверь распахнулась и вбежал взмыленный лейтенант из роты связи. При виде большого количества старших офицеров он спохватился, оправился и промаршировал к Свиридову:
- Разрешите обратит...
- Обращайся, - нетерпеливо перебил его комполка, почуявший неладное.
- Только что поступила телефонограмма от майора Громова. Майор Громов утверждает, что база противника находится на северном побережье мыса Святой Нос, точные координаты прилагаются.
Заслышав эту новость, Лукашевич возликовал:
Костя жив, и, значит, теперь всё будет хорошо. Но его радость была преждевременной.
- И еще,- продолжил докладывать лейтенант, - с локатора только что сообщили: цели, много целей! Идут курсом сто восемьдесят. Удаление - триста. Высота - девятнадцать.
Арестованный начальник штаба захохотал, чем привлек всеобщее внимание.
- Это ваши? - дернулся к нему Свиридов.
- Звездец вашей лавочке! - выдавил предатель сквозь смех.
- Ax ты, гнида! - Свиридов шагнул к начальнику штаба с намерением отвесить ему оплеуху, но вовремя остановился.
Элементарный расчет показывал, что времени до начала бомбометания у военнослужащих авиаполка "Заполярье" почти не осталось.
- Летающие офицеры, за мной! - гаркнул он. - По машинам!
* * *
Уходить в бой на чужой машине - не лучшая идея. Даже если это знакомый и объезженный "МиГ-23". Однако свою собственную машину Лукашевич потерял и был рад тому, что ему досталось.
Взлетал он одним из последних, в составе наскоро сформированного третьего звена. На аэродром уже падали бомбы, и любая из них, угодив на полосу, могла отрезать его от неба. Но обошлось, и, взлетев на форсаже, Алексей быстро набрал высоту.
Целей было шесть. И все идентифицированы как "МиГ-25РБ", разведчик-бомбардировщик. Когда пилоты бомбардировщиков засекли взлет сразу трех звеньев истребителей, они попытались уйти на предельную высоту, но сделать это, когда за тобой гонится "Су-27" или "МиГ-29", не так-то просто, и им пришлось принять бой.
Эфир мгновенно заполнился переговорами пилотов и штурманов наведения:
- База, говорит триста двадцать седьмой, захожу на цель номер два. Ракеты к пуску готовы!
- Триста двадцать седьмой, пускайте. Сбивай эту сволочь, Максим!
- База, здесь четыреста двадцать пятый, цель пять пытается оторваться.
- Четыреста двадцать девятый, я возьму пятую на себя.
- Это кто там берет на себя?
- Это я, Андрей.
- А, тогда бери!
- База, атакован целью один! Выпущены РМД[38]... А, блядь, задело! Горю, мужики! Катапультируюсь!
- База, говорит сто двадцать девятый, принимаю первую цель на себя.
- Легкой славы, Гриша, захотелось?
- База, говорит триста двадцать седьмой, цель номер два уничтожена!
- Максим, с тебя причитается!..
Несмотря на то что пришлось лететь на чужой машине, Лукашевич был настроен на бой, но оказалось, что в бою-то ему как раз и не придется участвовать. На подвеске "МиГа" обнаружились только две ракеты "Х-23", предназначенные для работы по наземным целям. Пришлось приглушить раж и уйти в сторонку, не мешая воевать тем, у кого есть для этого соответствующее вооружение.
Долго ждать не пришлось. Весь бой над Оленегорском занял не более трех минут. Все шесть бомбардировщиков противника были уничтожены. Потери авиаполка составили два истребителя: один "МиГ-29" был сбит ракетами малой дальности, один "Су-27" случайно попал под огонь из пушки своего сослуживца, получил сильные повреждения, но сел на аэродром почти без проблем.
"Бой как в тире, - скажет потом Александр Свиридов. - Даже неинтересно".
Однако это был еще не конец.
(Мыс Святой Нос, декабрь 1998 года)
За колпаком фонаря было хоть глаз выколи. Даже северного сияния сегодня не наблюдалось. Двенадцать минут полета в полной темноте, когда стремительное движение ощущается лишь селезенкой и более ничем. В ходе этого короткого перелета оставшиеся истребители (полтора звена) перегруппировались. Ведущим шел сам Свиридов, он и осуществлял наводку на цель.
- Ребята, приготовились, заходим в зону бомбометания. Снижаемся... Вы видите ее?! Вы видите ее?!
Лукашевич напряг зрение, и вдруг сквозь сплошную темень проступила цепочка ярких желтых огней. Это ВПП, а вот там должен быть командно-диспетчерский пункт. Пока глаза вглядывались, руки сами делали то, что положено. Звуковой сигнал оповестил Лукашевича о том, что захват цели осуществлен.
- Пли, - шепнул он сам себе.
Истребитель ощутимо тряхнуло, и ракеты ушли вниз. Там немедленно вспухли огненные шары взрывов. И еще один самолет, и еще один, и еще один, и еще... Просто море огня.
Никто из пилотов не мог видеть, как от прямого попадания ракет "воздух-поверхность" проседает и рушится крыша бетонного бункера, как складывается, подобно карточному домику, вышка КДП, как горят машины вспомогательных служб, которые обслуживающий персонал так и не успел загнать в подземные гаражи, как сам обслуживающий персонал мечется в поисках укрытия, но не находит его. Таков был бесславный конец базы на Святом Носу.
- А вот и крейсер, ребята! - с азартом сообщил Свиридов.- Пытается, между прочим, уйти. Хватает еще силенок? Тогда берем и его!
(Баренцево море, декабрь 1998 года)
Ракетный крейсер "ал-Бурак" (некогда называвшийся "Адмирал Владимирский") был спущен на воду в 1968 году. Он принадлежал к серии кораблей "Крест-1", всего было построено четыре крейсера подобного типа. Как и любой другой ракетный крейсер, "ал-Бурак" был предназначен прежде всего для борьбы с военно-морскими силами противника. Кроме того, любой хорошо оснащенный военный корабль в сегодняшнем мире есть фактор политического воздействия. Новые владельцы крейсера это хорошо понимали, собираясь посредством "ал-Бурака" заявить о своих претензиях на участие в делах всего мира.
Они не понимали только одного: что в бою против современной авиации старому крейсеру устоять, мягко говоря, тяжеловато. Из всего зенитного вооружения, которым был когда-то оснащен "Адмирал Владимирский", в наследство "ал-Бураку" достались только две спаренные башни для четырех 57-миллиметровых орудий, расположенных на крыше надстройки за дымовой трубой. Что это против ракет с самонаведением? Даже не смешно.