Страница 96 из 233
- Согласится ли она поговорить со мной?
- Надеюсь, что да. Все-таки не часто в наши края заезжают паладины. К тому же вы заглянули к нам по ходу странствия, в которое отправились по воле богов. Я думаю, что это ее непременно заинтересует.
- А разве вы не можете назначить другого вице-маршала?
- Ну разумеется, с точки зрения правил ордена, это вполне возможно, и я давно бы так и сделал, но... Здесь все сто лет знают Рейчел. Она служила ордену в этом городе еще до того, как меня прислали сюда. В общем, до тех пор, пока она... Да и потом, у меня нет никаких причин сердиться на нее или быть чем-то недовольным. Она честно помогала мне в меру своих сил... по крайней мере, вплоть до последнего года.
- Где она сейчас? - спросила Пакс.
- Здесь, рядом.
Пакс проследовала за маршалом по коридору, уходившему вглубь здания. Перед одной из дверей маршал остановился и постучал. Пакс услышала, как за дверью скрипнуло кресло,
затем раздался кашель и послышался усталый голос явно немолодого человека:
- Кто там?
- Это я, Пилиан, - ответил спутник Пакс. - Рейчел, у нас гостья паладин Геда.
Дверь открылась. Вице-маршал Рейчел оказалась на голову ниже Пакс ростом; длинные седые косы были уложены кольцом на ее голове. На лице пожилой женщины застыла маска страдания. Стояла она, чуть согнувшись, как человек, привыкший к постоянной боли внутри своего тела. Пакс почувствовала спертый, даже неприятный воздух в комнате, но не только внутренняя атмосфера в этом помещении встревожила ее.
- Уважаемый маршал, - прозвучал глухой, словно сквозь ватную стену, голос. - Паладин?..
- Паксенаррион, - представил маршал гостью. - Она совершает дальнее путешествие по воле богов и по дороге заехала в наш город, чтобы поесть и передохнуть.
- Да благословит вас Гед, уважаемая госпожа, - не без усилия произнесла Рейчел. - Не желаете ли войти?
- Да пребудет с вами сила Геда, - приветствовала ее Пакс. - Я почту за честь принять ваше приглашение, разумеется, если мое присутствие не слишком утомит вас.
Рейчел улыбнулась, но в голосе, которым она ответила на эти слова Пакс, не было ни капли веселья:
- Меня уже ничто не может слишком утомить. Я устала от самой жизни. Слабым жестом руки она пригласила Пакс войти.
Комната вице-маршала оказалась небольшой и чистенькой. В углу горел камин, перед которым стояли два удобных мягких кресла. Небольшой столик, узкая кровать, кресла - вот и вся мебель, находившаяся в помещении. На специальной подставке в углу висела старая кольчуга. Несколько разной длины клинков были развешаны на крюках над кроватью. Рейчел тяжело опустилась в кресло. Даже со стороны было видно, как часто и прерывисто она дышит.
- Сколько времени вы уже болеете? - спросила ее Пакс. Рейчел покачала головой:
- Я уже сама не помню. Одна из старых ран оказалась для меня роковой. Каждый год зимой или в начале весны я подхватываю легочную лихорадку. Теперь мне уже и не вспомнить, когда это началось. Но год назад меня скрутило по-настоящему. Лишь в середине лета я очухалась настолько, что была в состоянии дойти до Харвэя и вернуться обратно за один день. И не успели мы управиться с урожаем, как меня снова подкосила лихорадка.
Пожилая женщина замолчала и постаралась успокоить дыхание. Цвет лица у нее был не только нездоровым, но скорее его можно было назвать мертвенно-бледным. Пакс уже доводилось видеть людей в таком состоянии после серьезных ран в грудь, когда оказываются сильно задеты легкие. Вице-маршал закашлялась, согнувшись при этом в три погибели. Пакс в это время решала про себя, возможно ли в данном случае рассчитывать на удачу, если попытаться применить дар целительства. Когда кашель отпустил Рейчел, та тяжело вздохнула и сказала:
- Наш маршал... он считает, что меня нужно попытаться исцелить... Ерунда все это. Уж я-то знаю, в каком я состоянии... В общем, уже слишком поздно. Время упущено... да я и не хочу... - Очередной приступ кашля прервал слова вице-маршала. - Слишком я устала, - наконец смогла произнести она. - Я много воевала... с людьми... затем с болезнью... Я очень устала.
- Позволите ли вы мне попытаться облегчить ваши страдания? Ну, скажем, просто снять боль? - осторожно спросила Пакс.
- Снять боль, говорите? Не исцелить?
- Если я почувствую, что исцеление возможно, я, естественно, сделаю все от меня зависящее. Но будем смотреть правде в глаза, Рейчел. Боюсь, вы правы: слишком многое упущено, и болезнь зашла очень далеко. Однако я могу сделать так, что на какое-то время вам станет лучше.
- Я не принимаю дурманное вино или какие-нибудь обезболивающие зелья, - словно извиняясь, сказала Рейчел. - Не чувствую я себя человеком, когда дурман валит меня с ног, не позволяя ни думать, ни что-либо делать.
- Никаких дурманных снадобий я не использую, - заверила ее Пакс.
Сама же она тем временем внимательно вглядывалась в лицо вице-маршала и все больше понимала, что едва ли сможет переломить ситуацию. Единственное, что ей было непонятно, - это то, что сам маршал не видел, насколько далеко зашла болезнь и настолько близко к смерти стоит его помощница. Впрочем, может быть, он не только не видел, но и
не хотел вглядываться. Рейчел кивнула Пакс и не без труда произнесла:
- Если вам удастся... прошу прощения, госпожа... В общем, вы понимаете, что я хочу сказать, а мне сейчас нелегко подобрать нужные слова.
- Я все понимаю. Не нужно тратить силы на лишние разговоры, улыбнувшись, сказала Пакс. - Кстати, вы не хотите прилечь?
- Да, если это вас не обидит. Слишком тяжело мне даются любые усилия и разговоры, и сейчас мне трудно даже сидеть.
Пожилая женщина с трудом встала с кресла и подошла к кровати с грудой разного размера подушек в изголовье. Пакс подумала, стоит ли звать сюда маршала или хотя бы извещать его о том, что она хочет попробовать облегчить страдания больной женщины, но решила этого не делать. Рейчел легла на кровать, опершись плечами и головой на подушки. Ее глаза были полуприкрыты. Пакс, успокоив дыхание, призвала на помощь Геда, Великого Господина и возложила руки на лоб Рейчел.
Стоило Пакс коснуться высохшей, похожей на пергамент кожи, как ей стало ясно, что никакое целительство уже не спасет вице-маршала. Она вознесла молитву, прося о том, чтобы боги облегчили страдания женщины, лежавшей перед нею. Вскоре дыхание Рейчел успокоилось. Через несколько минут Пакс почувствовала внутренний призыв прекратить воздействие. Она убрала руки со лба Рейчел, и та открыла глаза.