Страница 1 из 5
Беседовал со Сталиным
Пролог
В Израиле апрель 2020 года выдался тёплым. И хорошо бы побродить по берегу моря, но ехать в автобусе в разгар эпидемии COVID 19, было опасно.
Александр, проживший в Израиле 30 лет и перешедший в разряд пенсионеров, был в группе риска. 67+.
Вообще его друг и сосед с верхнего этажа доказывал, что вирус слабый и убивает гораздо меньше чем ежегодный грипп. Только на один вопрос у него не было ответа: Почему наиболее уязвимые к другим вирусам дети, от этого вируса страдают меньше, а старики больше? На этот вопрос не отвечал ни кто. Ну и бог с ним.
Вот уже два дня по различным каналам в новостях передавали о приближающемся к Земле гигантском астероиде. Астероид приближался давно, но сейчас точно выяснили его орбиту. Он должен был пролететь между Землёй и Луной. И это было бы не страшно, но его размер всего в четыре раза был меньше лунного. Различные прорицатели конца света строили свои пророчества. Астероид, а на самом деле огромная каменная глыба, якобы подтверждал их предыдущие прогнозы.
А когда учёные объясняли, что за оставшуюся неделю до 15 апреля, маршрут «каменюки» никак не может измениться и она пролетит в 201 тысячи километров от Земли, предсказатели говорили, что значит на обратном пути, облетев Солнце, он обязательно в Землю врежется.
Александр не верил «пророкам». С тем ядерным потенциалом, который накопило человечество, угрожай он Земле, его бы уже расщепили на мелкие кусочки и кроме метеоритного дождя с 10 по 24 августа, поскольку от лобовых ударов движение бы замедлилось, ничего бы не было. Брюс Виллис не понадобился бы. Об этом тоже писали учёные. Он верил учёным.
Но конечно будет интересно посмотреть, когда астероид закроет Луну. Не Луну, конечно, а месяц.
Если бы дело было ещё десять лет назад, Александр вряд ли так тщательно готовился к экскурсии. Теперь время было. Он на пенсии.
Но в Ришоне, где он жил, да и в округе было такое световое загрязнение, что рассмотреть что-нибудь на небе было не просто. А уж сделать нормальные фотки….
В Негеве ночью бывает и холодно. Александр перерыл два ящика с зимними вещами, засунутыми ещё года три под кровать, и выудил оттуда серый свитер и тёмно-сиреневую ветровку. В Израиле с ветровками проблема. Если ты хочешь тонкую болоньевую, не пропускающую дождь, то фигу. Есть или тонкие пропускающие всё на свете, либо не пропускающие дождь, но подбитые каким-то утеплителем. Но для того путешествия, которое он наметил это подходило. Снизу он наденет свои чёрные рабочие джинсы, с семью карманами, и любимую льняную рубашку, с двумя огромными карманами не груди. Ну и черные кроссовки.
Свитер и ветровку он сразу засунул в 40 литровый рюкзачок, где уже лежал пуховой спальник. Проверил всё ли в порядке с его фотоаппаратом.
Его верный сотовый Xiaomi со 256 джигами памяти был уже на две трети забит книгами, фильмами, музыкой. А поскольку он собрался в Лехавим на поезде, время почитать или послушать будет. Для этого он взял с собой и зарядку.
Всё было готово, чтобы 14 апреля, взяв бутерброды с сыром, желтые шери, зелёный лук, сваренные в крутую яйца, соль, пару шоколадок, рулон туалетной бумаги и двухлитровую бутылку воды, он на станции Ришоним, сел в поезд.
Ехал он сам. Сын работал из дома онлайн, дочь заканчивала школу, у жены был назначен приём пациентов. Ну и ладно. Не хотят и не надо.
Когда он сделал пересадку в Лоде, уже темнело.
Выйдя на Лехавим, он пошёл в обратную от посёлка сторону. Звёзды уже сияли вовсю, и совсем не так, как в замусоренном светом центре страны.
Александр прошёл километра три на юг, пока уклон не пошёл вверх. Свет тут уже не мешал. Сверху сияли звёзды. Восход Луны должен был начаться в два ночи, а в три часа двадцать две минуты, на видимую часть Луны, должен был закрыть астероид.
