Страница 41 из 118
«Любимый?» - Герти разглядывала вампиршу, тонкую фигурку которой не утолщал даже атласный лиф и широкие старомодные рукава.
- И столько угощения, – рыжая кивнула в сторону стола и замерших в ожидании развязки людей и вампиров, но явно имела ввиду не кубки с вином, которые некоторые вампиры держали в руках для вида.
- Они – не еда, - голос Ларса прозвучал тихо, но жёстко. Он убрал с лица её ласкающую руку и отошёл на шаг.
- Не еда? – Эвтерпа заливисто рассмеялась, обнажая короткие острые клыки, и смех этот подхватили её сопровождающие.
Герти только сейчас заметила, что одного из сопровождающих Эвтерпы, испачканного кровью, Сеичи вёл к Ларсу, заведя руки нарушителя за спину.
- А что же? – незваная гостья по кукольному расширила глазки. – Подруги? Любовницы? А-а… всё в одном. Это даже удобно, если подумать. Возьму идейку на вооружение, - она довольно хихикнула.
- Эвтерпа, в этом доме существуют правила.
- Следи за словами, – влез Кай в беседу. Он усадил борящуюся с головокружением Хайнрике за стол и помог ей отпить из кубка. – Девушки могут обидеться. И не дать тебе крови.
- Правда? Прости-простите. Это что-то новенькое, - в голосе Эвтерпы не слышалось и тени раскаяния.
- Я выгнал тебя 178 лет назад. Много воды утекло, - Ларс скрестил руки на груди.
- Так давно? А мне показалось, прошла пара лет, - Эвтерпа хищно улыбнулась и пригладила белой ручкой медную волну волос, спускающуюся на грудь. – Ты считал годы... Как мило. Я тоже… очень соскучилась.
- А я ещё нет. И жду извинений.
«Ещё…»
- И я, - вставил Кай.
Эвтерпа расправила юбку, надорванную спереди, и из-под подола показалась стройная ножка в тонком чулке и изящной туфельке.
- Я думаю, нам надо кое-что обсудить. Без лишних глаз и ушей, - рыжая обвела взглядом собравшихся.
- Вижу, что ты не одумалась. Дело твоё. Тогда убирайся отсюда. И поскорее, - Ларс не кричал.
«Но лучше бы уж проорался. А то его злость прямо-таки висит в воздухе. И душит».
- Правильно думаешь, девочка, - Эвтерпа взяла Герти пальцами за подбородок. – Наш друг всегда был скуп на эмоции. А ещё безнадёжно… лицемерен, – она подняла человечку немного повыше, и взгляд её не обещал ничего хорошего. – Следует держать вас в загоне. Как скот. Коим все вы и являетесь, - тонкие пальчики больно вцепились в горло Гертруды.
Но всего на секунду.
Через мгновение Ларс уже крепко держал рыжую за руку в метре от Герти. А девушка схватилась за шею руками и пыталась прийти в себя от запоздалого испуга.
Девять вампиров в винном бархате угрожающе зашипели. Десятый ловко вывернулся из рук державшего его Сеичи и присоединился к отряду своей госпожи.
- Если ты ещё раз… хоть пальцем прикоснёшься… к моим людям, - Ларс сверкнул розовыми радужками с огромными чёрными зрачками. – Я лично разорву… тебя… на кусочки. И сброшу на скалы, где твоими гниющими останками побрезгуют даже орлы и дикие животные.
«Двенадцать против одиннадцати. О, боги, как страшно! Хоть бы не начали драться! Отец говорил, что численное преимущество – не всегда имеет значение, а особенно такое малое».
- Ты всё так же страстен… - томно потянулась Эвтерпа. – Хотя и претворяешься отмороженным камнем. Обещаю, я буду вести себя прилично.
- Не верю.
- Ларс... мне правда необходимо укрытие, - с рыжей красавицы слетела вся надменность и язвительность.
Даже Герти вдруг почему-то прониклась сочувствием к незваной гостье.
- Позвольте вмешаться, - Горацио подошёл к Ларсу, и тот наконец-то выпустил руку вампирши. – На какой срок тебе необходимо спрятаться?
- Лучше ответь, что ты натворила на это раз? – Ларс с трудом удерживал самообладание.
- Успеется, - Горацио положил руку на плечо старого друга.
- Недельки нам хватит, - Эвтерпа мило улыбнулась и сделала бровки домиком.
- У меня нет… столько…
- Людей? Я попрошу ребят, и они принесут нам семеро взрослых из ближайшей деревни, - произнесла рыжая так просто, будто речь шла о паре вяленых окороков.
- Исключено! – Ларс не сдержался. – Это! Запрещено! Правилами нашего дома!!!
- Ну что ты разволновался? У тебя день рождения. Давайте забудем все недоразумения, и продолжим празднование. – Эвтерпа схватила со стола кубок и прокружилась, как в танце. – А все насущные проблемы оставим на завтра, - пропела она. – Завтра мы всё решим. Помнишь? Ты сам говорил, что не бывает нерешаемых задач, – она плюхнулась на трон, заняв место Кая.