Страница 2 из 52
— Путь не долгий, к вечеру доберешься, но в городе все дорого, даже ее сестра дерет нещадно, так что пригодится.
— Ой, что это я, сейчас, черкну ей записку, чтобы скидку сделала, а то действительно обдерет как липку, — засуетилась трактирщица.
Через несколько минут, я уже шла по дороге к столице. В кармане лежала записка для Летты, в руках котомка с едой и рюкзак с вещами. Да я богатейка, и даже не из — за монет звенящих на дне, мне повезло, у меня оказывается есть друзья, которые помогли, когда я этого не ожидала. Даже порадовалась, что сообразила зайти к Венну. Предупредила обо всем, и еще заручилась поддержкой. Жутко хотелось приступить к чтению, но на ходу читать так же удобно, как и читать сидя на потолке, а останавливаться тоже не вариант, лучше я уж доберусь до отдельной комнатки и наслажусь чтением лежа в теплой кроватке. Да, что-то холодать стало, неужели зима близко? Я поежилась и глубже завернулась в плащ. Навстречу попадалось все больше людей, которые стремились быстрее попасть домой, на десятом прохожем я даже научилась автоматически приподнимать шляпу в приветствии. Книги тяжело оттягивали плечо и я пожалела, что в этом мире нет пространственных сумок, все нажитое имущество приходится носить на себе.
Венн был прав, до города я добралась к вечеру. Церлин был окружен широкой рекой, мост перекинутый от мощеной набережной к золотым воротам, переливался всеми цветами радуги, создавая полную ее иллюзию. Сам город был расположен на холме, и в самом центре, сверкали башни королевского дворца. Я была права, когда сравнивала королевский замок с Саградой фамильей. Длинные узкие башни взвивались в небо, чуть ли не задевая облака шпилями. Не знаю, как они выглядели до того, как потускнели, но и сейчас они прекрасно сверкали в лучах закатывающегося солнца. Я не спешила в сам город, хотелось полюбоваться видом. На этой стороне реки помимо набережной, были рассыпаны домики рыбаков, небольшие кафе, на реке покачивались лодки, а со стороны города причалы хранили парусные яхты с высокими мачтами и спущенными парусами.
По набережной как и по мосту прогуливались люди разных сословий, здоровались друг с другом, заводили беседы. Я поймала себя на мысли, что смотрю какой-то костюмированный фильм, сразу захотелось присесть за столик в кафе и потягивая бокал вина созерцать прекрасный вид на город и на людей. Решив, что от моего бюджета не убудет, села за ближайший столик. Увидев кислое лицо официанта, который, казалось, хочет выгнать меня взашей, ну да, одежда на мне была не такая как на гуляющих господах, но чистая и опрятная. Когда же я вынула из кармана северн, и прокатила его между пальцами, толкая костяшками от указательного до мизинца и обратно, кривляние перетекло в услужливую улыбку. Посмотрев на реку, мне дико захотелось рыбу, жирненькую, желательно под сливочным соусом с пряными травами. Желудок призывно заурчал.
Найдя в меню вожделенный продукт, я ткнула в него пальцем, пить не хотелось, но когда мне принесли блюдо, к нему полагался бокал прозрачной жидкости и графин воды. В
бокале обнаружилось белое вино, как раз к рыбке, но рисковать я не стала, мне еще Летту искать, разбавила наполовину водой. Я даже не заметила, как съела половину, кусочки таяли во рту, наполняя приятным вкусом все рецепторы, чувствовалась кислинка лимона и пряная острота перца, а ароматы свежего тимьяна щекотали обоняние. Солнце опустилось еще ниже и аккуратно зависло между двумя башнями замка. Это было невероятно, все люди как по команде остановились, и повернулись в сторону города, словно ожидая прилета дракона или чего позрелищнее. И я не ошиблась, свет, преломляясь на гранях золотых куполов, упал в самые недоступные части города, это было… Это как увидеть северное сияние, солнечное затмение и восход кровавой луны одновременно. Зрелище настолько ошеломляющее и неординарное, что я забыла обо всем, как и остальные, вцепившись взглядом в радужные переливы. Еще немного посияв, солнце снова изменило положение, и буквально ослепило всех на набережной, послав луч, усиленный блеском золота. Все кроме меня ожидали этот маневр, и прикрыли глаза, мужчины рукой, женщины веерами или зонтиками, я же ослепла на пару секунд, а когда очнулась, котомки с едой, которую я положила в ноги уже не было. Я ринулась проверять свои вещи, но рюкзак был на моем плече, надежно прикрыт плащом. Ну а еда, я уже не голодная, кроме того, легко пришло — легко ушло и если котомка пропала, значит, кому-то она намного нужнее.
