Страница 11 из 32
Площадка в три десятка шагов, окаймленная с трех сторон густыми кустами, примыкала к скальному выступу. В его сглаженной временем стене темнел невысокой вход в пещеру. Не очень хорошее укрытие, бежать при случае некуда. Но и не было заметно, что этой площадкой часто пользуются.
Негромкий шум на площадке приглушил шаги вернувшихся самцов. Шесть фигур, нагруженных хворостом, выскочили на площадку и по очереди сгрузили свою ношу у костра. Отстав от них на полсотни ударов сердца, появился и Хромой. Стоящие самцы, дождавшись его, сгрудились вокруг. Несколькими жестами он распределил их и, разбившись на пары, они разбежались в разные стороны. Двое нырнули обратно в кусты, еще две пары, скинув с себя накидки, со своими копьями разошлись в разные стороны площадки, не спуская с меня глаз. Оставшиеся самцы с интересом разглядывали меня. Все четверо были подростками, немного старше меня по виду. И как все здесь, очень худыми.
У самок тем временем приготовления были в самом разгаре. Костер наконец горел. Потянуло запахом жареного мяса и другой еды. Первый раз я видел, как выглядит повседневная жизнь орков, и интересно мне было по-настоящему. Куски мяса выкладывались на широкие листья, обкладывались какими-то корешками, плотно укутывались и укладывались на угли. Рядом с ними в горячие угли закапывали какие-то коричневые комки. Первую порцию отдали паре подростков, и они, буквально проглотив полученное, надев накидки, нырнули в кусты. Видимо, это была смена дозора, так как вскоре примчались пара уже знакомых мне братьев. Негромко переговариваясь, все стали рассаживаться вокруг костра. Ко мне подбежали Ая с подругой и разложили рядом со мной еще один костер, поменьше.
От общей группы отошли Тзя и Хромой и сели напротив меня. Ая принесла в корзине нашу еду и поставила ее у ног Тзя. Все также молча она достала из-под фартука нож и с поклоном передала его мне. Ая каждому из нас поднесла корзинку, и мы взяли по завернутому в листья куску мяса. Развернув его, мы получили от нее дополнительно в этот лист еще по горсти коричневых комков. Сбегав к костру, Ая принесла еще плетеный из коры туесок с водой и, отмахнув поклон, умчалась к общей группе.
Не торопясь прожевав полученную скудную порцию, я запил ее водой, посмотрел на быстро умявших свое сотрапезников.
- Говорим?
- Спрашивай, - я сел поудобнее.
- Расскажи ей.
Повторив для Тзя историю с их соплеменниками, я получил от нее хмурый взгляд.
- Твой род?
- Далеко, очень.
- Изгой?
- Нет.
- Что ищешь?
- Новое место. Для себя.
Помолчав Тзя, спросила.
- Щенок?
- Нет. Подросток.
- Нужна семья?
После этого вопроса Тзя подалась вперед, впившись в меня взглядом. Хромой, до этого царапавший палочкой землю, тоже поднял глаза на меня.
- Пока нет. Хожу еще совсем мало.
- Оставайся, охотник ты умелый.
Склонившись вперед, я скрестил руки на груди в форме вежливого отказа. Задержавшись в поклоне в знак уважения старшим, я поднял глаза на собеседников.
Хромой вернулся к своей палочке. Тзя недовольно тряхнув косичками, задумчиво смотрела на меня.
- Самку дам, молодую. Аю. Дочь.
Хлопнув себя по груди, я ответил жестами.
- Подросток. Щенки плохие будут.
Она утвердительно кивнула мне в ответ.
- Да, рано.
Покивав своим мыслям она опять посмотрела на меня.
- Когда уйдешь?
- Утром.
- Хорошо.
Поднявшись с земли, она ушла к костру. Сидевший молча Хромой поднял на меня глаза.
- Уходи. Сейчас.
Благодарно ему кивнув, я ответил.
- Завтра.
Пожав плечами, Хромой тоже поднялся и пошел к своим.
У большого костра тем временем тоже закончили трапезу, и все засобирались спать. Самки дружно залили костер и засыпали его землей. После чего, загнав впереди себя детей, нырнули в нору. Самцы, подобрав копья, начали устраиваться у входа. Мне предоставили самому выбирать место для сна. Отойдя в сторону от входа в пещеру, где кусты примыкали к скале, я сел опираясь на короб спиной. Поставил посох рядом, накинул капюшон и закрыл глаза.
