Страница 63 из 68
Пока он перекладывал вещи из всех мешков в свой, я размышлял над мыслью, которая не покидала мою голову с тех пор, как Зверь показал Шведов броник. Теодор возился, стоя спиной ко мне, поэтому я очень тихо подполз к дохлому водиле и начал искать, где открывается застёжка на его поясе. Проклятущее деньгохранилище ни в какую не желало покидать талию своего прежнего владельца. Да ещё приходилось осторожничать, пытаясь не перемазаться в кровавых ошмётках, разбросанных вокруг. Когда мне, наконец, удалось стянуть пояс, я вздохнул с видимым облегчением.
- Мародёрствуем, помаленьку? - в голосе Теодора явственно ощущалось осуждение моего поведения, - ну что вы за люди? Даже в преисподней будете заниматься своими делишками - воровать, убивать, насиловать!
- Ему эти деньги уже ни к чему, - я не собирался оправдываться, как-то само по себе вышло, - а у меня семья, дочку кормить надо, жену...Этих денег, - я застегнул похрустывающий пояс на себе, - мне не заработать за всю жизнь.
- Да Утюг заплатит такие деньжищи, которых тебе хватит на всю твою бесконечную жизнь, - сказал Теодор с досадой, - а ты возишься с этими копейками, обирая трупы!
- Хрен его знает, этого вашего Утюга, - я пожал плечами, - заплатит он или нет. А вдруг я выберусь наружу сам? Где я будутогда искать этот, ваш электроприбор?
- Думаешь, я могу погибнуть, а ты останешься жив? Ну ну, - ему это показалось смешным, - А за Утюга не беспокойся, если ты ему потребуешься, он тебя отыщет моментально. Страшненький человечек, но дело своё знает. А его сейчас прижало так, что он крутится, словно вьюн на сковороде.
- Посмотрим, - неопределённо протянул я и одёрнул куртку на себе, - ну, идём?
- Идём, конечно...
Судя по всему, Теодор растерял остатки уважения, к моей и без того скромной персоне. Разговаривать со мной он даже не пытался, ограничиваясь короткими командами. Плевать! Переживём и это. Идти оставалось уже не долго, а ощущение приятной тяжести на поясе здорово согревало мою исстрадавшуюся душу. Тридцать или сорок штук - намного лучше, чем обещанные три.
Мы шли по узким коридорам в абсолютной тишине, а это наводило на высокие мысли. О поэзии скажем, о Гумилёве, в частности. Да и вообще, предчувствие грядущего подарка, приготовленного судьбой, едва не заставило бежать в припрыжку.Точно так же, как в детстве, я ожидал дар, который родители спрятали под мою подушку.
Откуда-то начал доноситься тихий гул, на который я сначала, погружённый в свои мысли, не обратил внимания. Но шум становился всё громче, и я не выдержал, поинтересовавшись у неутомимого Теодора:
- Это что за ерунда шумит?
- Вода, - коротко бросил он, но не выдержав ответил подробнее, - впереди течёт река, через которую мы, с тобой, переберёмся. После этого ещё минут десять ходу, и мы окажемся около развилки. Главное её не пропустить. Ход вниз, очень незаметный, поэтому прошлый раз я прошёл мимо. Но, по плану в книге, он должен быть.
- Может быть его завалило? - высказал я предположение, от которого самому стало невесело, - придётся раскапывать, а у нас и лопат-то нет...
- Посмотрим, - отрезал мой спутник и умолк.
Спустя пару минут мы выбрались в обширную пещеру, потолок которой терялся в бледно голубом сумраке, рассеять который не мог даже достаточно сильный фиолетовый свет, испускаемый стенами. Мы оказались на краю невысокого обрыва, возвышающегося над берегом узкой речки, несущейся с бешенной скоростью из-за поворота пещеры, чтобы скрыться за таким же изгибом стены полусотней метров дальше. Вода в потоке оказалась
невероятно чистой и как мне показалось, слабо светящейся, поэтому я мог различить самые маленькие камни на его дне. Противоположный берег напоминал пляж, как своей пологостью, так и покрытием, похожим на зеленоватый песок. Да и вообще, цветовая гамма здесь вызывала приступы головокружения.
На рыхлой массе пляжа можно было рассмотреть глубокие отпечатки чьих-то огромных лап, следовавших вдоль берега и человеческие следы, исходящие из воды и направляющиеся в сторону чёрной дыры стены пещеры. Поскольку ветра здесь не было, отпечатки ног могли сохраняться бесконечно долго, лишь слегка изменяя свою форму. А кстати...Я ткнул пальцем в цепочки следов и вопросительно посмотрел на Теодора, который наклонил голову в ответ на мой незаданный вопрос.
- Да, там есть и мои, - сказал он и покачал головой, - больше века они ждали, когда я вернусь и оставлю новые. Честно говоря, не очень верится. Ладно, пошли.
Не успел он закончить свою фразу, как за нашими спинами раздался оглушительный вопль и пронзительный скрежет. Совсем рядом! Долбаный Феникс до последнего сдерживал свои вопли, намереваясь подобраться как можно ближе. И у него это получилось, мать его! В тот самый момент, когда мы были в двух шагах от цели! Б...дь!
Теодор с непринуждённой лёгкостью спрыгнул вниз, подняв фонтан брызг и энергично махнул мне рукой. У меня получилось хуже. Намного хуже. И даже так будет слишком слабо сказано. Чтобы не вдаваться в лишние подробности, могу заверить: получить каменистым дном по физиономии очень неприятно. Теодор ухватил меня за шиворот и выдернул из колючего гравия.
- Ну какой же ты неуклюжий! - в сердцах воскликнул он и замер, уставившись за мою спину, - Иисусе...
Отряхнув воду с лица я повернулся и увидел сквозь водяную пелену, застилающую глаза, ослепительное сияние. Пока я пытался отряхнуться, спутник тащил меня через реку, вполголоса ругаясь какими-то архаичными, непонятными мне, ругательствами. Внезапно он остановился и отпустил мою куртку.
- Не успеть, - сказал он с внезапной тоской, - вот и всё...
Как выяснилось, он был абсолютно прав. Феникс, мерцая, словно испорченная лампочка, опустился к самой кромке воды, от поверхности которой начал подниматься бледный пар. Сейчас тварь находилась не далее, чем в десятке метров от нас. Ей бы потребовалось, не больше полминуты, для преодоления этого ничтожного расстояния.
- Он боится воды, - пробормотал Теодор, напряжённо глядя на чудовище, - но это его не остановит.