Александр оделся пополной. Жарко не было. Найдя удобное место, он расстелил спальник, залез в него, повернулся на восток, где должна была взойти Луна и, положив по голову рюкзак, стал ждать. Есть пока не хотелось.
Было тепло и уютно и, незаметно для себя он задремал.
Луна его разбудила.
Наполовину невидимый диск выглянул из-за пригорка. Он стал светить прямо в глаза Александру.
Он глянул на часы. Пятнадцать минут третьего. Ещё больше часа. Он уже хотел включить какой-нибудь фильм, чтобы ожидание было не долгим, но подумал, что он так редко видит звёзды, что кино может и подождать.
В детстве он жил в квартире, в которой не было удобств. Чтобы ночью сходить в туалет, нужно было либо использовать ведро, либо идти в конец двора.
А ночью, когда он шёл в конец двора, всё небо занимали звёзды. Какие яркие звёзды были в его детстве. И тут, они почти такие же.
А когда ему исполнилось девять, ему с другими соседскими ребятами, разрешали летом спать во дворе.
В десять лет Александр пошёл в магазин «Наглядные пособия» и на сэкономленные от завтраков деньги, купил себе звёздный атлас. Атлас представлял картонный квадрат 60 на 60 сантиметров, а внутри был вращающийся картонный круг.
Какое это было замечательное ощущение распознавать увиденные ночью созвездия. Сейчас в его сотовом такая карта неба, которая и приснится тому пацану не могла. Но ощущений таких она не вызывала.
Потом он вспомнил кружёк красных следопытов, и как раскопал историю о трёстах власовцах, поднявших восстание против фашистов в Днепропетровске 1943. А потом из его доклада, руководитель кружка вычеркнул эту историю.
Историю он любил. Но это, как и астрономия было его хобби. Работал он… Кем только он не работал? Но вышел на пенсию с должности инженера электронщика.
Теперь у него есть время опять посмотреть на звёзды. Это было здорово. Тем более что такого события как сегодня в астрономической памяти не содержалось. Тем временем, телефон прожужжал три часа. Он положил его в карман рубахи, взял фотоаппарат. И приготовился снимать. Метеорит должен был вот-вот появиться.
Павел Михайлович Фитин
15.04.1941 – Вторник.
Что произошло, Александр не понял. Он поднял фотоаппарат, закрепил локоть на выступе и приготовился фотографировать. И возможно даже сделал фото.
Потом он или потерял сознание или даже не терял его. Но очнулся он, лежащим на тротуаре чужого города, в метре от дороги.
Звёзды были ещё видны, но уже светало.
Александр встал, сложил спальник и фотоаппарат в рюкзак.
Было прохладно. Несмотря на то, что он был тепло одет, его пробирал холод.
Где он? Как это произошло? Что произошло?
Он решил, что вместо того, чтобы задавать вопросы, нужно осмотреться.
Названия улицы вблизи видно не было. Но на противоположной стороне был какой-то щит. Возможно там карта. Он уже видел такое в Париже, но этот город на Париж не походил.
Машин на дороге не было вообще, и он перешёл на другую сторону, где был это щит. Но на щите была не карта, а развёрнутые газетные полосы. Газета называлась «Правда» за понедельник 14 апреля 1941 года. Цена 15 копеек.
На первой полосе был напечатан ПАКТ О НЕЙТРАЛИТЕТЕ МЕЖДУ СССР И ЯПОНИЕЙ.
Александр смотрел на эту статью и в голову приходили самые разные мысли. То, что он в России, он уже понял. Но кто выставил бы раритет просто на доску, приколов его кнопками?
Он потрогал газету рукой. Она ощущалась, как только напечатанная.
Так. Это СССР. 1941 год. Сейчас рассветёт и его арестуют как иностранного шпиона. Ну а дальше понятно. Что делать. Он огляделся и прочёл на одном из домов название улицы: «Дзержинского». Дзержинского, возможно Москва. Насколько он помнил это Лубянка. На Лубянке КГБ – НКВД.
Так. Если НКВД не избежать, нужно идти туда самому.
Солнце всходило за спиной. Значит, идти на юг.
И Александр пошёл на Юг.
По пути ему начали встречаться прохожие. Он решил не донимать их вопросами, поскольку если он действительно в Москве, то до здания ФСБ, которое сейчас НКВД, максимум десять минут не быстрого ходу.