Наследница Дестроера

- А как же прогресс?

- Не буду с тобой спорить. Ты хочешь вернуться в Америку. Что еще?

- Голландец сказал, что он убил Смита. Я хочу выяснить, так ли это. И расквитаться за Смита так же, как и за Ма Ли. Я намерен поставить его перед американским судом.

- Суд Синанджу более эффективен.

- Если у меня не останется выбора, я его просто убью.

- Тогда почему бы тебе не сесть и спокойно не перерезать себе горло? Ты умрешь, а вместе с тобой и Голландец, ведь он - твое отражение! Сэкономишь массу времени и денег на дорогу.

- Когда разберусь с Голландцем, я намерен сделать Джильде предложение.

- Очень сомневаюсь! Когда ты разделаешься с Голландцем, тебя уже не будет. Предположим, мертвец может сделать кому-то предложение, но навряд ли живая женщина его примет. Впрочем, она белая. Кто знает? Не теряй надежду!

- А как же ты?

- А что - я? Я подобен луковице, которая ждет, когда ее очистят: слоев шелухи так много, и один другого интереснее! С которого начнем?

- Если хочешь, поехали со мной! Ну... в Америку.

- Зачем это мне? Одного сына я уже принес в Синанджу мертвым, с меня достаточно.

- Ну, если не хочешь...

- Этого я не говорил, - поспешно произнес Чиун и отложил перо. - Я только задал вопрос. Риторический.

Римо оживился.

- Так едем?

- Только затем, чтобы убедиться, что Смит в самом деле мертв. Это не бог весть какой значительный факт, но он мне необходим, чтобы завершить описание моей службы на Америку.

- Твои мотивы мне без разницы, - равнодушно бросил Римо и с деланным интересом отвернулся к висящему на стене персидскому ковру, так чтобы Чиун не видел его довольного лица.

- Но есть и более важная причина.

- Правда? И какая же?

- Ты ведь сирота.

- А ты станешь надо мной хлопотать как наседка?

- Вот именно! Кто же предаст земле твои бренные останки, когда ты растратишь по пустякам свою никчемную жизнь?

- А-а. - Римо помолчал, потом сказал: - Я бы хотел уехать как можно скорее.

- И что тебя держит?

- Разве ты не будешь паковать вещи?

- Мои вещи целый год как упакованы: я давно жду твоего решения. Загляни в чулан - там все мои дорожные сундуки. Будь добр, вынеси их на окраину деревни. Вертолет из Пхеньяна уже вылетел, он доставит нас в аэропорт. За билеты я заплатил сам - первый класс себе и экономический для тебя.

- Черт! - удивился Римо. - До чего же ты самонадеян! - До него донеслось гудение вертолета. Римо умолк.

- Тебе лучше поторопиться, - заметил Чиун, промакивая то, что успел написать. - За вертолет берется почасовая оплата.

Все селение высыпало проводить Мастера Синанджу в путь. Лениво вращающиеся лопасти вертолета обдували изумленные лица.

- Не беспокойтесь, люди! - прокричал Чиун, приготовившись к посадке в вертолет. - Я вернусь раньше, чем вы думаете. А пока за деревню будет отвечать верный Пул Янг.

Римо загрузил последний сундук в люк грузового отсека и поискал глазами Джильду. Она стояла немного в стороне, держа Фрею за ручку. Лопасти завращались быстрее.

- Римо, пора! - Чиун сел в кабину.

- Погоди! - Римо направился к Джильде. - Я должен ехать, - сказал он. - Но я вернусь. Будешь меня ждать?

- Куда ты едешь, Римо?

- В Америку. Я хочу раз и навсегда разобраться с Голландцем.

- Римо, поторопись! - раздался ворчливый голос Чиуна. - Счетчик включен!

Римо оставил его слова без внимания.

- Я должен ехать. Пожалуйста, дождись меня!

- Вряд ли это получится, Римо. Я не верю, что ты вернешься.

- Послушай, я тебе обещаю!

- Мне здесь не место. Думаю, что и тебе - тоже.

- Римо! - резко окликнул Чиун.

- Иду! - отозвался тот. Ветром от винта Джильде распахнуло полы плаща. - Послушай, если не хочешь ждать меня здесь, тогда едем сейчас со мной!

- Ну, уж нет!

- Тогда давай встретимся в Америке. И там все обсудим.

- Папочка, ты уезжаешь? - раздался детский голосок.

Римо взял девочку на руки.

- Мне нужно, детка.

Фрея заплакала.

- Я хотела познакомить тебя со своим пони. Не хочу, чтоб ты уезжал! Мамочка, пусть папа не уезжает! А то он никогда не вернется!

- Ну, что ты теряешь? Разыщи меня в Америке! - взмолился Римо. - Никто не просит тебя что-то решать прямо сейчас.

- Я подумаю, - сказала Джильда.

- Что ж, уже кое-что. Эй, Фрея, перестань плакать!

- Я не могу! Мне страшно!

Римо поставил ее на землю и, сев перед ней на корточки, вытер слезинку с детской щеки.

- Хочешь, покажу тебе, как сделать так, чтобы никогда никого не бояться?

- И как? - с обидой спросила девочка.

- Надо дышать. Смотри. Набери побольше воздуха, вот так, правильно! Теперь представь, что это не палец, а свечка. Быстро затуши ее!

Фрея дунула ему на палец.

- Хорошо! - сказал Римо и легонько ткнул малышке в грудь. - Это было грудное дыхание. А тебе надо научиться дышать вот этим местом. - Он постучал ее по пухлому животику. - Ну-ка, попробуй!

Фрея вдохнула и по команде Римо стала медленно выдыхать.

- Ну, как? Теперь лучше? - нежно спросил Римо.

- Да! Мне уже совсем не страшно!

- Это и есть Синанджу. Точнее - маленький его кусочек. Продолжай тренироваться сама! - Римо поднялся. - Тогда ты вырастешь большая и сильная. Как мама.

Джильда улыбнулась. Она осторожно поцеловала Римо, стараясь оберегать свои забинтованные руки.

- Увидимся в Америке! - сказал Римо и на ухо шепнул ей место и время встречи.

- Может быть, - уклончиво ответила Джильда.

- Пока, папочка! Обними меня вместо мамы! Потом я ее за тебя обниму.

- Конечно, - сказал Римо и крепко обнял малышку.

Он стал пятиться к вертолету, не в силах оторвать от них взгляда. Не успел он устроиться в кресле, как машина взмыла вверх.

Римо расположился рядом с Чиуном и стал махать в окно. Джильда с Фреей долго махали ему в ответ, пока не превратились в маленькие черные точки далеко внизу.

- Что это ты делал с ребенком? - спросил Чиун, извлекая из недр кимоно недописанный свиток.

- Показывал, как сделать так, чтобы не было страшно.

- Ты учил ее дышать по технике Синанджу? Пустая трата времени!

- Это еще почему?

- Потому что женщины понятия не имеют, что такое правильно дышать. - С этими словами Чиун развязал синюю ленту, скреплявшую свиток.