Страница 17 из 42
- Ну, почему же сразу одна? Могу согласиться и на две, - ухмыляясь, произнёс обладатель болотистых зеленых глаз и светло-русых волос, находящихся в творческом беспорядке. – Меня, кстати, Анатолием зовут, - аккуратно взял он мою ладонь, и поцеловал ее с тыльной стороны. – А кто вы, прекрасная незнакомка?
- Нелли, - пискнула я в ответ.
Вообще-то хотелось проявить твердость и выдать что-нибудь более уверенное, но вышло то, что вышло.
- Боже, да прекрати ты уже, обольститель недоделанный, - зарычал рядом с нами Рома. – Я уже жалею, что привел ее сюда. И двух минут не прошло, как ты начал к ней клеиться.
- Но я же просто знакомлюсь. К тому же ты так и не подтвердил мне, что это твоя девушка. Все чин по чину, не так ли?
Твоя, моя, наша.
Что за дележка между парнями, которых я едва знаю?
- А у тебя, кажется, еще вчера была девчонка с задранным до самых сисек платьем. Лучше напиши ей сегодня и развлекись, как следует. Пойдем, Одуванчик, - вырвал он мою руку из ладони Анатолия, который, к слову, отпускать ее был не намерен.
- Да какой я тебе Одуванчик? – возмутилась я тут же.
- Божий. С голубыми глазами и невинным взглядом, - не колеблясь ни секунды, ответил брюнет. - Пошли. Ты, кажется, торопилась на встречу… с подругой.
- Так зовите подругу сюда! – вновь оживился Толя. – Чаю все вместе выпьем, телек посмотрим.
Рома в последний раз недовольно зыркнул на друга и потянул меня за собой обратно в подъезд.
- Два часа, - бросил он через плечо и свернул вместе со мной к лифтам.
- Что это было? – коршуном налетела я на него, когда мы остались наедине. – Кто это вообще такой и почему ты так себя ведешь? И еще… Одуванчик? Ты что, серьезно?
Рома устало, но притом не менее театрально возвел свои карие глаза к потолку и прошел к открывшейся для нас кабине лифта. Я тут же последовала за ним. Никаких приглашающих джентльменских жестов, как уже повелось между нами, не намечалось.
В голову сразу пришел мой младший братец, который, наверняка, будет вести себя с девушками не иначе. Этикет ему, что ли начать преподавать, чтобы с возрастом не превратился в такого же зеленого плюща?
- Решил в молчанку со мной поиграть? – спросила я, как только створки лифта за нами закрылись.
- Просто жду, когда прекратится твоя истерика, - отозвался парень лениво.
Я хотела было возмутиться еще больше, но поняла, что тогда могу выдать то, что умело скрывала почти всю свою жизнь. Я могла выдать ему себя настоящую.
- Я задала тебе вполне логичные вопросы. Будь добр на них ответить, - старалась я держать под контролем недовольно ворочающегося внутри меня дракона.
- Друг у меня самый обычный. Просто он любит вести себя как придурок и бесить меня этим. Между нами произошел короткий разговор двух мужчин, в который вмешалась женщина, а веду я себя так всегда. Еще что-нибудь интересует?
- Интересует, - бросила я с вызовом.
Рома вскинул бровь, прям как мой брат, чем еще больше вызвал во мне желание заняться воспитанием мальчишки как можно скорее. К примеру, сегодня.
- И что же?
- Твой друг сказал, что ждал тебя, - произнесла я первое, что пришло в голову.
- Отчитаться перед тобой о наших с ним договоренностях?
- Больно надо, - фыркнула я, отворачиваясь.
- Чтобы ты знала, я не только людей спасаю, но и машины.
- Ах, вот оно что, - вздохнула я. – Значит, машину у друга ты не ради меня одалживаешь.
- Разве одно может помешать другому? Я обещал Толяну разобраться с его тачкой. А для своих личных дел я могу ее ненадолго одолжить. Все в рамках закона.
- И бегать по крышам от полиции тоже? – никак не могла я уняться. – Или это твое хобби?
Рома хмыкнул, облокачиваясь на стенку лифта.
- Почему бы и нет? Люблю играть с этими ребятами.
- И ты так спокойно об этом говоришь?
Мой папа и сам в каком-то роде был полицейским, так что мне было хорошо известно, как выглядели подобные погони по другую сторону. И хотя моему папочке повезло, и гонялся за нарушителями правопорядка он обычно на машине, оснащенной мигалками, громкоговорителем и надписью ГИБДД на переднем плане, все это вовсе не было таким веселым, каким выглядело на первый взгляд. Если представить, что сегодня Рома убегал именно от моего отца, то не думаю, что он бы остался настолько умиротворенным. Ту твердость характера, которой не хватало родственнику при общении с женой, он проявлял на полную мощность лишь в одном месте – на службе. Там это действительно был кремень, не терпящий ослушания.