Семь_я

— Не смей затыкать меня! — она бы схватила его за ухо, как в детстве, но вдруг осознала, что не дотягивается, даже став на носочки. Сейла скривилась от досады.

— Чего ты вообще пришла сюда? Что ты забыла в этом месте? — Нил был зол. Он бросал косые взгляды на Стеллу и пытался понять, о чём она сейчас думает и что чувствует. Здесь никто не должен знать, что он принц. Об этом месте вообще никто не должен знать.

— Я не знала, что у тебя есть сестра, — хихикнула Стелла.

И вот в такие моменты он её просто ненавидел за эту шутливую натуру. Она смеялась над Нилом, смеялась вот уже в который раз и пускала всё на самотёк. Всё, что оставалось ему, — это смотреть на неё полным сожаления взглядом. В это время Сейла наступила ему на ногу, чтобы обратить на себя внимание.

— Ну чего тебе, неугомонная?!

— Помощь мне твоя нужна, вот что!

— Ха, помощь? — он криво улыбнулся. — Ты испортила мне всё и просишь помощи, сестрица? Да ты за дурака меня держишь!

— Если не хочешь испортить всё ещё больше, слушай сюда, — она взяла его за воротник, став на носочки. Благо, хоть так до него Сейла могла дотянуться. — Может, от меня ничего и не зависит, потому что я девушка, но от тебя — многое. Тебе очень повезло, что ты родился с членом. Так что подсоби мне, если не хочешь лишиться своей единственной утехи.

— Что ты такое говоришь?

— Я говорю, что могу рассказать стражникам об этом борделе, где ты проводишь свои дни. И о ней тоже, — это был подлый шантаж с её стороны, но иначе Нил бы ничего для неё делать не стал.

— Я ненавижу тебя, Сейла, — сдался Нил.

— Я знаю. Но это всё, на что я способна: знать. А действовать уже предстоит тебе.

========== 5. Вина ==========

Комментарий к 5. Вина

**Mother Mother — Little Pistol

Послушать песни, найти плейлист и арты можно в группе: https://vk.com/pub_fire_m

Мурашки на коже уже стали чем-то привычным. Хладная стена тоже будто родная, и спине комфортно возле неё. Сверху что-то постоянно капало, и слабый звук разносился эхом. Это была такая своеобразная пытка: раз за разом слышать один и тот же всплеск, который пульсирует в голове в одном ритме. За тонкой перегородкой, в соседней камере находился Шаб, и он, кажется, уснул. Хаз так решила, потому что этот громогласный человек уже давно не издавал ни звука. Рана на щеке неприятно ныла, боль отупляла разум, а атмосфера темницы навевала только отчаяние. Вывела её из этого мучительного состояния скрипнувшая дверца. Шаб открыл глаза, но не пошевельнулся.

В тёмное помещение вальяжно вплыл упитанный король, будто это были его покои, а не мрачная и сырая темница. Что он забыл здесь? Быть может, устроить допрос пришёл? Именно так первым делом и подумала Хаз.

— Ваше Величество, я невиновна, — спокойно сказала она, выглядывая между прутьев.

Ну конечно же, подумал Шаб, сейчас она всё расскажет. Выдаст как на духу, что это он устроил погром в покоях королевы, что и привело к её ранению. От этих мыслей Шаб ощущает раздражение и с каждой секундой испытывает всё большую неприязнь к травнице. Ей бы следовало держать язык за зубами, но делать этого она, конечно же, не станет.

— Откровенно говоря, меня не волнует, чья это вина, — отчеканил король. — Но наказание кто-то понести должен. И я желаю наказать Вас, ведь так или иначе это Вы должны были заботиться о королеве, но не выполнили свои обязанности.

Хаз опешила и отшатнулась от прутьев. Шаб, вслушивающийся в каждое слово, заликовал и, наверное, впервые проникся уважением к королю. Верно, подумал он, простолюдинов наказывают всегда в первую очередь. Но не исключено, что кара всё-таки не обойдёт настоящего виновника — девчонка по-прежнему может рассказать о произошедшем. Поэтому Шаб притворился, что его здесь нет. Скрипнула дверца — у короля был собственный ключ от камеры. Хаз отползла к самой стенке, потому что чувствовала, что сейчас может случиться что-то плохое. Король вошёл внутрь и запер за собою.

