Страница 144 из 423
И опять мы нырнули в цепочку. Илья шел первый, а я, попытавшись запомнить последовательность этих микропространств, сбилась.
— Обещай, что не доложишь обо мне никому. Даже если напрямую спросят. Держи язык за зубами.
— А Андрей? Ведь он ищет…
— Это какой-то мужик, которого я знать не знаю. Да хоть кто он мне будь по крови, плевать. Я не обязан тянуться всем сердцем к людям, которых даже не помню. А ты – помалкивай. Не лезьте в мою жизнь, даже с хорошими помыслами. Мне никого не надо. Уяснила?
— Да… Илья, подожди. — Остановившись ненадолго, вытащила последний конверт. — У тебя есть карандаш или ручка?
— Каринкины письма счастья? Сейчас…
Он зашарил по карманам, вытащил ручку-брелок.
— Если не засохла.
Я написала свой адрес выше уже написанного.
— Если вдруг…
— Я знаю, как это работает.
— Захочешь – напишешь ей, а будет нужно – мне.
Перевалило за десять вечера – на улице были густые сумерки и редкие фонари слишком далеко, чтобы освещать дорогу. Нужная арка в этот раз открывалась именно в том доме – в «великой стене» через которую я впервые прошла во Дворы. Недалеко был и дом тети. Мы двигались осторожно. Илья, оглядывался и прислушивался. Почему он вел себя так, будто все трущобы, каждый квартал и улица заполнены притаившимися колодезными? Не тысячи же их, чтобы приставить к каждому дому?
Мы шли вместе, но так различались по видению старого Сиверска. Его трущобы – опасны, черны. Мои – безлюдны и спокойны. Он будто бы трусил, а меня непробиваемо держала уверенность, что бояться нечего и некого.
Я уже открыла рот, чтобы сказать – мы таким темпом никуда не успеем, но он внезапно обернулся, развернул сильным жестом меня, цикнул сквозь зубы:
— Тихо!
И пихнул ногой со всей силы в сторону, толкнув подошвой по заднице, так что я охнула и оказалась в двух метрах, в траве, на четвереньках. И тут же легла на пузо, потому что спустя секунду услышала громкий голос Ильи, заглушающего мою возню.
— Далеко занесло!
— Ты что ли, Илеас? Привет, гонец. Как жизнь?
— Кантуюсь. Чего тут забыли?
— Адресок патрулируем. В полночь свалим.
— Блин, ну и жесть вам с этими поисками. Хорошо, хоть нас так не напрягают…
— А ты бди. Счастливый случай любит внимательных.
Разговор чуть удалился, а я подползла к кустам, в более густую тень. Беседа стала неразборчивой, пока один не повысил голос с возмущением:
— …блин, пока раскачаются – давно бы адрес старухи достали. А теперь она и скопытилась… хули есть чем за жабры брать?
Хороший мне урок за беспечность и глупую уверенность, что с меня, как с гуся вода. Мало ли, что кажется? Я слепа к этой стороне жизни, потому что никогда прежде не сталкивалась с теневым миром. Яркость мегаполиса, его многолюдность, камеры, коптеры, патрули – обманули, приучив к безопасности. Это мне свезло, как никогда, - побывать в тетиной квартире последний раз, не нарвавшись на засаду по пути. Если редактор в курсе, что я – это я… а как он это узнал, интересно? …то он только сейчас выпытал у моей мамы и адрес опекаемой Эльсы? Фото достал у нее же? Она могла сказать ему и личный адрес? Под предлогом ухаживания, помощи, благотворительности, доставки букета? Не важно…
Как теперь проверить письмо в ящике? Не нарвётся ли Карина на неприятности, если решит забрать вещи? Как мне выбираться?
— Вот вляпалась…
Я, согнувшись, помогая себе руками в равновесии, добралась до конца пешеходной аллеи и прошмыгнула за трансформаторную будку, а от нее – до ближайшего дома. Уже под балконами нашла самую темную нишу, где плющ хорошо разросся, и села передохнуть. От пинка болел крестец. Кровь будоражил адреналин. Сама бы я в драку не полезла, но…
С каким бы удовольствием расцарапала рожу хоть одному, доберись мои руки! Здравый смысл заставил успокоиться и понять – счастье, что не попалась сейчас. Я цыпленок против них. А если упущу момент побега, они легко скрутят и уволокут – куда им надо. Экран чуть мигнул. Я приоткрыла его и увидела беззвучный дозвон мамы. Скинула. Написала сообщение – «Не могу говорить, важная встреча по работе. Завтра позвоню, привет Лоле и кузине». Как она вовремя – едва подумала о ней, так и прилетело. Вот взять бы трубку, да и расспросить – выпытывал ли Елисей про меня? Как она, по незнанию, конечно, умудрилась… Да! Ее блог! Ее переживания, что спустила дочка все деньги на наркомана…
Я смотрела на экран и все внезапно перебилось одним желанием - позвонить Граниду. Если быть честной, - я могу выбраться одна. Проползти, улизнуть, если нужно – на четвереньках и под балконами. Я могла уйти незамеченной и добраться до другой станции метро. Могла дождаться полночи, и эти двое уйдут – сами сказали. Могла провести в этом укрытии ночь и утром, с первыми же прохожими, при свете дня – вернуться домой.
Промотала список и выбрала его имя, но зеленую сенсорную кнопку не нажала. Достала наушники, переключившись на них, чтобы не выдавать себя звуком. И еще раз подумала, понимая, что ни капли не боюсь колодезных, но так страшно сделать дозвон… пальцы готовы были обуглится от касания к панельке персоника.