Страница 10 из 45
Следующие две недели после несостоявшегося покушения превратились для Мартеля в череду умопомрачительных кошмаров. Мужчина не находил покоя ни днём, ни ночью. Повсюду ему мерещилась та самая ведьма, что исцелила его от ран. Её образ постоянно мелькал на краю сознания, мешая жить, дышать, заниматься делами, да даже просто высыпаться по ночам.
Под глазами Мартеля обозначились тёмные круги, а лицо его обрело землистый оттенок, делая мужчину похожим на умертвие. Он всё чаще стал нервничать и раздражаться по пустякам, чего прежде за ним не водилось.
Слуги первыми заметили, что с хозяином творится что-то неладное и пришли к выводу, что на их лорда навели порчу.
Да и сам Мартель всё чаще склонялся к этой же мысли. Ведь, как ни крути, а ведьму он так и не удосужился отблагодарить за своё спасение. Так что напоминание в виде порчи или слабого проклятия она вполне могла на него наслать. Имела на это право.
В пользу этой версии свидетельствовал и тот факт, что чем дольше он тянул с благодарностью, тем больше проклятие набирало обороты. И если днём его воздействие ещё удавалось заглушить, переключившись на неотложные дела, то ночами от него не было спасения. Каким то неведомым образом ведьма пробиралась в его сны и властвовала там до рассвета. Уберечь от неё не могли ни защитные амулеты, ни добытые с большим трудом ведьмовские обереги.
И если сразу после происшествия Мартель видел во снах лишь глаза ведьмы, то к концу второй недели сны с её участием обрели явно эротический характер. А хуже всего то, что его стали раздражать другие женщины. Все они теперь казались ему уродливыми и назойливыми до крайности. Особенно его бесила Луиза Дюваль, близкие отношения с которой герцог поддерживал вот уже более трёх лет. Он даже подумывал на ней жениться. Ну и что же, что вдова и лет ей уже под тридцать. Зато баронесса - женщина разумная и не станет ему докучать разными глупостями, коих немало напичкано в головках юных красавиц.
Так Мартель думал до встречи с той ведьмой. Теперь же у него будто глаза открылись, и лорд Навье по-новому взглянул на свою любовницу. Всё, что раньше привлекало его в Луизе, теперь вызывало лишь отвращение. Даже странно, как он раньше не замечал её коровий взгляд и привычку складывать губы бантиком, отчего рот женщины становился похожим на куриную гузку. А эта её манера говорить с придыханием? Как будто её постоянно душит грудная жаба. А уж как Луиза закатывает глаза, если бывает чем-то недовольна. Зрачки с радужкой скрываются под верхними веками и на виду остаются только белки. Зрелище из разряда жутковатых. Куда там той ведьме.
Мартель откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, вспоминая недавний сон, ставший уже наваждением. Сегодня ведьма явилась к нему практически обнажённой. Прикрытием ей служили лишь пряди медных волос, до обидного густых и длинных, так что не было никакой возможности рассмотреть, что же скрывается под этой шелковистой волной. Зато как она двигалась, исполняя свой танец. Легко и грациозно, будто бабочка перелетала с цветка на цветок. Не знай Мартель, что перед ним ведьма, решил бы, что к нему в сон явилась цветочная фея.
Негодница заливисто смеялась, посверкивала изумрудными глазами, а напоследок сотворила такое, что у него до сих пор разливался по телу жар при одном только воспоминании о горячем податливом теле в его руках и её обжигающем поцелуе.
Мужчина поймал себя на мысли, что с нетерпением ожидает грядущую ночь. Быть может, в этот раз колдунья приоткроет ему чуть больше своих секретов?
- Бред какой-то.
Мартель с силой растёр лицо и резко вскочил на ноги, решив, что пора проветрится, а заодно попытаться решить свою проблему. В конце концов, он давно не мальчишка, чтобы бредить ночами о прелестях юной красотки. Вместо того, чтобы вот так бездумно поддаваться проклятью, нужно поскорее от него избавиться, пока он окончательно не попал во власть этой ведьмы.
***
Казалось бы, нет ничего проще, чем найти человека по магической метке. Однако, с этой ведьмой с самого начала всё шло не так, как надо. Она попросту не желала находиться. Даже имени своего ему не сказала. И сбежала так быстро, словно за ней гнались все демоны преисподней.
- Ты уверен, что поставил ей метку? – в который раз уточнил Себастьен Корбис – глава тайной службы герцогства Вельеж, а по совместительству старый друг Мартеля.
- Я ни в чём уже не уверен, - в сердцах бросил лорд Навье. – Только представь моё состояние в тот момент. Магические каналы только-только начали восстанавливаться. Не удивлюсь, если заклинание сработало криво или вовсе не прицепилось к объекту.
- Это как искать иголку в стогу сена, - выдал избитую поговорку Себастьен, на что Мартель лишь обречённо махнул рукой.
- Да знаю я, что шансов найти её нет.
- И всё же один шанс у нас имеется, - после небольшого раздумья, заявил друг.
Мартель посмотрел на него с надеждой:
- Ты что-то придумал? Не тяни, говори скорее.
Себастьен не стал мучить друга неизвестностью, понимал, что тому приходится нелегко. Навеянные сны не так уж безвредны, как это может показаться несведущему человеку. Особенно опасны те, что уводят в мир наслаждений. Человек не чувствует опасности, каждую ночь погружаясь в пучину грёз. Не замечает, как медленно, но верно изменяется его сознание, а личность подвергается разрушению.
- Мы должны обратиться за помощью к ведьме, - с самым серьёзным видом произнёс Себастьен.
- Ты издеваешься! – воскликнул Мартель, начиная подозревать ещё одного друга в злонамеренности.
- Не горячись, - Себастьен и не думал отступать, уверенный в своей правоте. – Успокойся и выслушай меня до конца. А потом уж суди, прав я или нет.
Лорд Навье скрипнул зубами, но всё-таки взял себя в руки.
- Говори, я слушаю тебя, друг, - последнее слово Мартель выделил голосом, но Себастьен не обиделся на столь явный намёк на возможное предательство. Он видел, что товарищ его не в себе. Две недели безумных ночей не прошли для него даром.