Страница 13 из 21
– Ты будешь смотреть? Или помогать переодеваться?
– Тебя не поторопишь – еще полжизни готовиться будешь, словно это не моя, а твоя свадьба!
Строго говоря, о свадьбе речи не идет, но слова сестры шевельнули ревность. Крейн не мой. Но как запретить сердцу надеяться на взаимность?
– Я быстро. Обещаю!
Сестра нехотя вышла. Точнее – выскочила, сразу, как только я бесцеремонно распахнула полотенце, демонстрируя щедрость природы. Эту бы щедрость да в красивый корсет! Но вместо этого я затянула поясок на скромном платье, стискивающем грудь, но подчеркивающем талию.
Пользуясь передышкой, заглянула в ридикюль – узнать о подарке кормилицы. Им оказался резной ключик с красным камушком в основании и замысловатыми завитушками вокруг него. То ли причудливая подвеска, то ли открывает какой-нибудь тайник – непонятно. Я повесила ключик на шейную веревочку, рядом со знаком Пресветлой, и занялась волосами.
Пальцы выверенными движениями заплели косы, подкололи заметно укороченную шевелюру кверху. Подколола прядки над висками заколками, с грустью вспоминая об утерянном зажиме. Маленькие заколки, украшенные незабудками с гравировкой инициалов «Э. ла Ф.» – подарок отца из столицы. Мне было десять, когда он привез их в желтой бархатной коробочке. Четыре новеньких сияющих заколки. Первую я потеряла в тот же день и горько плакала, дав отцу обещание сохранить остальные.
И вот, спустя столько лет все же потеряла…
Щелчок, еще один. Две незабудки под цвет моих глаз. Таких же голубых, как у отца.
Его высочество Крейн Алварес ит’д Регард
– Ваше королевское высочество, – генерал Сайтон, уважаемый отцом за боевые заслуги, поклонился, едва не ударившись лысиной о пол. Небрежно махнул ладонью, заставляя мужчину подняться. Ненавижу эти расшаркивания! – Вынужден с опаской и прискорбием сообщить, что постовые доложили о семи прорывах. Мы, ничтожнейшие и недостойные, смогли выяснить, что четыре только отвлекали внимание – через них из-за нашей вопиющей некомпетентности и бездарности смогли пробиться две дюжины мелких бесов. Пока стражники бились с ними, мы, недостойные вашей блистательности и вашего снисхождения, пропустили три основных вторжения.
Нервно накинул на плечи белоснежный камзол, расшитый золотыми нитями. Перекинул через плечо алую ленту. Положена фиолетовая, но под знаком алых небес хотелось привлечь внимание Пресветлой.
– Разумеется, ваше высочество способно распознать архидемонов, даже вселившихся в людей, и мы бы были крайне благодарны, если бы ваши великолепные умения вы бы соизволили бы направить…
Нервно потер переносицу и не выдержал.
– Генерал Сайтон, смысл просьбы теряется в дебрях вашего словоблудия!
– Простите? – он метнул испуганный взгляд на Галарда, а тот за словом в карман не полез.
– Его высочество просит достать язык из его задницы, и повторить вашу просьбу человеческими словами.
– Спасибо, Галард.
Генерал Сайтон побледнел. Трясущимися руками вынул из кармана сюртука платок, вытер им лысину и, смяв несчастную тряпицу, спрятал обратно.
– Эм… я… если вашему… то есть… кхе-кхе.
И это блестящий муж, достойнейший представитель армии? Смею надеяться, мечом он владеет лучше, чем языком.
– Нам требуется помощь, – наконец, выдавил он.
– Неплохое начало.
– Мы нейтрализовали четыре отряда бесов, но их господ догнать не удалось. Часть бесов прорвалась вместе с демонами.
Поджал губы, зачесывая волосы набок. Мне бы на передовую, а не прихорашиваться для ужина с толпой девиц, которые не то, что меч держать не умеют, себя еле держат в руках. Мне доложили о семи скандалах между участницами, один из которых закончился мордобоем. Фингал леди Иралии залечили, но сам факт…
– Вы опасаетесь, что они уведут за грань кого-то из невест?
– Они чувствуют, что король слаб и не представляет интереса. Есть все основания полагать, что они выдвинулись сюда.
