Шелк и тени

Девушка деловито поставила стакан на стол.

- Я хочу предложить кое-что, чтобы отблагодарить вас за все, - сказала она.

- В этом нет нужды, - ответил Слейд с грустной улыбкой. - Ты и без того многое для меня сделала: все в доме блестит, одежда починена и отглажена.

- Этого недостаточно. Я хочу предложить вам большее. Нельзя только брать и ничего не давать взамен. - Дженни обняла Слейда за шею и крепко прижалась к нему худеньким телом. - Я, знаю, что вы с самого начала положили на меня глаз, и в благодарность за вашу доброту я сегодня пересплю с вами.

Пораженный, Слейд застыл на месте. Сильное желание охватило его. Дженни была такой хорошенькой, такой юной и женственной, и она так ему благодарна. И потом, она сама этого хочет...

Хочет, потому что просто благодарна ему. Превозмогая желание, он чуть не силой оттолкнул ее.

- Нет, Дженни, - сказал Слейд охрипшим голосом, - лучше этого не делать.

- Не бойтесь, мистер Слейд, - заявила Дженни, превратно истолковав его слова, - доктор, к которому вы меня посылали, сказал, что я ничем не больна, так что вы от меня ничего не подхватите. Я знаю, что делать, чтобы не забеременеть, и умею доставлять удовольствие мужчинам.

- Дженни, - сказал Слейд в отчаянии, - мне от тебя ничего не надо. Ты достаточно для меня сделала. Девушка гордо вскинула голову.

- Хотите быть благородным, - огорчилась она. - Я уже не маленькая и отвечаю за свои поступки. Провести с вами ночь мне ничего не стоит.

Большей обиды для Слейда нельзя было и придумать. Хладнокровие законника вернулось к нему.

- Я знаю, что это ничего не значит для тебя, - ответил он сухо, - вот поэтому-то и не надо этого делать. - Как добрый, заботливый дядюшка, Слейд нежно поцеловал ее в лоб. - Будь счастлива, Дженни. Ты заслуживаешь этого.

Слейд направился к двери, но в это время Дженни заговорила, и он остановился.

- Могу я... - начала она, запинаясь, - могу я хоть иногда навещать вас? Мое счастье не будет полным, если я вас никогда больше не увижу.

Слейду следовало отказаться, но вместо этого он коротко сказал:

- Буду рад.

Покидая библиотеку, Слейд думал о том, как хорошо, что он сможет хоть иногда встречаться с Дженни. Как только она найдет себе жениха, то сразу же прекратит визиты. А пока пусть приходит, ему приятно ее видеть.

После того как Слейд ушел, Дженни еще долго смотрела на обитую деревянными панелями дверь, стараясь понять происшедшее. Ей казалось, она хорошо разбирается в мужчинах - их никогда не заботят проблемы женщин. Что же случилось сейчас? Она прекрасно видела, как велико его желание, и все же он отказался от нее. Что-то здесь не так, но что? Может, со временем она это поймет...

* * *

Это был первый визит Слейда в Сулгрейв. С восхищением осматривая поместье, он сказал:

- Чудесное место. Поздравляю вас с удачной сделкой.

- Я рад, что вам нравится, - ответил Перегрин, пропуская поверенного в кабинет. - Во всем этом ваша заслуга; вы его нашли и обговорили цену. И как это вам все удается сделать, находясь в тени?

- Просто надо знать, через кого действовать, - рассеянно ответил Слейд, располагаясь в кресле. - Вы будете его перепланировывать Или заново декорировать?

- Только после свадьбы. Я уверен, что леди Сара сама захочет этим заняться. Осталось подождать всего неделю.

Перегрин подошел к окну и выглянул наружу. Он не. уставал любоваться красотой северных английских холмов и часто ездил туда или ходил пешком.

- Как продвигаются дела Велдона? Его бизнес все еще процветает?

Надевая очки, Слейд самодовольно улыбнулся.

- Не очень. Как и следовало ожидать, разрыв его помолвки заставил банк заволноваться, и я почти за бесценок скулил все его долги.

- Прекрасно. Известите его, что, если он в течение месяца не расплатится с ними, мы наложим арест на его собственность.

- Почему не сделать это немедленно?

- Пусть хорошенько поволнуется.

Поверенный нахмурился. Зная, что Велдон заслуживает и худшего наказания, он не мог понять, почему хозяин испытывает такое наслаждение, уничтожая своего врага. За всем этим скрывалась какая-то тайна. Слейд часто задавался вопросом, за что Перегрин мстит Велдону, но приходил к выводу, что ему лучше об этом не знать.

- Велдон легко может взять заем под свои акции в железнодорожной компании. Дела там идут весьма успешно.

- Ну, это все до поры до времени. - Перегрин посмотрел на Слейда, и в его глазах вспыхнул огонь злорадства. - Велдон знает, что Кроули продал нам право прохода через его землю?

- Пока нет, но скоро узнает.

- После того как он узнает, восстановите дело и потребуйте большей компенсации за землю Кроули и возмещения ущерба, причиненного хулиганскими действиями. - Перегрин на мгновение задумался. - Прокладка железнодорожных путей почти достигла земли Кроули, - продолжал он. - Если Велдон решит пойти в обход, будьте готовы помешать ему.

Слейд одобрительно кивнул.

- Даже если он согласится выложить приличную сумму за право прохода, его компания понесет большие убытки, и инвесторы сбегут от него, как крысы с корабля.

- Этого я и добиваюсь, - сказал Перегрин. - Моя цель - вовлечь его компанию в серьезные финансовые затруднения. - Он задумчиво ходил по комнате. - Еще одно дело, - продолжал он. - Велдон, кажется, добивается титула барона. Вы что-нибудь предприняли, чтобы помешать ему?

- Я уже дал ход этому делу. Наиболее влиятельные члены правительства получили пакеты документов, содержащих неоспоримые доказательства некоторых преступлений Велдона. Сомневаюсь, что кто-нибудь из них выступит публично, но что имя Велдона будет вычеркнуто из списков соискателей и никогда не появится там вновь, сомнению не подлежит. Если он попытается выяснить, в чем дело, то натолкнется на вежливое молчание - британские политики делают это превосходно.

Перегрин громко рассмеялся.

- Бенджамин, вы просто чудо! Я достаточно вам плачу?

- Более чем достаточно. Я уже неоднократно говорил вам об этом. У вас нет должного уважения к деньгам.

- Зато у вас его хватит на двоих. Вам когда-нибудь приходило в голову, что деньги только инструмент для достижения цели?

Слейд сразу же подумал о Дженни. Годами покупали ее тело, но на всей земле не сыщется столько богатства, чтобы купить ее любовь.