— Что Вы сделаете со мной? — спросила девушка с опаской, вжавшись в стену.

— Моё предложение всё ещё в силе. В королевском гареме для Вас всегда найдётся место.

— Я ведь говорила, — сказала Хаз твёрдо, пускай и понимала, что сейчас находится в ловушке и ничего не сможет противопоставить королю, — что я верна своим обетам, и ни за что не приму Ваше предложение!

— Что ж, раз так, настаивать не буду, — король показательно отошёл, и Хаз вздохнула с облегчением. А потом он резко прильнул к ней. — Но я всегда получаю то, чего желаю.

Он провёл рукой по её подбородку. Хаз почувствовала его дыхание на своей шее и напряжённо затаила своё. Особенно неприятно было, когда он прикоснулся к её щеке, и рана пронзительно заныла, заставив Хаз вскрикнуть и отшатнуться. Она, подобно пленённому зверю, смотрела на короля воровато и с опаской, не зная, чего от него можно ожидать. Он вздохнул.

— А ведь, быть может, это был последний шанс для Вас стать кем-то прекрасным. Теперь-то Вы уродина, — ухмыльнулся он злорадно, намекая на ужасный порез. — И никто никогда Вас не захочет. У Вас есть, что сказать?

Он схватил её за руки и заблокировал путь к отступлению. Даже если бы она осмелилась дать отпор королю, то не ушла бы дальше этой камеры. Хаз отчаялась. Её уже ничего не страшило. Но оставался ещё один вариант, с помощью которого она могла бы избежать кары. Девушка перевела взгляд на замшелую стенку и прутья, за которыми находился принц, и посмотрела ему в глаза. Шаб затаил дыхание, ожидая ножа в спину. Расскажет и отвлечёт короля. Но девушка не испустила ни звука. Хаз с гордостью, капля которой всё ещё оставалась в ней, перевела взгляд и посмотрела королю прямо в глаза:

— Что Вы со мной сделаете? — повторила она уже ранее заданный вопрос.

Ответа не последовало. Лишь многозначительный взгляд и его руки, что ложатся девушке на плечи. И ошеломительное падение. Когда мужчина почти втрое крупнее тебя прикладывает всю свою силу, чтобы уложить, ничего больше не остаётся. Хаз рухнула на пол, руки её были крепко схвачены и совсем ей не подчинялись, как и ноги. Король удерживал её колени, сев сверху. Она пыталась этому воспротивиться, но не могла. Она не крикнула: будто за горло схватили, ни одного звука из него не вырвалось. Король не стал снимать с неё одежду — он отлично мог управиться и так. Он дотрагивался до неё там, где она сама не смела и думать. Хаз сковал какой-то тупой страх. Она будто не понимала, что сейчас происходит. Всё, что она видела, это склизкое слюнявое чудовище, которое взяло её в свои когтистые лапы и грозилось тут же разорвать, если она двинет хоть пальцем. Хаз закрыла глаза, моля Бога о забвении. Но сегодня он не давал ответа.

Шаб слышал каждый звук, и по его телу пробегала волнительная дрожь. В какой-то мере он ощущал возбуждение — его будоражило то, что он не мог увидеть. Но с другой стороны у него были мысли о том, сколь ужасен этот мужчина. Эдее он причинил столько же боли, он тоже брал её против воли, он точно так же развлекался со шлюхами, пока его жена страдала от безумия. Шаб ненавидел его очень сильно. Много больше, чем неприятную Хаз, которой, по его мнению, сегодня за дело досталось. Но он не понимал, почему Хаз не рассказала про его роль в ранении матери и подвергла себя этим мучениям. Шаб много чего не понимал, но точно знал, что Хаз — не главная его проблема. Потому что есть тот, кто во сто крат хуже, и его надо не просто наказать… а убить. Шаб ещё не знал, как, но понимал, что нужно это делать скорее, иначе будет слишком поздно. Ведь принц не хочет становиться таким же… Если уже не стал.

***

Он стоял напротив неё неподвижно. Не видел её столь долго, что почти не узнавал в ней свою родную мать. В блёклые глаза сумасшедшей Шейн смотрел глазами сумасшедшего. Эдея была зеркалом, которое так хотелось разбить на осколки. Но не хватало чего-то для этого… наверное, силы.

— И как она? — ворчливо поинтересовался Шейн у придворного врача.

— Нужно помолиться за её душу.