Страница 87 из 118
А Герти подняла было руки вверх, чтобы обнять, прижаться к его теперь уже тёплому телу. Но передумала.
После сладкого поцелуя на душе стало горько.
- Не думаю, что это возможно. После того, как ты поступил со мной...
- Прости… - от Ларса знакомо пахло хвоей, смолой и сухими травами. – Я разозлился. И в общем, не хотел затягивать этот фарс.
Пальцы его всё ещё оставались на её подбородке. Герти слегка нахмурилась и убрала его руку с лица.
- Ты обещал ответить на кое-какие вопросы.
- Да.
- Что нужно делать?
- Прочесть мои мысли.
- Ты спутал меня со своей… рыжей. Я не умею влезать в чужие головы.
- У тебя получится, - Ларс обхватил лицо девушка руками и поднял так, чтобы их глаза встретились. – Просто посмотри на меня, - он приложил её ладони к собственным вискам. – Смотри в мои глаза… в мою душу…
Герти всматривалась изо всех сил. Но видела только собственное маленькое отражение в его красных радужках… потом сосредоточилась на чёрных зрачках, и… будто нырнула в темноту, провалилась вглубь…
На дне сверкнула искра и разгоралось пламя… жаркое, тлеющее, оно разливалось по телу вампира, испепеляя его сердце, мысли, разъедая саму его темноту… имя этой страсти было – Эвтерпа…
Герти отпрянула и хотела вынырнуть из его сознания, но вампир крепко прижимал её руки к своей голове, заставляя остаться, смотреть, что будет дальше.
Герти увидела, как зарождается любовь всей его жизни…
Поле боя… Раненые… Эв-втер-р-па… Целыми столетиями рядом. Советует, помогает… Он называет её женой перед ликом Танатоса… А она уже любит другого… И следующего. Он прощает. Делает вид, что не видит. Она нарушает правила. Устраивает оргии… Друзья давно говорят, что Эвтерпа заслуживает смерти. А он не может её убить.
Как можно уничтожить часть себя?..
Он решил подумать об этом позднее – сейчас война среди вампиров. В замке много работы. Он с Горацио и Сеичи инициируют и учат новообращённых.
- Ах… - Герти вздрагивает, когда видит окровавленного Кая.
Олег принёс мальчишку-охотника, которого загнали волки. Почти успел.
Герти рвётся к Каю, садится в изголовье, касается прохладной рукой мокрого лба. В ответ на её ласку Кай-человек улыбается и перестаёт метаться в горячечном бреду.
Ларс поит его кровью, смешанной с собственным семенем, и раны Кая затягиваются на глазах.
«Соврал…» - запоздало понимает Герти и слышит голос Ларса.
- Боги Света первыми начали создавать жизнь. Их природа созидательна по своей сути. Тёмные же сотворили собственных детей, из чувства зависти и желания показать, что не менее могущественны. Дети Света получали жизнь в женском теле и выходили из него. Тёмный же, отступив от всеобщего правила, сам создал питающихся кровью, без тела-сосуда. Но рождаться вампиры могли только от мужчин – неправильно, извращённо, с мутациями и риском погибнуть в процессе превращения...
Это странно, но в сознании Ларса Герти прекрасно понимает, что такое «мутация».
- Но боги, даже жена Тёмного, взглянув на новые создания, осудили их творца, сказав, что он ничего не создал, только испортил существующее. И тогда Тёмный поделился с вампирами вечным существованием.
- Вечным существованием! – Эвтерпа кружиться на берегу рядом с бушующим морем, а её мокрое платье сминает яростный ветер. – Он сказал, что мы – его испорченные дети – останемся в веках и будем вечно терзать тела самых слабых, но самых любимых отродий Света – людей, - рыжая радостно смеётся.
Ларс не согласен, но молчит. Лежит на мокром берегу. Он слишком устал после очередного сражения с себе подобными. И убежище далеко. Зато душа его не спит, волнуется, как это море. Но даже вся его вода и мощь не усмирят сжирающее его изнутри пламя…
Только очередная победа приносят чистую радость, а долгая кропотливая работа приводит мысли в порядок.
И новая вспышка боли – любимая сознаётся, что её любовник – вампир-новобранец – инициировал новых детей ночи. А она помогла. Ей было любопытно, что получится.
- Удовлетворение любопытства – единственная радость в моём существовании, - печально произносит Эвтерпа и…
И он понимает, что ей всегда будет мало.
Мальчишку и незаконных вампиров решено казнить. Лишние рты – называет их Сеичи и по очереди оставляет в каменном мешке с открытым окном. Герти невыносимо слушать их вопли. Каждое утро больше недели. Но также невыносимо было смотреть, как сжигают деревню с высушенными трупами и оставшимися в живых людьми.
- Ларс, это свидетели… Им просто не повезло, - убеждает его Горацио. Но убеждаться не получается.
Он прогоняет Эвтерпу навеки, показывая на прощание, что делают охотники с вампирами, угодившими в их руки. Любимая долго рассматривает, подобранный когда-то Ларсом растерзанный мумифицированный труп. И, кажется, впечатляется.