Страница 2 из 98
Мать Алеси не обратила внимания на то, что каждое ее утро в роддоме начиналось со слов: «Ой, я и забыла, что вам ребенка в палату уже принесла», – сказанных очередной медсестрой, повторно заглядывающей в палату. На выписке из роддома Ульяну Новикову встретила мать, облившая слезами новорожденную и доставившая их на такси до квартиры, где был сервирован праздничный стол. Гостей не было – Ульяна не имела подруг, как и ее мать. Зинаида Новикова сообщила дочери, что будет им с внучкой помогать, что плату за квартиру она уже внесла за полгода вперед, так что Ульяне пока не о чем волноваться. Каждую секунду поглядывая на малютку, мирно сопящую в колыбели, две женщины отметили рождение нового поколения их рода, страстно желая новорожденной прорваться сквозь пелену родового несчастья. Поздно вечером Зинаида уехала к себе, а утром в квартире молодой матери Ульяны Новиковой раздался странный телефонный звонок:
– Дочь, ты когда малышку из роддома забирать собираешься? Что врачи говорят, когда ее выпишут? Я не запомнила вчера, когда тебя домой отвозила, – почему ее сразу не отпустили?
– К-как не отпустили? Алеся уже дома, – в замешательстве пролепетала Ульяна, смотря на бутылочки с кипяченой водой и гору привезенных матерью дорогущих памперсов, не понимая слов своей родительницы, которая вчера весь день ворковала над внучкой.
– Дочь, тебе не стыдно?! Неужели не могла сказать, что ее сегодня из роддома выпишут? Почему я должна узнавать о выписке внучки с опозданием? Я бы встретила вас как положено, с ребеночком бы помогла, а ты тайком ее домой забрала и матери родной – ни слова!
– Но... но...
– Никаких «но», я хочу увидеть внучку, так что немедленно выезжаю, никуда не уходи!
Ошеломленная Ульяна принялась выставлять из холодильника на стол оставшиеся со вчерашнего дня закуски и салаты. Зинаида приехала и восторгалась малюткой, словно вчера ее и не видала, и вообще о вчерашнем дне помнила лишь то, что не было напрямую связано с Алесей. Ульяна пожимала плечами и не выясняла отношения, сочтя, что оно того не стоит.
На следующий день Зинаида опять позвонила с утра:
– Дочь, тебе не стыдно? В роддоме говорят, что второй день, как Алесеньку домой выписали, а от тебя ни слуху ни духу! Совесть имей, мать не забывай! Я сейчас приеду, никуда не уходи, хочу посмотреть на внучку, которую ты от меня прятать вздумала!
– Мама, это розыгрыш такой, да? – решилась спросить Ульяна. – Второй раз подряд как-то уже не смешно.
– Какой розыгрыш?! Я хочу увидеть внучку, имею право! – завопила Зинаида.
Приехав к дочери, она держалась с растерянной Ульяной холодно, в ответ на попытки спросить в чем дело отвечала гневным фырчанием. У Ульяны слезы на глаза наворачивались от нелепости ситуации, но она привыкла молчать – и молчала, принимая для себя неожиданные странности матери.
Первая догадка, что странности проявляет не мать, а новорожденная дочь, возникли у Ульяны, когда после отъезда Зинаиды к ней на квартиру заявилась участковая педиатр, чтобы осмотреть ребенка, как оно по правилам положено.
– Так-с, это у вас доченька родилась? Я провожу патронаж новорожденных. Прелестная у вас девчушка, – ворковала пожилая женщина с добрым улыбчивым лицом. – И абсолютно здоровенькая, что сейчас редкость.
Педиатр долго рассказывала, как ухаживать за малюткой, горячо советовала кормить только грудью, а не бросаться сразу за молочными смесями, если вдруг покажется, что молока стало мало.
– Молочко прибудет, к груди прикладывайте только почаще, – говорила педиатр, осмотрев Алесю и вернув ее в кроватку.
– Хорошо, буду стараться на искусственное вскармливание не переходить, – пообещала Ульяна и проводила врачиху до двери.
Не успела она разогреть себе обед, как в дверь опять позвонили: вернулась та же врач-педиатр.
– Мамочка, вы не сообщили, где сейчас ваша малютка и когда я смогу ее осмотреть. Девочку бабушка на прогулку вывезла? Вы говорили, что мужа у вас нет...
Молча смотря в лицо врача, Ульяна не знала, что и сказать. Пригласила женщину пройти в квартиру и только ресницами хлопала, смотря, как пожилая педиатр заново осматривает ее дочь и слово в слово повторяет то, что произносила десять минут назад.
«Я сошла с ума? У меня навязчивые повторяющиеся галлюцинации? Недаром бабка в сумасшедшем доме померла?» – с ужасом думала молодая мать, машинально кивая головой и автоматически отвечая на вопросы педиатра, а потом проводя ее к двери. Педиатр в тот день возвращалась трижды, а на следующий день недовольно высказалась, почему малютки вчера весь день не было дома, и она, врач, не смогла осмотреть новорожденную!
После очередных звонков матери, визитов патронажной медицинской сестры, встреч с соседями Ульяна понемногу осознала страшное: ее дочь не помнили! Точнее, о ее существовании помнили ровно три минуты с того момента, как переставали слышать и видеть ее маленькую девочку. А после трех минут человек забывал все, что было напрямую связано с Алесей Новиковой. Записи в бумагах оставались (если они делались медсестрой или работником ЗАГСа, выписывающим свидетельство о рождении), а вот память о встрече с Алесей исчезала у людей полностью.
Если Ульяна заходила в небольшой продуктовый магазинчик на углу дома с малюткой на руках, то спустя пять минут после ухода продавщица могла окликнуть ее в окно: