Страница 4 из 68
Скользкие бутылки норовили покинуть непослушные пальцы, поэтому всё время приходилось подхватывать драгоценную ношу, успевая сделать пару-другую глотков, становящегося всё более непонятным на вкус, напитка. Костик, то и дело пытался, активно помогая себе руками, рассказать мне об основных проблемах проектирования железнодорожных цистерн, а я всё время успокаивал его, спасая бутылки от последнего полёта. Внезапно кум позволил себе расслабиться и кротко засопел, привалившись спиной к мокрому стволу какой-то берёзовой осины. Как и следовало ожидать, на противоположной стороне улицы немедленно нарисовался ментовский патруль, и я проклиная всё на свете, поволок тяжеленного алкаша к себе домой. К счастью кум не сопротивлялся, а к несчастью этот гад и не думал мне помогать! Как я умудрился доволочь его и ещё четыре бутылки пива до подъезда - не помню, но точно знаю: свою бутылку я прикончил.
Ключ наотрез отказался попадать в замочную скважину, видимо сломался, поэтому пришлось как следует утопить кнопку звонка, чтобы пьяная жена сумела услышать его и доползти до двери. На пороге появилась разъярённая тигрица, чем-то отдалённо напоминающая мою супругу.
- Ты окабанел? - рявкнула она громким шёпотом, - половина первого! Ребёнка разбудите, уроды! Где вас носило?
- Мы пиво пили, - подал голос кум, у которого вопрос очевидно вызвал некие смутные ассоциации в области устаревшей рекламы, - ща ещё врежем!
- Мать его звонила, - угрюмо буркнула жена, сумеречно созерцая физиономию Кости, плывущую в блаженном море нирваны, - сказала, пусть идёт домой.
- Куда ему? - я развёл руками, понимая во внезапном проблеске мысли, что на тёмных улицах пьяный кум не сумеет отыскать дорогу домой и навсегда потеряется, - пусть остаётся.
Пока жена пыталась разместить телеса Костика на узком диване, я отправился на кухню, намереваясь допить оставшееся пиво, ибо до утра оно могло прокиснуть. К сожалению, у меня ничего не вышло. Первая же бутылка, которую я намеревался прикончить, прикончила меня. Совершенно неожиданно для самого себя - я уснул.
Сознание вернулось, потому как кто -то, весьма злобный, энергично тряс меня за плечо, принося невыносимые страдания голове, превратившейся в сосуд, наполненный огненной болью, распирающей кости черепа. Боль агрессивно пульсировала, пытаясь выбраться наружу и терпеливо ожидая того момента, когда я открою глаза, чтобы проделать этот садистский фокус.
- Вставай, просыпайся! - рычали демоны преисподней, вползая в моё ухо и терзая остатки плавящегося мозга, - да вставай же! Опоздаешь - я тебя сама придушу!
Как выяснилось, в ухо мне вопили вовсе не жители геены огненной, но существа весьма им близкие. Разлепив веки я сумел рассмотреть жену, полностью одетую и накрашенную. Оскалив зубы, она изо всех сил терзала моё плечо, пытаясь нарушить
идиллию утреннего похмелья. К моему большому сожалению ей это удалось. Как всегда...
- Да куда ты так торопишься? - поинтересовался я, ворочая языком в лучших традициях Иронии судьбы, - дай мне прийти в себя. Кофе...
- Может тебе ещё и какаву с чаем? - супруга ткнула мне в бок длинные когти наманикюренных пальцев, - Федька уже пятнадцать минут ждёт под подъездом и сказал, что если через десять минут мы не выходим - он отваливает. Вот тогда, то я тебя удавлю!
- Мы выходим? - переспросил я, пытаясь засунуть распухшую голову под ледяную струю из чихающего крана, - кто это - мы?
- Да быстрее же, мало того, что ворочаешься, как ленивец, так ещё и дурацкие вопросы успеваешь задавать, - жена волокла к дверям сумку, собранную вчерашним вечером, а за её спиной маячил призрак кума - опухшее, после вчерашнего, привидение с узкими щелями глаз, - мы - это ты и я. Малую я на пару часов сбагрила соседке, пока не заберу твой аванс.
- Очень мило, - бормотал я, пытаясь дрожащими руками натянуть прыгающие штаны, в то время, как голова пыталась перевесить тело и опрокинуть меня на пол, - аванс предназначается мне, а возьмёшь его ты. Где же справедливость?
Слабые женские ручки с силой терминатора повернули меня и во мгновение ока привели одежду в относительный порядок, после чего под окрик: "Пшшёл!" я пшшёл в прихожую, где кое как натянул готовую к отплытию обувь. Костик, всё это время, подрёмывал, прислонившись лбом ко входной двери и отставив задницу так, словно надеялся на присутствие в квартире лиц нетрадиционной ориентации. Таковых, естественно, не оказалось и его весьма проворно выпихнули на лестничную площадку, где он и остался, тревожа утробным храпом людоеда просыпающихся соседей. Впрочем, это уже никого не интересовало. Главная цель оказалась достигнута: я с супругой ИО буксира со свехзвуковой скоростью перемещался вниз по ступенькам, осознавая каждую, как отдельню вспышку в расплавленном желе непохмелённого мозга.
Федькина шоха действительно стояла около подъезда, блистая свежевымытыми бортами омерзительно зелёного цвета. Прямо перед моим носом распахнулась дверца, едва не расквасив означенный орган и меня впихнули внутрь. Причём так быстро и ловко, точно работала банда опытных киднепперов. Всё продолжало происходить, как в дурном похмельном сне: из серого тумана вынырнула мужская рука и пристегнула ремень безопасности, после чего мир мелко затрясся и, негромко завывая, поплыл мне навстречу. Инфернальный голос Фёдора рявкнул над ухом:
- Что это он сегодня какой-то необщительный?
- Не проспался, падла, - любезно известил голос жены, - вчера черти кума принесли, так они на пару нализались, да так, что сегодня с трудом растолкала.
- Я сам встал, - уточнил я, с огромным трудом приподнимая две чугунные плиты, которые какие-то недоумки уложили мне на глаза, - с-сам.
- А это ничего, что он, гм, такой? - встревожено поинтересовалась моя дражайшая половина, очевидно озабоченная состоянием моего здоровья, - его не пошлют, куда подальше?
Федька издал глухой смешок и через похмельную пелену мне послышалось в нём нечто зловещее. Захотелось взглянуть в глаза этому весельчаку, но представив последствия подобного упражнения, я с ужасом отказался от этой идеи.
- Не пошлют, - заверил он, с непоколебимой уверенностью в голосе, - какое им дело до его состояния? Главное, пусть работу выполняет, а там пусть хоть упадёт. Да у него и время будет, проспаться: ехать достаточно далеко.