Тихий гомон, доносившийся их норы, быстро утих. Ближе к середине ночи мимо меня в кусты прошмыгнули два брата, покосившись в мою сторону сверкнувшими в лунном свете глазами. Сменившиеся дозорные нырнули в нору.
Интересно, решится Тзя? Еще после разговора у костра я понял, что она обязательно попытается напасть. Как она смотрела на нож, мою одежду, как ее глаза зажигались при взгляде на мой короб. Но первый раз встретившись со своим народом я умирал от любопытства. Все ее мысли легко читались на ее лице. Не знаю, чего я ждал, но я продолжал сидеть, чутко прислушиваясь.
В норе началось шевеление и возня. Из нее выскользнули четверо самцов, за ними полезли самки. Уже не скрываясь, они начали окружать меня. Самцы наставили на меня копья, самки держали в руках камни. У входа остался только Хромой, демонстративно опершийся на копье. Я встал и лениво потянулся. Расталкивая собой толпу, вперед вышла Тзя. В ее руках была увесистая дубина. У нее за спиной в полумраке тенями передвигались силуэты самок и замерли самцы. В свете луны поблескивали глаза и зубы. Все в почти полной тишине. Прерываемой звуками тихих шагов непрерывно кружащих самок. Тзя дернула плечом. Все замерли. Вышедшая из облаков луна осветила эту картину.
- Не сопротивляйся. Возьмем все твое, может, отпустим. Ты крепкий, захочешь, останешься.
- Тзя, не начинай того, что не сможешь закончить. У тебя и так очень мал род. Станет еще меньше. Если я оставлю кого-нибудь. Мне не нужно ваше. Утром уйду.
- Щенок знает много слов. Я все сказала.
- Вызов.
- Щенок, чужой, Старшей рода. Нет вызова.
Я мотнув в руках посох, выкинул лезвие и, направив его в сторону Тзя, произнес.
- Воин, самке, до утра гость. Вызов!!!
Блеснувшее лезвие заставило шарахнуться всю толпу на пару шагов. Тзя пошатнулась и крепче перехватила свою палку. Самки еле слышно горестно заскулили. Подростки опустив копья стали оглядываться на старших
- Я гость. Род напал. Могу взять кровь всех. Или только Тзя?
Подошедший от норы Хромой, отодвинув старшую плечом, спросил.
- Воин?
- Воин.
После моих слов подвывание самок еще усилилось, подростки стали коситься на кусты.
- Ученик?
- Кольцо.
Размотав повязку на руке, я поднял ее, показав кольцо на пальце. Общий тихий вой пронесся по поляне. Орки, съежившись и сгорбившись, приникли к земле. Тихо шипя и пряча глаза. Не все.
Тзя, выронив палицу, шагнула вперед и, опустившись на колени, сказала.
- Тзя. Только Тзя, не род.
Хромой, шагнув вперед, протянул ко мне руку.
- Без старшей, тяжело. Возьми дар.
Кивнув ему, я резко присел, пропуская летевший мне в голову камень. Ая, выхватив у ближайшего подростка копье, дико визжа, прыжками бросилась на меня. Подбежав, она достаточно сноровисто ткнула меня в грудь. Сделав шаг в сторону, я со всего маху двинул ее древком по голове. Пискнув, она рухнула во весь рост на землю. Я развернулся навстречу набегающей на меня Тзя. Нырнув под ее замах, тупым концом древка ударил ее в живот. Рыкнув, она, согнувшись, сделала еще шаг и попыталась ударить меня с разворота. И, получив удар в лоб посохом, рухнула на свою дочь.
- Стоять!!!
За спиной рык Хромого остановил общий порыв орков. Замерев, они уставились на него. Хромой, подняв над головой двумя руками копье, произнес.
- Род ждет твоей воли, воин.
Положив перед собой копье, он опустил голову. Помедлив мгновение, из рук всех остальных посыпалось их оружие.
Опустив жало к земле, я сказал.
- Волю утром.
Указал на лежащих.
- Помочь. Связать.
Утро застало меня не выспавшимся и злым. Теперь мне нужно было принимать решение. Нарушение правил было, и наказание было регламентировано. Убивать надо было обеих. Весь род нес ответственность за своих членов. И если с Тзя я рассчитал все правильно, то Ая в моих планах не учитывалась. Наличие двух провинившихся ставило всю семью в такую зависимость от меня, что мне было проще их всех перебить, чем брать на себя столько забот.