— Возвращение Проклятого принца. Скоро ли свадьба. Интервью с главным магом королевства, братом невесты. Открыта вакансия Онижского книжника, в связи со смертью предыдущего.
Мальчишка, разносчик газет сыпал заголовками, будто горохом, и одна горошина попала прямо в мое сердечко. Я чуть не захлебнулась водой, отпивая из бокала. Неужели новость о смерти моего учителя настолько обыденная, что ее можно преподносить именно так, как поиск очередного государственного служащего. Ничего святого у людей нет…
Я посмотрела на кусок недоеденной рыбки, и бросила его проходящему коту, тот посмотрел на нее, сморщил мордочку, но после того, как я погладила пушистую шерстку, с удовольствием и аристократической неторопливостью приступил к трапезе, вот привереда. Я отряхнула руки, и встала со стула. Оставив официанту ту самую серебряную монетку, я направилась в город, будет опасно искать нужную улицу в темноте, а сейчас, когда солнце еще не село, можно не торопясь, осмотреться. Перейдя через мост, я вошла за ворота, охраняемые двумя грозного вида гвардейцами. Никто меня не задержал, и не фиксировал, но проходя через ворота, я почувствовала, что прохожу через прозрачную завесу, ощущение не из приятных, но не долгое, будто погружаешься в густой кисель.
В городе тоже шла бойкая торговля газетами, но они меня не очень интересовали, осмотревшись, я не нашла ни одного человека средне одетого, или бедного, даже разносчики газет были одеты в своеобразную униформу: шорты, рубашка и жилет поверх, все темно-коричневого цвета, кроме рубашки, она сверкала белизной. При отсутствии выбора, благородных господ отвлекать не хотелось, поймала первого попавшегося мальчишку.
— Эй, парень, в какую сторону квартал Лероба и улица Лепреконов?
Мальчишка высвободился из моей не очень крепкой хватки и махнул в обратную сторону.
— Тебе для начала лучше в кутюрьерный квартал наведаться, а то на Лепреконов могут не пустить, вишь, какие благородные вокруг шастают, детишек своих в Академию привезли, да и на Принца поглазеть приехали.
Парень был прав, не может в городе быть такое количество аристократов разом, и чтобы ни одного оборванца вокруг. Кутюрьерный, это по всей видимости швейный квартал, ну что ж наведаюсь, но явно не сегодня, что возвращало меня к поиску моей улицы.
— Ты мне зубы не заговаривай, говори, где эта Лепреконовая улица?
— Так вам Лепреконов или Лепреконовую, — решил надо мной поиздеваться парнишка. Увидев мое помрачневшее лицо, он быстро исправился, но не в лучшую сторону.
— А купите газетку, неужели не интересно, когда свадебка у принца? — Заискивающе поинтересовался парень.
— Нет, — буркнула я, но достала медную монетку. Взяв газету, я свернула ее в трубочку, и нацелила на мальчишку, имитируя рапиру, — ну, давай, рассказывай.
— Идете значит до дворца, обходите вокруг, как только упретесь в статую Лероба, тут же можете поворачивать от замка и идти в противоположную сторону, это и будет квартал Лероба, а пойдете по улице его имени, доходите до статуи Лепрекона Туи, он в зеленых штанах, если что, и поворачиваете, это и будет Лепреконовая улица. А кто вам там нужен, я всех знаю.
Решив, что ничего криминального не будет, если я упомяну сестру трактирщицы, я пожала плечами.
— Летту знаешь?
Мальчишка поморщился.
— Ну знаю, комнаты сдает, я у нее иногда курьером подрабатываю, ох и суровая тетка, но справедливая, с оплатой никогда не обманет. А ежели мне попадает от нее по загривку, так это за дело, сам признаю.