Страница 10 из 214
* Эпизод этот здесь вполне уместен. Калмар и Коннал, два ирландских героя, горячо заспорили перед битвой о том, следует ли вступать в бой с противником. Карил пытается успокоить их рассказом о Карбаре и Грударе, которые, хоть и были врагами, сражались на войне бок о бок. Поэт достигает своей цели, и в третьей книге мы обнаруживаем, что Калмар и Коннал вполне примирились.
** Golb-bhean, как и Cromleach, означает изогнутый холм. Здесь это название горы в графстве Слайго.
Бок о бок бились герои, и заморские пришлецы бежали. Не было на холме славнее имен, чем Карбар и Грудар. Но, увы, зачем по-прежнему мычал бык на гулкозвучной пустоши Голбуна? Они увидали, как скачет он, белоснежный. Ярость вернулась к вождям.
На травянистых брегах Лубара * бились они и пал Грудар, ясный, как солнечный луч. Свирепый Карбар пришел в долину гулкозвучной Туры, где Брасолис,** прекраснейшая из сестер его, затянула в одиночестве песнь скорби. Она воспевала подвиги Грудара, тайно ею любимого. Она горевала, что остался он на поле кровавом, но все же надеялась, что он вернется. Из-под покровов виднелась белая грудь, словно луна из-под ночных облаков. Нежнее арфы звучал ее голос, изливая песнь скорби. Грударом была полна душа ее, к нему втайне обращала она взор свой. Когда же вернешься ты в доспехе своем, воин могучий?"
* Лубар - река в Ольстере. Labhar - громкий, шумный.
** Brassolis означает белогрудая женщина.
"Возьми, Брасолис, - подойдя, сказал Карбар, - возьми, Брасолис, этот щит окровавленный. Укрепи его высоко в чертоге моем, доспех моего врага". Нежное сердце затрепетало в ее груди. Обезумев, бледная бежала Брасолис. Она нашла своего юношу, простертого в крови. Она умерла на вереске Кромлы. Здесь почиет их прах; Кухулин, и эти два одиноких тиса, поднявшись из их могил, желают сплестись в вышине. Прекрасны были они - Брасолис, дочь равнины, и Грудар, сын холма. Бард сохранит имена их и повторит для времен грядущих".
"Приятен твой глас, о Карил, - сказал синеокий вождь Эрина, - и любезны предания минувших времен. Они, словно тихий дождь весенний,* когда солнце озирает поле и легкое облако парит над холмами. Сыграй же на арфе во славу моей любви, воспой одинокий солнечный луч Дунскеха. Сыграй на арфе и прославь Брагелу,** ту, что оставил
* Гомер уподобляет слова, проникающие в душу, падающему снегу:
Речи, как снежная вьюга, из уст у него устремлялись!
[Илиада, III, 222].
** Брагела была дочерью Сорглана и женой Кухулина. После смерти Арто, верховного короля Ирландии, Кухулин, возможно по приказу Фингала, перебрался в Ирландию, чтобы взять на себя управление делами этого королевства на время несовершеннолетия Кормака, сына Арто. При этом он оставил жену свою Брагелу и родовом имении Дунскехе на острове Скай.
я на острове туманов, супругу сына Семо. Подъемлеть ли ты на скале прекрасный свой лик в надежде узреть паруса Кухулина? Куда ни глянь, несутся морские валы, и пену их белую примешь ты за мои паруса. Воротись домой, любовь моя, уже ночь наступает и ветер холодный вздыхает в твоих волосах. Уйди в чертоги пиров моих и вспомни прошедшие годы, ибо я не приду назад, покуда не стихнет буря войны. О Коннал, говори мне о войнах и битвах, изгони ее из моей памяти, ибо любезна мне дочь Сорглана, бела ее грудь, а волосы черны, как вороново крыло".
Отвечал неспешноречивый Коннал: "Берегись племени океана. Вышли вперед свое войско ночное, чтобы следило за силами Сварана. Кухулин, я хочу мира, пока не придет племя пустыни, пока не придет Фингал, из мужей первый, и не воссияет, словно солнце, на наших полях".
Ударил герой в щит военной тревоги, двинулись ночные воины. Остальные легли на оленьей пустоши и заснули под свист унылого ветра. Тени недавно умерших были близко, они плыли на темных тучах. И далеко во мрачном безмолвии Лены слышались слабые возгласы смерти.*
* Древние шотландцы долгое время считали, что около места, где вскоре кто-либо умрет, слышатся вопли духов. Рассказы об этом чудесном явлении, которые и поныне в ходу у простонародья, весьма поэтичны. Призрак является верхом на метеоре, совершает два или три круга над местом, где умрет человек, затем, время от времени испуская вопли, движется по дороге, по которой пройдут похороны, и, наконец, метеор и призрак исчезают над будущим местом погребения.
КНИГА ВТОРАЯ
СОДЕРЖАНИЕ КНИГИ ВТОРОЙ
Тень Кругала, одного из павших в бою ирландских героев, является Конналу, предсказывает поражение Кухулина в следующей битве и настоятельно советует ему заключить мир со Свараном. Коннал сообщает Кухулину о своем видении, но тот остается непреклонен: повинуясь законам чести, он не хочет предлагать мир первым и решает продолжать войну. Наступает утро. Сваран ставит Кухулину унизительные условия, которые тот отвергает. Начинается битва, и оба воинства упорно сражаются, пока бегство Грумала не вынуждает ирландскую армию отойти. Кухулин и Коннал прикрывают ее отступление. Карил отводит воинов на ближайший холм, куда вскоре вслед за ними приходит и сам Кухулин. Он замечает флот Фингала, плывущий к берегу, но наступившая ночь скрывает суда от его взора. Кухулин, удрученный поражением, приписывает неудачу гибели своего друга Ферды, которого он сам убил незадолго до этого. Карил, желая доказать, что неудача отнюдь не всегда преследует того, кто нечаянно убил друга, рассказывает историю Комала и Гальвины.
Коннал лежал под вековым древом, внимая шуму горной реки. На мшистом камне покоилась его голова. Сквозь вереск Лены долетал до него пронзительный голос ночи. Вдали от героев лежал он, ибо сын меча не страшился врага.*
* Ландшафт, где отдыхает Коннал, хорошо знаком всякому, кто бывал в горных районах Шотландии. Поэт показывает героя вдали от войска, чтобы тем самым увеличить ужас явления тени Кругала. Вероятно, читателю будет небезынтересно узнать, как изложили подобный предмет два других древних поэта.
Там Ахиллесу явилась душа несчастливца Патрокла,
Призрак, величием с ним и очами прекрасными сходный;
Та ж и одежда, и голос тот самый, сердцу знакомый.
Стала душа над главой и такие слова говорила.