Я догадывался, что произойдет нечто подобное. И очень кстати, что говорящий лес ожил. При появлении демонов он среагирует первым.
– Хорошо. Я заступлю в ночной патруль. Галард, пошли к артефактору, пусть заговорит кольца для девушек, чей уровень магии выше девятого. Прямо сейчас. Демоны не станут размениваться на слабых. Их цель – самая сильная.
– Леди Арана Камалейская, – подтвердил генерал Сайтон. – Судя по предварительному тесту, у нее пятнадцать лент. Мы удвоили охрану возле ее покоев.
Усмехнулся. Хоть бы один демон зашел через двери, постучавшись.
– Пусть кольца подготовят как можно скорей!
Галард щелкнул каблуками, склонил голову, уронив на лоб длинные черные пряди и вышел.
– Итак, генерал Сайтон. Что вы там говорили про патруль? – вздохнул, затягивая алый шейный платок.
Мужчина снова что-то бубнил, то проглатывая слова, то пускаясь в восхваление моих многочисленных достоинств.
Сначала я слушал, но скоро мысли уплыли далеко. В лес, к той смешной девчонке, рядом с которой я вновь почувствовал себя живым и… обычным! Это давно забытое чувство из раннего детства, когда живешь, не думая о завтрашнем дне, и просто знаешь, что все будет хорошо! Без демонов. Без обязательств жениться на женщине, которую не знаешь и не хочешь знать. Без страха не справиться.
Поднял со столешницы заколку, украшенную незабудкой – под цвет глаз Элии. На обратной стороне серебристая гравировка: «Э. ла Ф.»
– Генерал Сайтон. Вы проверили служанок моих невест?
– Стандартное магическое сканирование, – растерялся он, вероятно, потеряв нить разговора, которую я даже не находил. – А должен был как-то еще?
– Демоны коварны. Они могут принять чей угодно облик, чтобы увести девушек из резиденции. Проверьте всех служанок: кто, откуда, чем занимаются в свободное время и с результатами ко мне по мере появления.
– Будет сделано. А с остальным?
– Я полностью на вас полагаюсь, – отмахнулся, совершенно на него не полагаясь. Кому как не мне знать, верить можно только себе. К сожалению, алые небеса увидели не только мы, но и за гранью тоже.
Будут проблемы.
Элия ла Фрей
В столовую мы не шли, мы туда неслись, едва ли не распихивая локтями других, пусть будет, леди. Леди тоже неслись, выпятив груди, и очень напоминали гусынь.
Дамы гудели, дамы перешептывались, дамы, с позволения сказать, бесчинствовали и топали каблуками. Когда табун свернул за угол, и показались белоснежные двустворчатые двери, табун окончательно озверел и кинулся к ним с такой скоростью, словно принц ищет самую быструю.
– Я первая! – победно крикнула Катарина, ухватившись за изящную золотую ручку.
Но ее ликование длилось недолго. Толпа навалилась на нее всем скопом. В итоге дамы не вошли, они ввалились в столовую в прямом смысле этого слова и к удивлению леди Амфросии.
Упомянутое удивление вряд ли часто гостило на ее лице. У женщины даже нижняя челюсть оттянулась.
Вид девушек, пытающихся подняться с пола и не оттоптать (или наоборот, оттоптать) сопернице что-нибудь, откровенно пугал. Они напоминали комок разноцветных змей: шипели, кусались, ползали, извивались. Трещала ткань, слышались крики, стоны, угрозы…
Пользуясь всеобщим замешательством, мы со служанками серо-зеленым ручейком втекли в столовую и распределились вдоль лимонно-кремовых обоев за стульями с именами наших хозяек.
Леди Амфросия пришла в себя не сразу. А, когда пришла, медленно и грозно поднялась из-за стола и глубоким, поставленным басом гаркнула:
– Отставить!!!
От ее зловещего рыка замерло все: включая мое сердце. Точнее, все сначала содрогнулось: зазвенели пустые чашки в блюдцах, покачнулись кристаллы под потолком, а потом замерло. Девицы, кажется, осознали, где находятся и что происходит, вскинули головы и захлопали большими-большими от удивления глазами.
Лека опомнилась первой. Соскочила с Катарины и, поправив растрепавшуюся прическу, гордо выпрямилась. До остальных доходило дольше.