Наследница Дестроера

- Маленькие неприятности? - вежливо осведомился полицейский.

- Да вот, колесо меняем, - немного нервно ответил Джалид. - Скоро уже поедем.

- Поторопитесь. Я не хочу, чтобы в вас влупился сзади какой-нибудь лихач. Недавно в Америке?

- Ага, - ответил Джалид.

Его английский был вполне сносен - он выучился языку, чтобы писать записки с требованием выкупа за заложников и торговаться с европейцами.

- Тогда вы еще, должно быть, не знаете, насколько опасны наши шоссе. Впрочем, почему бы мне не подстраховать вас с моими мигалками? - с улыбкой предложил офицер.

- Да, да, конечно, - закивал Джалид и взялся за гаечный ключ.

Когда он закончил с колесом, все запрыгнули в машину и умчались на приличной скорости.

- Он был очень мил, - заметил Саид спустя какое-то время.

- Америка вообще очень милая страна, - подхватил Рафик. - Вы заметили? Проехали уже почти пятьдесят километров, а в нас ни разу не стреляли! В Бейруте за сигаретами спокойно не сбегаешь - каждую секунду могут прихлопнуть.

- Америка - страна идиотов, таких же, как вы оба! - огрызнулся Джалид. - Лучше думайте о задании.

Но даже на него Америка, ее просторы, ее чистота произвели большое впечатление. Ему говорили, что когда-то таким же был и Ливан - богатая, плодородная, счастливая земля. Сейчас ее рвут на куски дикие звери, и он, Джалид, - один из них. Он оправдывал себя тем, что родился в стране, уже раздираемой гражданской войной. Его самые ранние детские впечатления были связаны с нищетой и громом далеких взрывов. Первой музыкой в его жизни стали каждодневные причитания убитых горем женщин. Нет, он все делает правильно.

Однако сейчас, мчась в машине по Америке, он увидел, какой должна быть нормальная человеческая жизнь, но вместо чувства вины за то, что тоже приложил руку к несчастьям собственной страны, он ощутил прилив ненависти к Америке, у которой оказалось во много крат больше того, что она заслуживает. И он решил уложить на месте следующего полицейского, который вздумает приставать к нему с разговорами.

Они сидели в кружок в своем номере - не в креслах, а на спинках, пачкая ногами мягкую обивку, - и чистили и смазывали оружие. Со стороны они были похожи на грифов, рассевшихся на скалах.

- Вице-президент обедает в каком-то клубе под названием "Лайонз", сообщил Джалид, пролистав газету, которую стащил со стойки в вестибюле, когда дежурная отвернулась.

- И как мы отыщем это львиное место? - спросил Саид.

- Поедем на такси. Так даже быстрей получится. А как доедем, шофера уберем. - Джалид опустил газету и внимательно оглядел своих людей. - Саид, брат мой, - наконец произнес он с непонятной улыбкой. - Тебе сегодня выпадет большая честь.

- Мне? - Саид улыбнулся в ответ.

Его улыбка не столько выражала радость, сколько скрывала страх.

- Да, - сказал Джалид и соскочил со спинки кресла. - Я все обдумал. За эту работу мы огребем большие деньги. Будет жалко, если не останется никого, чтобы их получить.

Все переглянулись, затем закивали. Кроме Саида. Его улыбка стала еще шире, но в глазах появился болезненный блеск.

- Мы понятия не имеем, каких боевиков эти американцы используют для охраны своих руководителей, - продолжал Джалид, задумчиво почесывая жидкую черную бороду. - Если они охраняют их так же небрежно, как свои жирные, раскормленные города, то это нам раз плюнуть. Может, для устранения этого вице-президента больше одного человека и не понадобится.

- В одиночку? - В голосе Саида слышалась неуверенность.

- Мы останемся снаружи, в случае чего - придем тебе на помощь.

- А если не сумеете?

- Нет ничего проще, брат, - возьмем заложников и будем держать до тех пор, пока тебя не отпустят.

- А что, если меня убьют при исполнении моего долга перед "Хезболлах"? - не унимался Саид. Улыбка на его лице напоминала застывшую гримасу клоуна.

- Тогда причитающуюся тебе долю мы отправим твоей престарелой матушке. Ей будет приятно, правда?

- Вы останетесь непосредственно у входа? - спросил Саид после долгого раздумья.

- У самых дверей, - заверил Джалид. Он подошел и похлопал Саида по плечу. Улыбка на взмокшем от пота лице юноши лопнула как мыльный пузырь. Решено! - воскликнул Джалид, радостно воздевая ладони. - Саиду выпадет честь нанести первый удар. Давайте-ка закажем еду в номер, прежде чем ехать. Сытый воин - уже хороший воин!

Все громко расхохотались. Все, кроме Саида, у которого внезапно пропал аппетит.

Вице-президент тоже не чувствовал голода.

Он посмотрел себе в тарелку - резиновая курица, перезрелая кукуруза, печеная картошка в фольге. Ее почти не было видно под холмиком сметаны. Он взял десертную ложку и попробовал сметану, после чего решил тем и ограничиться. Почему на этих приветственных обедах всегда подают одно и то же? Приготовили бы для разнообразия свинину по-китайски или техасское барбекю! Нет же, всякий раз или курица, которую не прожуешь, или пережаренное мясо с жирной подливкой! А на гарнир - сморщенная картошка или рис, пересушенный в микроволновой печи до состояния семечек.

Вице-президент отставил в сторону тарелку и заказал черный кофе. Когда чашку принесли, он положил четыре ложки сахара, надеясь таким образом поддержать силы.

Со сцены кто-то произносил речь. Лицо знакомое, но кто это - сразу он вспомнить не мог. Вот так уже больше года - мотается с одного завтрака на другой, с обеда на ужин, торчит в прокуренных залах, слушает бесконечные речи, которые, хотя и пишутся лучшими спичрайтерами страны, все составлены как под копирку, так что не отличишь одну от другой - нескончаемая вереница одинаковых мероприятий, уходящих в туманное прошлое, к которому, впрочем, по меркам предвыборной карусели, относилось уже все, что происходило полтора месяца назад.

Потягивая свой кофе, вице-президент пытался не вслушиваться в многословную речь оратора, в коем он наконец узнал губернатора штата.

Какая скука! Все одно и то же, за исключением того выступления, что он сделал на днях. Где это, бишь? Ах да, в штате Нью-Йорк. Та поездка была незапланированной, своего рода импровизация по ходу предвыборной кампании. Он принял решение о ней вопреки возражениям своего штаба, считавшего, что перед персоналом психушки (или что это было - санаторий "Фолкрофт"?) надо хотя бы мельком сказать о проблемах отечественного здравоохранения.