Страница 40 из 92
- Пару раз уроним и водкой зальём, - предложил Улитин.
До Лысого Геры дошло, что речь идёт о его скромной персоне, и он похолодел.
- А водка есть?
- Купим. Вон "Двадцать четыре часа". Схожу и куплю "мерзавчик".
- Давай, - сказал Пирогов.
Улитин зашагал к магазину. А Пирогов тем временем развернулся и двумя сильными продуманными ударами сбил Геру с ног. Тот рухнул на пыльный асфальт, подвывая от боли.
- Молчи, урод! - рявкнул Пирогов. - Иначе забью.
Гера умолк, подтянул ноги и прикрыл руками пах. Людей вокруг не было, помощи просить не у кого - действительно возьмёт и забьёт.
Пирогов ещё немного попинал его, вымарав в пыли хороший летний костюм, а через не-которое время явился Улитин с "мерзавчиком".
- Чьё производство? - поинтересовался Пирогов, взял у него бутылку. А-а, "Ветро-горский разлив". Редкостная дрянь! Ничего получше не было?
- Мы же её пить не собираемся, - резонно заметил Улитин.
- И то верно, - согласился Пирогов.
Он одним движением пальцев сдёрнул крышку, перевернул бутылку и вылил её содер-жимое на Лысого Геру. Тот затрясся, но не издал ни звука.
- Теперь вполне, - резюмировал Пирогов, ещё раз критически оглядев Стрельцова. - Ну что, повели?
- Повели.
Они подхватили Лысого Геру под руки и чуть ли не волоком потащили его ко входу в чет-вёртое отделение. Лысый Гера не упирался: он надеялся, что упомянутый выше "Ривкович" окажется не просто занудой, а занудой со стажем, занудой профессиональной - в таком чело-веке Гера видел своё спасение.
Они с трудом протиснулись в узкую дверь под скособоченной вывеской и оказались в душноватом полумраке самого маленького отделения милиции города Ветрогорска. За стойкой с двумя телефонами сидел дежурный офицер в звании лейтенанта и азартно разгадывал кроссворд. Ещё один подрёмывал на стуле у "аквариума", роль которого в четвёртом отделе-нии играла клетка - три на три по периметру, из стальных вертикально поставленных прутьев.
- Что, мужики, отдыхаем? - весело осведомился Пирогов прямо с порога. - А у вас тут на улице разгул преступности. Прямо как в Чикаго.
- О-о! - восхищённо заорал тот, что с кроссвордом - молодой и чернявый. - Чи-ка-го! А я думаю, что это за город в Северной Америке из шести букв, третья - "К"?
Тот, что сидел у "аквариума", зашевелился.
- Какой разгул? - агрессивно переспросил он. - Никакого разгула.
Этот в отличие от дежурного был уже в возрасте и потому, наверное, казался медли-тельным. Лысый Гера по первой его фразе понял, что это и есть знаменитый "зануда" Ривко-вич.
Ривкович встал, одел фуражку и неторопливо вразвалку пошёл навстречу неожиданным гостям.
- Вот вам клиент, - продолжал гнуть свою линию Пирогов, выталкивая Лысого Геру на шаг вперёд.
- В чём обвиняется? - дежурный аккуратно сложил газету с кроссвордом и потянулся к журналу регистраций.
- Находясь в нетрезвом состоянии этот гражданин буянил, приставал к прохожим, а при попытке его задержания оказал сопротивление, - отчеканил Пирогов. - Мы были вынуждены применить силу.
Ривкович подошёл почти вплотную, остановился, смерил Лысого Геру мутноватым тяжё-лым взглядом. Потом повернулся к Пирогову:
- Здравствуй, Николай.
- Здравствуй, Степан.
- Всё балуешь?
- Помаленьку.
- Почему на моём участке?
- Так мне везёт, - Пирогов притворно вздохнул.
- Значит, говоришь, дебоширил? Значит, говоришь, оказывал сопротивление? - Ривко-вич покачал головой.
- Говорю. Дебоширил и оказывал, - подтвердил показания Пирогов.
- Сволочи вы всё-таки, - заявил Ривкович. - Хоть бы дали ему высохнуть сначала, - он развернулся на каблуках и направился к своему стулу.
- Документы у него имеются? - спросил дежурный, что-то записывая в журнале.
- Никак нет, - отозвался Пирогов. - Мы проверили.
- Пойдёт на выяснение личности?
- Пожалуй.
Лысый Гера понял, что у него есть шанс.
- Зачем же выяснять мою личность? - сказал он громко. - Моя фамилия Стрель-цов. Герасим Николаевич Стрельцов. Я кандидат технических наук; в настоящий момент зани-маюсь коммерцией, руковожу торгово-закупочной фирмой. И я трезв.
Даже удивительно, что Пирогов позволил ему сказать так много. Но когда Лысый Гера за-кончил, капитан улыбнулся и ударил его наотмашь по лицу. Разбил Гере губу. Дежурный за стойкой хихикнул, а Ривкович, казалось, снова задремал на своём стуле, не обращая на проис-ходящее никакого внимания.
"Господи, да они все заодно", - дошло наконец до Геры.
- Дебошир и пьяница, однозначно, - подытожил дежурный. - Рапорт кто будет писать?
- Я напишу, - сказал молчавший до того Улитин и подошёл к стойке. Ручка есть?
- Найдётся.
- Иди давай, - Пирогов подтолкнул Геру к "аквариуму".
И Гера пошёл. У двери в импровизированную камеру они остановились. На двери висел замок солидных размеров, и Пирогов спросил в пространство:
- У кого ключ?
- Ну, допустим, у меня есть, - отозвался Ривкович, не размыкая век.
- Давай, - потребовал Пирогов, протягивая руку.
- А что мне за это будет?
- Лучше спроси, чего тебе за это не будет.
Ривкович зевнул.
- Ладно тебе, Степан, - сказал Пирогов миролюбиво, - свои люди сочтёмся.
Ривкович бросил Пирогову ключ; тот ловко поймал его на лету и открыл клетку:
- Прошу, наш неопознанный друг!
Ривкович внезапно встал и заявил, по-прежнему не глядя на Пирогова:
- Пойду - прогуляюсь. Присмотрю за разгулом преступности.
- Иди-иди, - сказал Пирогов. - Разомнись.
Ривкович вышел, Пирогов запер Лысого Геру в "аквариуме", а Улитин заспорил с дежур-ным о том, как правильно пишется оборот "во избежание". Всё это казалось таким простым, будничным - постороннему наблюдателю и в голову не придёт, что здесь на полном серьёзе решается вопрос жизни и смерти. Лысый Гера на секунду зажмурился и потряс головой.
- Теперь поговорим, - сказал Пирогов.
Он оседлал стул, на котором минуту назад подрёмывал Ривкович, положил руки на спин-ку. Лысый Гера, стоя по ту сторону решётки, с ненавистью смотрел на него.
- Я буду жаловаться, - сказал Гера.
- Жалуйся, - сказал Пирогов и закурил.